Екатерина Соловьева – Минни (страница 13)

Однако Минни временами ловила себя на мысли, что мистер Люциус очень симпатичен, как мужчина, и всё, что случилось той ночью, было довольно приятно. Она старалась не думать об этом, поскольку не знала, что делать с чувствами, которые вызывал хозяин. Но раз за разом возвращалась к этому, особенно когда с удивлением обнаружила, что и мистер Люциус тянется к ней, как и она к нему. Едва они оставались наедине, в его льдистых глазах загорался огонь, а на устах расцветала довольная улыбка, делающая его таким красивым. И Минни в эти моменты больше всего на свете хотелось, чтобы он сжал её в объятьях и никогда не отпускал, доказывая, что она нужна ему. Но признаться в этом было страшно даже себе.

Мастер Драко по-прежнему следил за ней, Минни чувствовала его тяжёлый угрюмый взгляд, цепляющийся за лиф платья или открытую шею. Девушка помнила его обещание и ожидала, когда же он приведёт его в исполнение, чтобы понять, наконец, защищена ли она теперь мистером Люциусом или нет.

Минни знала, что раньше парень часто уходил на какие-то рейды и возвращался с них в мрачном спокойствии, но в последнее время он редко выходил из дома, и это его заметно раздражало.

Горничная протирала широкие листы гигантского фикуса в холле, когда мастер Драко стоял у окна, изредка посматривая на неё. Она привыкла видеть его там, и когда он неожиданно оказался близко, вздрогнула, выронив тряпку.

Мастер Драко стоял и разглядывал её с ленивым любопытством. Вдруг он протянул руку и, прежде чем она успела отшатнуться, заправил ей за ухо выбившуюся прядь. Минни с ужасом смотрела, как с его пальцев вдруг закапала кровь.

— Вот, значит, как, — медленно произнёс он, даже не пытаясь залечить порез. — Страшно подумать, что случится, если я попытаюсь тебя отыметь…

Он вдруг склонился к ней и заговорил тихо, так тихо, словно не хотел сам слышать свои слова.

— Зачем ты выбрала его, Минни? Он использует тебя и выбросит, как раковину от устрицы. Он всегда так делал. Зачем ты выбрала его?

Девушка замерла, ощущая на щеке тёплое дыхание.

— Я… Я боялась вас, сэр.

— А его, стало быть, не боишься? Зря я считал тебя умной… Да что он может дать тебе?!

Минни слышала, как отчаянно колотится сердце.

«Как будто у меня был выбор…» — подумала она, а вслух так же тихо спросила:

— А вы, сэр? Что можете мне дать вы?

Мастер Драко выпрямился. Он медленно облизнул пальцы, не сводя с неё задумчивого взгляда, достал палочку и залечил раны.

Развернувшись на пороге, парень обронил:

— Если ты забыла, я ещё не женат…

Минни не верила собственным ушам, ей с трудом удалось сдержать горький смех.

«Леди Минни Малфой! Грязнокровка! Ну не бред ли?! Да на что он рассчитывал, бросив это заявление?»

Однако мастер Драко добился своего: капля яда была добавлена, и Минни в очередной раз расстроилась, вспомнив о своём двусмысленном положении.

Вечером мистер Люциус потребовал её к себе в кабинет. По дороге Минни встретила мастера Драко и чуть не уронила поднос с кофейником и чашками: таким взглядом он проводил её.

Расставляя приборы, девушка украдкой бросила опасливый взгляд на кровать, которую мистер Люциус так и оставил в кабинете. Хозяин после отлучки был явно чем-то расстроен и напряжён: губы сжаты, на лбу морщинка. Он молча кивнул на баночку крема на столе, сел в кресло и стянул волосы лентой.

Минни усердно растирала шею и плечи, она старалась действовать механически и не думать о том, что перед ней красивый мужчина. Просто человек, которому нравятся её прикосновения, ведь поэтому он взял её руки и положил себе на грудь.

Мистер Люциус покосился на кофейник с чашками и сжал пальцы девушки.

— К драклам кофе, — он потёр переносицу, встал и прошёл к бару. — Здесь оставалось «Мерло»…

Наполнив два бокала, мужчина взял один и вернулся в кресло.

— Чего ты ждёшь?

Минни взяла бокал и несмело подошла к нему. Мистер Люциус подхватил её за талию и усадил к себе на колени. Глядя, как она вся напряглась и залилась краской, он медленно отпил и улыбнулся.

— Как ты держишь бокал? Нет, ну что за невозможное плебейство! Смотри, — он взял её руку с бокалом вина в свою, — держать нужно только за ножку, от пальцев вино через стенки нагревается, и так пропадает весь вкусовой букет…

Минни чувствовала его руку на талии и боялась шевельнуться. Мужчина поднёс бокал к её губам. От вкуса вина и запаха его одеколона закружилась голова. Девушке вдруг вспомнились слова Драко о выпотрошенной устрице, и вопрос сорвался прежде, чем она рассудила, стоит ли говорить это.

— Готовите из меня леди Малфой, сэр?

Мистер Люциус мгновенно изменился в лице. Он столкнул её на пол и зло процедил:

— На колени!

Минни с ужасом смотрела на него снизу вверх, слыша, как опрокинутый бокал откатился в сторону. Мужчина расстегнул брюки, и перед лицом девушки оказался член.

— Займи делом свой рот, если не можешь держать его закрытым!

— Я не… не умею…

— Оближи!

Он ткнулся ей в губы, неожиданно тёплый и гладкий. Минни приоткрыла рот и попробовала на вкус нежную кожу. Она мягко облизала член и принялась водить языком вверх и вниз.

Мистер Люциус обучал её, будто куртизанку: «нежнее», «возьми в рот», «глубже, так, да», и девушка послушно всё выполняла. Минни чувствовала, как всё тело пробирает дрожь, а внизу живота разливается приятное тепло.

Украдкой она поглядывала на хозяина. Сначала он не спускал с неё распалённого взгляда, но потом прикрыл глаза, вцепившись пальцами в обивку кресла.

— Достаточно…

Минни думала, что мистер Люциус уже смягчился, раз он взял её на руки и уложил на кровать, торопливо стаскивая платье и бельё.

Но когда его тяжёлое тело опустилось сверху и белые волосы коснулись лица, жаркий шёпот обжёг ухо:

— Забыла своё место, Минни?

Она вскрикнула от резкого проникновения и вцепилась ему в плечи.

— Так я тебе напомню! Оно здесь, подо мной!

Каждый его размашистый толчок сопровождался их общими вскриками. Ей казалось, она теряет сознание от переизбытка ощущений: он задевал внутри что-то такое, от чего улетучивались все мысли. Мужчина делал всё так, как нужно, иногда замедлялся, а порой набирал такой темп, что перехватывало дыхание.

Вдруг он поднялся и развернул её, поставив на колени.

— Прогнись, малышка, — приказал он охрипшим голосом и снова вошёл в неё.

Минни подчинилась, но и этого ему показалось недостаточно. Люциус прошёлся ладонью по её влажной от пота спине, нагибая ещё ниже и сжимая в кулаке пышные волосы, ощущая эйфорию от своей власти. Он играл на её теле, как на музыкальном инструменте, и оно с готовностью отзывалось ему, пело в искусных руках. Особенное удовольствие доставляло отыскивать на её теле всё новые эрогенные зоны, такие, как внутренняя сторона ладоней или впадинка на спине между лопатками, которую он целовал, обжигая горячим дыханием. Движения его стали грубыми и сильными, но и от жестоких ласк девушка таяла в его руках, будто воск.

— Ты же будешь хорошей девочкой, Минни?

— Да… сэр…

— Тогда кончи для меня, малышка!

Он отпустил её волосы и сжал ягодицы, вбиваясь так быстро, как только мог. Минни вскрикнула, судорожно стиснув в кулачках одеяло, когда её накрыл яркий оргазм. Она чувствовала, как Люциус бурно кончает и вжимается в неё, тяжело дыша.

И шепчет:

— Умница…

Глава 6

Минни сидела на кухне и ждала, пока Чайна приготовит вечерний чай для леди Нарциссы. Она положила локти на стол, спрятав на коленях книгу, которую утащила из библиотеки. На этот раз это были увесистые «Сказания об Инглингах», между страницами которых пряталась маленькая тонкая брошюра «Неизученная магия». И вот как раз она-то и повествовала о новейших исследованиях в этой области: чем обусловлены стихийные всплески, и на чём базируются беспалочковые манипуляции. Словом, оторваться невозможно, и только писклявые голоски эльфих вклинивались на заднем фоне.

— Ты знаешь, что волшебный чабрец лучше собирать в мае, Юна?

— О, конечно, ещё бы! Ведь если его собирать летом, при сушке он теряет все полезные свойства. А если заварить в чае, вообще отдаёт валерьянкой!

— А бадьян, Юна? И листья шелковицы?

Минни вздохнула. Эльфы по-прежнему держались с ней отчуждённо, так и не простив обмана Чайны. Самое парадоксальное, что они приносили ей кофе и тосты по утрам, считая кем-то вроде гостьи или дальней родственницы хозяев, но в то же время не подчинялись ей и не заискивали. Зловредный Лу демонстративно игнорировал, но следить не перестал.

— Чай для леди Нарциссы, — пропищала Чайна, задрав нос.

Показывая своё недоверие горничной, она сама поставила чайник и чашку на поднос и с любовью добавила вазочку с веткой бузины.

Минни спрятала книгу в шкафу с рецептами и поднялась в голубую гостиную.