Екатерина Соболь – Незримый враг (страница 36)

Я ее не слушал – вглядывался в каждого, кто покидал зал, но знакомой фигуры так и не увидел.

– Ищете его?

От неожиданности я вздрогнул. Ко мне, спустившись со сцены, подошел сам Фарадей.

– Да, профессор, – пролепетал я и вскочил. – Я давно его не видел. Думал, он придет.

– Я тоже, признаться, верил, что он не пропустит демонстрацию. Но увы! Похоже, мы ошиблись. – Майкл опечалился, но тут же улыбнулся снова. – Ну да ладно. Рад видеть вас в добром здравии, если вы понимаете, о чем я. Не желаете ли прийти к нам с женой на ужин и рассказать, как вам удалось настолько… м-м-м… оживиться?

Я рассмеялся, продолжая коситься на расходящихся зрителей. Соблазн побывать на ужине у самого Фарадея был велик, и я собирался уже согласиться, когда наконец заметил кое-что интересное. В помещении не ходят в шляпе, но две шляпы скользнули вдоль стены в самом темном углу. Мне невольно вспомнилась погоня за убийцей на земляничном фестивале.

– Извините, Майкл, – промямлил я и бросился в погоню.

Помогло мне то, что мчался я, как тогда, на площади, – без всякой аристократической степенности. Толкал всех на своем пути, нырял в любой освободившийся зазор между людьми. Один из обладателей шляп обернулся.

Каллахан! И он тут! Я зарычал и прибавил ходу, но Каллахан с невероятной прытью скрылся в толпе. «Не теряй шляпы из виду, только не теряй», – повторял я сам себе. Вскочил на стул, попавшийся на пути, перескочил с него на другой, спрыгнул на пол, случайно уронил какую-то даму. Я мчался с ирландской решимостью, не как граф, а как отчаянный мальчишка, мчался так, будто от этого зависела моя жизнь, – и в каком-то смысле так оно и было.

К счастью, ни Бена, ни Каллахана бегунами не назовешь. Изначально нас разделял целый зал, но на улице я сразу их догнал и крепко схватил каждого за локоть. Бен и его новый приятель Рори Каллахан сделали попытку вырваться, но так задыхались от бега, что ничего у них не получилось.

– А, привет, – выдавил Бен. – Рад тебя видеть.

– И я, – поддакнул Каллахан. – Здравствуйте, Джон.

Я сурово оглядел обоих. Бен – в неизменном пенсне, вид здоровый: не измучен, не исхудал и даже, пожалуй, весьма прилично одет, умыт и подстрижен. Каллахан за полгода не изменился: неброский наряд, неброское лицо. Никогда бы не поверил, что этот серый человечек построил промышленную империю. Эти двое, в свою очередь, смотрели на меня. В их взглядах было любопытство, дружелюбный интерес, но ничего похожего на «Поразительно, ты жив, не то что в последний раз, когда мы виделись!».

– Не замечаете во мне ничего необычного? – на всякий случай спросил я.

– Отличная прическа, – не моргнув глазом ответил Каллахан. – Кудри у вас свои или спите в папильотках? Зная вас, предположу второе.

– Мои собственные, – процедил я и повернулся к Бену. – Привет, братец. Ты что, вообще не удивлен?

– Очень удивлен. Что ты забыл на научной демонстрации?

– А то, что я жив, тебя не смущает?

Бен посмотрел на Каллахана. Тот сделал вид, что любуется видом ночной улицы, – дескать, выкручивайся сам.

– Поздравляю, я очень рад, – неубедительно промямлил Бен.

Я прищурился. То недолгое время, когда я был сыщиком, научило меня не давать добыче соскочить с крючка.

– Бен, ты что-то знаешь, так? Иначе ты сейчас вопил бы, что я никак не мог ожить, потому что это антинаучно.

– Ну почему же антинаучно, – занудно возразил Бен. – Я всегда говорил, что у танамора есть какие-то энергетические свойства, просто их суть пока неясна. А теперь этот редчайший минерал, этот подарок природы, лежит на дне Ирландского моря, так что ни слова мне больше о нем не говори, или я взорвусь от злости.

– Я тебе вообще не говорил ни про танамор, ни про море. Бен, выкладывай!

– Нам пора, мы опаздываем, рад был повидаться, – быстро ответил Бен и потащил Каллахана прочь.

Я преградил им путь.

– Даже не думайте. Бен, для начала ты идешь к Фарадею. Говоришь ему, что жив, здоров и благодарен за все, чему он тебя научил. Он беспокоится о тебе, так что не будь таким… козлом!

Ирландское словечко, далекое от аристократизма, подействовало: Бен возмущенно фыркнул, развернулся и пошел обратно к зданию института. Мне показалось, в глубине души ему и самому хотелось это сделать.

– Не задерживайся, мы тебя ждем! – крикнул я, с ужасом представив, сколько мы тут проторчим, если Бен решит обсудить с Майклом устройство его волшебной клетки.

Бен махнул нам рукой и скрылся. Мы с Каллаханом остались одни посреди двора.

– Рори Каллахан, – с чувством сказал я.

– Джон Гленгалл, – тем же тоном ответил он.

– Что поделывали?

– Строил новую империю. Благодарю вас за то, что развалили старую.

– Полагаю, это ирония.

– Отнюдь. Провал часто открывает двери новому успеху. Срывает покровы с твоих ошибок, показывает, в чем ты был слеп.

– А Бен все это время был при вас, так? И вы запрещали ему меня искать.

– Бену невозможно что-либо запретить, – весело ответил Каллахан. – Да, он был со мной. Мы – деловые партнеры. Моя хватка плюс его технический гений – верный путь к успеху. Не волнуйтесь, я за ним приглядываю. Слежу, чтобы он ел, спал и переодевался в чистую одежду.

– Да вы просто благороднейший из людей. – Я поморщился от невольной ревности. За Беном я мог бы и сам присмотреть, если бы он мне позволил. – Вы это делаете только потому, что его идеи приносят вам кучу денег.

– Как смело вы отказываете мне в человеческих чувствах! У меня что, не может быть друзей?

– Могут, – огрызнулся я. – Но только очень полезные.

Каллахан глянул на меня снисходительно.

– Я тоже полезный друг, Джон. Со мной выгодно и удобно дружить. Вам я тоже друг.

– Неужели?

– Дружба познается в делах, – мудро протянул Каллахан, и тут, к моему удивлению, из здания выскочил Бен. Как быстро он вернулся!

– Майкл был рад меня видеть, простил и сказал, что я молодец, – зачастил Бен. – Он уверен, что восставшие мертвецы упокоились моими стараниями. Приглашал на семейный ужин, чтобы я подробнее изложил, как у меня это получилось.

Я от души захохотал.

– Дай-ка угадаю: ты ответил, что спешишь и зайдешь в другой раз. А то пришлось бы рассказывать, как ты сделал все, чтобы не дать беднягам упокоиться. Вот был бы позор!

Бен надулся, и я решил смягчить удар. В конце концов, я правда очень рад был его видеть.

– А пойдемте все вместе поужинаем, – предложил я. – Угощаю.

– Ладно, – тут же ответил Бен, и я решил поверить, что он тоже рад меня видеть. – Только давай лучше поедим у нас дома, скучаю по нему.

Сказано – сделано. Мои слуги накрыли нам ужин, с любопытством поглядывая на гостей, и бесшумно скрылись. За ростбифом, картофельной запеканкой и французским вином мы обсуждали ничего не значащие мелочи: лондонские новости, новости науки, погоду. Вечер получился неожиданно приятный.

– И что же производит ваша очередная империя? – осторожно поинтересовался я, когда подали десерт.

– Высокотехнологичные детали для паровозов. Слыхали о железных дорогах? Их кое-где уже строят, и я уверен, это только начало! – с энтузиазмом поведал Каллахан. – Мы с Беном сняли контору в Дублине и собираемся открыть вторую в Лондоне. Нынешний железнодорожный бум будет только нарастать, и всю Великобританию однажды охватят сети железных дорог!

Я усмехнулся и внезапно понял, чем мне нравится Каллахан. Если разорить аристократа и оставить его без гроша, ему останется только в реку броситься. А Каллахан на моих глазах остался без фабрик и без репутации, но отряхнулся, встал и занялся чем-то еще. И если потеряет деньги снова, найдет, где заработать другие. Действительно, хорошо иметь такого друга.

– …О дилижансах лет через двадцать и не вспомнят, – продолжал Каллахан. – Бен очень помогает в текущих делах и одновременно разрабатывает революционную идею.

– Поезд, работающий на электричестве, а не на угле! – торжественно провозгласил Бен. – Он может изменить историю человечества.

– Звучит невыполнимо. – Я невольно улыбнулся. – Уверен, ты справишься. Раскроешь все загадки природы, какие захочешь.

Бен растаял, и тогда я понял: пора. Настоящий сыщик всегда ищет правду, и я весь вечер терпеливо ждал подходящего момента для главного вопроса.

– Кстати, о загадках природы. Что вы знаете про то, как я ожил?

Бен снова глянул на Каллахана, и меня это порядком взбесило. То, что они что-то скрывают, было ясно как день.

– Это Каллахан запрещает тебе рассказать мне правду? – разозлился я. – Бен, я твой брат!

– Джон, вы меня, как всегда, представляете в демоническом свете, – невозмутимо ответил Каллахан, чинно разрезая пудинг ножом и вилкой. – Просто Бен – да и я, признаться, тоже – дал обещание никогда не раскрывать этой тайны. – Он перевел взгляд на Бена. – Но, мне кажется, бывают дела, в которых правда важнее обещаний. Зная правду, мы имеем шанс взять жизнь в свои руки. Скажи ему.

О, так вот почему Бен на него смотрел: Каллахан, похоже, был его советником по вопросам человеческой натуры. Я с силой выдохнул. А вдруг меня вернула не магия? А вдруг…

– Это ты что-то сделал, – выдохнул я. Да как мне сразу, еще в Ирландии, в голову не пришло, что Бен приложил руку к моему спасению! – Что-то незаконное, та к?