Екатерина Соловьева – Минни (страница 2)
«Давай же своё Круцио! Ну!»
И тут затренькал средний колокольчик. Леди Нарцисса.
«Благослови вас бог, мадам!»
Драко хмыкнул, убирая палочку в рукав. Минни подхватила ведро со щёткой и бросилась бежать со всех ног.
Но несколько дней назад ей пришлось зайти в его спальню, чтобы убраться и застелить постель.
Увидев, что хозяина нет в комнате, она быстро вытерла пыль со стола и аккуратно разложила одежду в шкафу. Разгладив покрывало, девушка взбила подушки и красиво уложила их. Она собиралась уходить, как вдруг за спиной раздался голос:
— Здравствуй, Минни. Скучала по мне?
Девушка обернулась у порога и покраснела, выронив тряпку. Драко стоял у двери ванной в одном лишь банном полотенце, обёрнутом вокруг бёдер.
— Ох, простите, сэр…
Она попыталась выскочить из комнаты, но Драко схватил палочку и моментально запер дверь. Минни ахнула и прижалась спиной к косяку, замерев от недоброго предчувствия. От резкого маневра полотенце свалилось на пол, но парня это ничуть не смутило. Он медленно подошёл к испуганной девушке, не сводя гипнотизирующего взгляда. Минни вся сжалась. Ей казалось, она маленький кролик, замерший перед удавом, который его сейчас сожрёт. Хозяин Драко был намного выше её, и чтобы смотреть ему в глаза, приходилось задирать голову. Опустить взгляд девушка не решалась, до смерти боясь увидеть член.
— Я с тобой тогда не закончил, грязнокровка. Ты совсем распустилась. Парочка уроков тебе не повредит.
И вдруг мастер Драко прижался к ней всем телом. Она задёргалась, пытаясь оттолкнуть хозяина. Ладони уперлись в его обнажённую гладкую грудь.
— Что вы делаете? Отпустите меня! Это… это… так нельзя!
Драко перехватил её руки и придавил их к двери.
— Смеешь приказывать мне, Минни?
Его тон отдавал холодом, но дыхание и тело были тёплыми, даже горячими. И Минни растерялась. Она понятия не имела, насколько далеко распространялась власть хозяев над ней. Горничная ойкнула, когда он вжался в неё ещё сильнее, так, что та почувствовала, как что-то твёрдое упирается ей в живот. Минни задрожала от страха и чего-то ещё совершенно незнакомого, слыша тяжёлое дыхание хозяина. Он задержал взгляд на её высоко вздымающейся груди и тихо сказал:
— Пора содрать с тебя эти тряпки, слишком много простора для воображения…
— Нет! — горничная в ужасе забилась с новыми силами. — Пустите. Я… закричу!
Зрачки мастера Драко расширились, глаза стали совсем тёмными.
— Кричи, Минни, кричи… ведь я трахну тебя так, что ты сидеть не сможешь…
Он коснулся щекой её лица и стал тереться членом о её промежность сквозь ткань платья, заводясь всё больше. Склонился и лизнул ключицы, шею. Минни вскрикнула. Её затрясло. Она готова была разрыдаться от невозможности вырваться и убежать, но что ещё хуже — от горячего пламени возбуждения, внезапно вспыхнувшего между ног.
Вдруг за дверью раздался стук и голос леди Нарциссы.
— Драко! Драко, ты здесь?
Драко досадливо зашипел и медленно разжал пальцы.
— Да, мама. Ты что-то хотела?
Минни оттолкнула его и до боли вцепилась в ручку, стараясь не смотреть на его возбуждённый член, подрагивающий от нетерпения.
— Драко, мне нужно поговорить с тобой. Сейчас. Открой, пожалуйста.
— Сейчас, мама. Одну минуту.
Не сводя тяжёлого взгляда с девушки, Драко чертыхнулся и отошёл к шкафу. Он надел бельё, брюки и чёрную водолазку. Затем неохотно отпер дверь, наблюдая, как Минни пулей выскочила наружу и шмыгнула мимо изумлённой Нарциссы.
***
Люциус Малфой, Пожиратель Смерти, только что вернулся из резиденции Тёмного Лорда, широко шагая по холлу поместья. Он выругал осенние холод и слякоть, по которым пришлось добираться до барьера трансгрессии.
Было уже поздно для ужина, в большой гостиной его никто не ждал, и мужчина решил перекусить в кабинете. Поднимаясь по лестнице, он отдал распоряжение насчёт ужина домовухе.
Закрывшись в кабинете, Малфой сбросил мантию, сел перед камином в кресло и задумался.
Полтора года назад Тёмный Лорд победил Поттера, но Уизли в последний момент спасли мальчишку и трансгрессировали. Зато забыли о своей грязнокровной подружке, которая осталась лежать без сознания под стенами Хогвартса. Люциус сумел взять девчонку в плен, чем и вернул расположение Тёмного Лорда. Тому хватило пары сеансов легилименции, чтобы выяснить о замыслах Поттера всё, что нужно. Он велел убить пленницу, но Драко вдруг предложил стереть ей память и оставить служить в Малфой-мэноре. Лорд одобрил это решение, заявив, что таким, как она, самое место в грязи. Очевидно, Грейнджер сильно насолила Драко в школе, потому что его Обливейт лишил её сознания на два дня. Люциус уже думал, что девчонка не очнётся, когда зашёл в чулан, где её заперли. Но грязнокровка открыла глаза и стала расспрашивать обо всём подряд: кто она, как её имя и что она здесь делает. Люциуса тогда позабавила мысль внушить ей, что она — служанка Малфоев и всегда была ею. Он помнил, что её зовут Гермиона, и дал ей кличку Минни. С тех пор девчонка убиралась в поместье наравне с эльфами.
Уизли с остатками Ордена Феникса бежали куда-то на север Британии. Люциус знал, что вместе с ними отправилась и племянница Нарциссы, и преподаватель-оборотень, и Лавгуды — отец и дочь, и несколько выпускников, среди которых точно были Лонгботтом, Финниган, Томас и Голдстейн. Обнаружить точное местонахождение орденцев не удавалось: они быстро перемещались и укрывались сложными чарами.
Министерство по-прежнему вело пропаганду против грязнокровок, а по лесам шныряли раскормленные обнаглевшие егеря. Рано или поздно членов Сопротивления обнаружат, это только дело времени.
Лорд однажды уже передал Поттеру по одному ему известной связи воспоминания Беллатрисы о том, как пытали грязнокровку, чтобы выведать всё о Сопротивлении. После этого было совершено сразу несколько нападений на Пожирателей Смерти в Хогсмиде и на Косой аллее, и тогда-то Поттера чуть не схватили. Но Люпин, этот треклятый оборотень, сумел снова отбить разъяренного мальчишку. Однако воспоминаний хранилось ещё немало, и Лорд вскоре рассчитывал расставить ещё одну такую же ловушку.
Люциус теперь состоял в Совете Лорда. Когда власть сменилась, Волдеморт стал просто Лордом, он занял, наконец, желанный пост директора Хогвартса и преподавал Тёмные искусства в своё удовольствие.
Но теперь на каждом заседании Совета Люциуса всё больше беспокоил Лорд. Что-то с ним определённо происходило, но что именно, маг понять не мог. Лорд стал вялым и раздражительным, накладывал Круцио ещё чаще, чем обычно, порой даже безо всяких объяснений. Он слишком пристально рассматривал свои бледные руки, и узкие змеиные ноздри его при этом неприятно подрагивали. Но поделиться своими мыслями Люциус ни с кем не мог во избежание подозрений в измене.
Кроме того, следовало определиться, что теперь делать с Драко. Целый год он провёл в рейдах и обучении у Лорда, полгода назад вернулся, и ситуация усложнилась. Люциус не мог не признать, что сын стал смелее, самостоятельнее и в то же время наглее, безжалостнее. Методы Лорда, разумеется, оказывали влияние на характер, а ещё и рейды… Понятно, что Драко приговаривал к смерти или пытал предателей, укрывавших Сопротивление, но как далеко он мог зайти — вот в чём вопрос…
Люциус всё время прокручивал в памяти вчерашний случай.
Он зашёл в библиотеку, чтобы отыскать четвёртый том «Сочинений Салазара Слизерина», когда услышал возню за стеллажами.
— Пустите, мистер Малфой… За что вы так?.. Я ведь всё сделала… Заправила постели, убралась в комнатах…
— Тихо, грязнокровка… — Люциус ещё никогда не слышал такого голоса у сына — низкого, дрожащего. — Ты не убралась в моей комнате. Почему ты перестала заходить туда?
Люциус заглянул за угол.
Драко всем телом прижимал грязнокровку к стене. Она пыталась вырваться, но он крепко сжимал её запястья.
— Если ты думаешь, что сможешь спрятаться от меня в моём же доме, ты глупее, чем кажешься…
Он раздвинул её ноги коленом, и девушка тихо вскрикнула. Драко склонился к её губам, но она отвернулась.
— Вы не можете… Не имеете права…
Парень провёл носом по её шее, зарывшись в густые волосы и жадно вдыхая.
— Я сейчас покажу тебе, что имею…
Он отпустил её руку и задрал подол, пытаясь стащить трусики.
— Пустите!.. пожалуйста… — она отчаянно задергалась и встретилась взглядом с Люциусом.
— Ну, не омерзительно ли, — Люциус сложил руки на груди, — потомок старинного рода обжимается с грязнокровкой! Отпусти её немедленно, Драко!
Драко замер и обернулся с вызовом во взгляде. Минни, красная от стыда, бросилась прочь со всех ног.
— Мне девятнадцать, отец. Не указывай, что мне делать. Всё это — и моё тоже. Я твой наследник, помнишь?
Люциус процедил:
— Вот и веди себя, как наследник! Почему твоя будущая невеста не бывает у нас? Ты ни разу не пригласил Асторию на ужин.
— Ты и сам прекрасно знаешь, почему, отец, — усмехнулся Драко. — Она мне чужая, и я знать её не желаю.
— Быть может, ты желаешь самостоятельно выбрать себе невесту? — ядовито осведомился Люциус.
— Знаешь, отец, пожалуй, я так и сделаю! Спасибо за совет!
Драко развернулся и хлопнул дверью библиотеки.
«Нужно всё обдумать. Может, закрыть грязнокровку в Восточном крыле, пока сын не остепенится?»
Люциус вздохнул и принялся за ужин.
Закончив, он выкурил трубку, разоблачился, набросил шлафрок и направился через маленький коридор в ванную. После прогулки под проливным дождем хотелось погреться в тёплой воде. Импервус, разумеется, защищал от холодных струй, но не от ощущения промозглой сырости. К тому же, нужно было отдохнуть, отвлечься.