Екатерина Соловьева – Переломный момент (страница 6)

Смеюсь от абсурдности ее вывода.

– Ты всегда была склонна к драматизму, Варь. Нам всего двадцать.

– Нам уже двадцать! Вот, смотри, – она приближает камеру к своему лбу, отчего картинка смазывается, и все, что я вижу – мутное пятно. – У меня появилась морщина! А из-за этого солнца выскочила целая куча веснушек. Вот, – она тычет пальцем себе в нос, – и на щеках, шее, плечах и даже на груди!

Удивительный парадокс: у Вари от природы пшеничные волосы и светлая кожа, но летом она всегда удачно покрывается красивым загаром, а вот весной действительно на восемьдесят процентов состоит из веснушек.

– Через две недели ты будешь хвастаться ровным загаром, потерпи чуть-чуть, – успокаиваю ее я.

– Ладно, – она забавно морщит нос. – Кстати, а ты чем там занимаешься?

Я переключаю камеру и показываю лежащий на газоне коврик.

– Йога? – с пониманием кивает она.

– Ага. Сложная выдалась неделька, хочу немного расслабиться.

– Расслабиться? Это невозможно, когда у тебя тело сложено семь раз и выгнуто в другую сторону!

– Ты просто не пробовала, тебе бы точно понравилось! – искренне возмущаюсь я, готовая защищать свою любимую йогу до последнего вздоха.

– Это не для меня. Пойду лучше закажу себе пиццу и огромную банку арахисовой пасты. Адьос, Ди.

– Пока, – хмыкаю я и сбрасываю звонок.

Несколько секунд любуюсь фоткой своей лучшей подруги, укатившей за тысячи километров. Сейчас Варя с родителями живет в Греции, мы редко видимся, и я скучаю без нее каждый день. С нетерпением жду июнь, когда она приедет к бабушке на каникулы на целое лето.

Поправляю наушники на голове, включаю музыку из специальной подборки и откладываю телефон в сторону. С удовольствием делаю разминку. Глубоко вдыхаю сладкий весенний воздух с нотками цветущих яблонь и вишен. Прикрываю глаза, ощущая, как веки ласкают теплые солнечные лучи. Начинаю выполнять простые асаны, постепенно переходя к наиболее сложным. С наслаждением тяну каждую мышцу и замираю на пару мгновений. Отдыхаю, дышу и ощущаю, как мое тело наполняется силой. Повторяю подходы по несколько раз, а затем выполняю заминку. Чувствую себя заряженной на сто один процент!

Пока собираю вещи, замечаю несколько непрочитанных сообщений в чате университетской группы. Я хмурюсь и пролистываю семнадцать сообщений, посвященных обсуждению дурацкой вечеринки у Гордеева. Впервые за долгое время у нас выдается свободная суббота, поэтому он зовет всю группу сегодня к себе. С нарастающим удивлением вижу, как появляется все больше и больше плюсиков, когда Гордеев просит отписаться всех, кто придет. Мои брови взлетают вверх, когда отмечаются Настя и Вика. Либо это весеннее обострение, либо магнитные бури.

Я блокирую телефон. Раньше я любила изредка выбраться в клуб и от души потанцевать, но с того момента, как Варя уехала, желание ходить на подобные мероприятия пропало. Да и не с кем, если уж быть до конца честной, поэтому и сегодня не буду нарушать традицию. Но я не расстраиваюсь, предвкушая приятный вечер в компании новой книжки и горячего чая.

– Привет, дедушка! Ты уже вернулся? – радостно машу рукой, когда замечаю знакомый силуэт у ворот.

– Прилетел час назад и сразу велел везти меня домой. Я с подарками, чтобы задобрить тебя за несколько дней моего отсутствия! – Он довольно поднимает несколько пакетов.

– Да не нужно было ничего покупать, – мягко улыбаюсь я, подхожу к деду и обнимаю.

– Ты единственная радость в моей жизни. Позволь дедушке немного побаловать свою любимую внучку.

– Ладно, – сдаюсь я.

– Я сказал парням отнести пакеты в твою комнату, посмотришь потом. – Дедушка подхватывает меня под локоть и увлекает в дом. – А пока пойдем вместе пообедаем. Я такой голодный, ты не представляешь!

– Тогда я быстро в душ и сразу за стол! Там Надежда Петровна такое вкусное мясо запекла, м-м-м! – мечтательно тяну я, взбегая на крыльцо.

– Договорились. Встречаемся в столовой.

Я быстренько принимаю душ, старательно игнорируя с десяток брендовых пакетов, стоящих рядом с кроватью. Ух, дед, знает ведь, что мне ничего не надо! Но несмотря на мысленное ворчание, я улыбаюсь. Конечно, мне приятна его забота, да и подарки всегда приходятся по вкусу. А ворчу я так, для порядка.

Я спускаюсь на первый этаж и влетаю в столовую, когда Маша, наша молодая домработница, как раз заканчивает накрывать на стол.

– Как же вкусно пахнет! – вожу носом и слышу, как мой желудок отзывается громким урчанием. – Ой.

Дедушка смеется, а Маша аккуратно поправляет фартук, пряча улыбку.

– Налетай! – командует дед и подает мне тарелку с порцией мяса. Затем пододвигает другую, со свежими овощами. – Приятного аппетита.

– И тебе, – тут же отвечаю я.

Давно мы не проводили время вместе. Я целыми днями учусь, а дедушка постоянно в разъездах по миру. Наверное, отчасти поэтому для меня так важны эти редкие семейные посиделки. Мы весело болтаем обо всем на свете: о моей машине, которую я согласилась отдать в ремонт; о погоде, слишком теплой для начала мая, о приближающихся экзаменах и моей работе в библиотеке. Но ни на мгновение у меня не возникает желания рассказать деду об испорченном телефоне и утопленных книгах. Этим я поделилась с Варей – мы вдоволь пропесочили Гордеева, Романова и даже Максиму немного досталось. Конечно, она предлагала оставить телефон в качестве компенсации за моральный ущерб, но я отказалась.

– А какие у тебя планы на лето? – интересуется дедушка, с довольным видом откинувшись на спинку стула.

– Не думала еще, – честно признаюсь я. – В июне приедет Варя, а там что-нибудь придумаем.

– Может быть, на недельку на море? Нужно же тебя как-то поощрить за очередной успешный год, – хитро подмигивает он.

– Ну дед, – смеюсь я, – ну лиса! Хорошая попытка, но я ведь работаю.

По глазам вижу, что он снова собирается возразить и завести свой любимый разговор на тему: «Твой дед – один из самых успешных бизнесменов страны, а ты работаешь в библиотеке. Вот я умру, и кому это все достанется?»

– Даже не начинай, – грожу ему пальцем, и дедушка сокрушенно качает головой. Я хмурюсь, когда он слишком долго молчит, не сводя с меня взгляда. – Дед?

Вместо ответа он накрывает мою ладонь своей и грустно улыбается.

– Я тобой горжусь. Жаль, твои родители не видят, какой замечательной девушкой ты стала!

Сердце на мгновение останавливается, а затем снова начинает болезненно биться в груди. Кажется, я никогда к этому не привыкну.

– Прости, милая, – дед сжимает мои пальцы и виновато заглядывает в глаза. – Не хотел бередить рану.

– Все нормально.

Поднявшись, я подхожу к нему и крепко обнимаю. Закрываю глаза, и боль становится чуть меньше. Иногда исцелить может самая простая вещь, для которой не нужен рецепт врача. Но тут у дедушки звонит телефон, и он с сожалением выпускает меня из объятий. Я показываю большие пальцы, чтобы он не переживал, и иду к себе в комнату.

На полке над комодом стоит свадебная фотография родителей в рамке. Я беру ее и сажусь на кровать, вглядываясь в счастливые лица мамы и папы. С грустью понимаю, что даже поплакать не могу, потому что дедушка после разговора обязательно зайдет меня проверить. Если увидит, что я плачу, расстроится, а у него слабое сердце, и лишние переживания точно не нужны. Я вообще стараюсь никогда его не расстраивать, поэтому привыкла прятать сильные эмоции внутри, чтобы они ранили только меня.

Я ставлю фотографию на место и, чтобы отвлечься, беру в руки первый пакет, который привез дедушка. Подхватываю пальцами тонкие бретельки и достаю бордовое платье. В следующем пакете лежат новые босоножки, в третьем – несколько коробочек с украшениями, а в других – снова одежда. Могу поспорить, что дедушка подговорил свою помощницу отправиться за покупками, потому что сам он совершенно не разбирается в моде.

– О-о-о… – удивленно выдыхаю я, когда вынимаю из очередного пакета комплект нижнего белья. Мысленно молюсь, чтобы это действительно покупала дедушкина помощница, а не он сам.

Раздается резкий звук – я вздрагиваю и испуганно бросаю белье обратно в пакет. Не сразу понимаю, что звонит мой новый телефон, к рингтону которого я пока не привыкла.

– Алло.

– Привет, Дарин, – звучит в трубке приятный голос Вики Малышевой.

– Привет… Что-то случилось? Сегодня же сдают зачет только должники, или я что-то пропустила? – достаю из сумки ежедневник и встревоженно просматриваю последние записи.

– Нет-нет, не переживай! Но я звоню поругаться.

– Правда? – в голове нет ни намека, почему Вика может со мной поругаться.

– Ты почему отрываешься от коллектива?

– Что? – недоуменно спрашиваю я, закрывая блокнот. – Вик, ты о чем?

– Ты читала последние сообщения в нашем чате?

– Эм, да, что-то читала.

– То есть про вечеринку у Глеба знаешь? – она аккуратно подводит меня к цели звонка.

– Слышала, – рассеянно киваю я, хотя Вика меня не видит.

– Так вот, на нее идет вся наша группа. Вся, представляешь? Ну, за одним исключением. Понимаешь, на кого я намекаю? – даже не видя ее лица, я красочно представляю мимику Вики в этот момент. – Давно мы не собирались все вместе.

– Ага, давно, – бессмысленно соглашаюсь я.

– Дарин, ты у нас умная и прекрасно понимаешь, почему я звоню. Мы с Настей хотим, чтобы ты пошла с нами.

– У меня есть планы на вечер. Прости, Вик, – на ходу придумываю я.