Екатерина Слави – Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (страница 31)
Но в то же время, мысль от том, чтобы задержаться в Клане Единорогов вызывала у Равены внутренний протест. Для Лии этот клан был домом, Равена же здесь чужая. К тому же, она еще не нашла ответы на свои вопросы, а Равена чувствовала: ей непременно нужно их найти.
«Перед вами целая жизнь, - сказал ей однажды Ран-Ги. – Только вам решать, какой она будет. Вы можете выбрать все, что угодно. Что же вы выберете?»...
Это она и хотела узнать.
Когда Равена сказала Лии, что не может задержаться, та вздохнула с сожалением и ответила:
- Я понимаю.
Потом подумала немного и добавила:
- Перед тем, как ты покинешь нас, я хочу кое-что тебе показать. Пойдем со мной.
Она встала, и Равена последовала за ней. Они пересекли гостиную, в которой находились, и очутились в смежном помещении, узком и плохо освещенном из-за того, что здесь было лишь одно окно. Лиа молча подошла к двери напротив. Еще до того, как она открыла ее, Равена услышала звонкий смех, которому, словно эхо, вторил еще один.
«Детский смех?» - догадалась Равена.
Когда Лиа чуть приоткрыла дверь, у Равены уже не осталось никаких сомнений – в комнате были дети. Лиа чуть подалась в сторону и с заговорщической улыбкой кивком головы предложила Равене заглянуть внутрь, что Равена и сделала.
За дверью оказалась комната, очень похожая на гостиную покоев Лии – просторная и светлая. В комнате в догонялки играли девочка лет восьми и мальчик чуть постарше. В первый момент сердце Равены болезненно сжалось – эти двое слишком сильно напомнили ей ее и Амира, когда они были еще совсем детьми. Но, присмотревшись, Равена невольно забыла об этом сходстве.
У мальчика были золотые волосы, заплетенные в косу, и витой золотой рог в центре лба. Но взгляд Равены словно сам собой тянулся к девочке – пряди ее темных волос выбились из прически, на которую служанки наверняка потратили уйму времени. Она хохотала, пытаясь убежать от гоняющегося за ней мальчика. Вот она обернулась, чтобы посмотреть, не настиг ли ее преследователь, и Равена увидела ярко-синие глаза на широко улыбающемся светлом личике.
- Дети Арауна, - тихо произнесла Лиа, и в голосе ее звучала неподдельная гордость. – Сын Трисы и моя дочь.
Потом женщина посмотрела на Равену.
- Даже если Клан Сапфиров уснул, и ему никогда уже не пробудиться, он не исчез совсем. Потому что есть ты и я. Потому что есть моя дочь.
* * *
Когда вечерние сумерки легли на долину единорогов, в комнату Равены постучались.
- Это я, мин-са, - послышался голос из коридора.
- Войдите, Ран-Ги.
- Узнали ли вы то, за чем пришли, мин-са? – закрыв за собой двери, спросил канрийский маг.
Равена тяжело вздохнула.
- Можно сказать, я узнала все, что могла.
Ран-Ги пристально вглядывался в ее лицо.
- Это знание помогло вам?
Равена сделала неопределенное движение головой.
- Нет. Но может помочь.
- Что ж, держать в руках возможность – лучше, чем остаться с пустыми руками, не так ли? – рассудительно заметил Ран-Ги.
- Вы правы, - улыбнулась Равена, подумав о том, что слова Ран-Ги всегда приносили ясность ее сознанию.
Канрийский маг сдержанно улыбнулся в ответ.
- Что вы планируете делать дальше, мин-са?
Сделав глубокий вдох, Равена на миг задумалась, потом твердо кивнула собственным мыслям:
- Мы возвращаемся в Тристоль, Ран-Ги. Мне нужно еще раз поговорить с Неемией.
Канрийский маг насторожился.
- Вы полагаете, почтенный лис утаил от вас что-то, связанное с Кланом Сапфиров?
Равена отрицательно покачала головой и, посмотрев в лицо Ран-Ги, ответила:
- Сегодня я узнала, что только Тропа Духов может привести меня туда, где я найду ответы на свои вопросы. И только один клан, из существующих до сих пор, не только видит их, но и ходит ими. Если кто-то в этом мире и знает хорошо Тропы Духов, то это лисы. Вот зачем мне снова надо поговорить с Неемией.
22. ВСТРЕЧА В КНИЖНОЙ ЛАВКЕ
Оживление шумных улиц Тристоля всегда странным образом передавалось Равене – ее охватывало волнение, пробуждалась жажда деятельности, хотелось жить так же, в полную силу, как неутомимые тристольцы. Возможно, именно поэтому сейчас, когда Равена смотрела из окна кареты на улицы города, где шла бурная торговля, голосили наперебой зазывалы и слышались вдали свистки полицейских, она наконец заговорила о том, о чем размышляла уже давно.
- Я думаю, в ближайшее время нам нужно будет побывать в Бриесте, Ран-Ги, - сказала Равена. – Я хочу продать родительский дом. Я единственная наследница семьи де Авизо, и думаю, он до сих пор должен быть в моей собственности.
- Я уже говорил вам, мин-са, - отозвался Ран-Ги, - орден Сон-Лин-Си выделил большие средства на поимку дракона. Эти деньги ваши.
Равена помнила этот разговор. Он состоялся, когда они направлялись из Дагреба в Тристоль. Она выказала беспокойство по поводу того, что у нее нет средств к существованию, и единственным решением, которое она видела, была продажа родительского особняка. Однако Ран-Ги в тот раз пытался заверить ее, что теперь она богата, потому что орден Сон-Лин-Си пообещал внушительную награду за пленение дракона, и она, по мнению Ран-Ги, ее заслужила, как никто другой.
- Я не могу так, Ран-Ги, - чуть поморщившись, произнесла Равена; она не сожалела о том, как поступила с Амиром, по ее мнению, это было более чем справедливо, но платы за этот поступок она не хотела, просто потому сделанное было ее личным выбором.
- Вы причините себе боль, если продадите дом ваших родителей, - заметил канрийский маг.
Сердце Равены сжалось – она знала, что он прав. Знала, что утратить последнюю связь с домом, где выросла, будет для нее мучительно. Она станет словно птица без гнезда. Хотя мысль об опустевшем гнезде, в котором птенца никто не согреет родительской лаской, заставляло сердце болеть не меньше. Наверное, так же себя чувствовала Лиа де Фаль, возвращаясь снова и снова в дом, где выросла.
- Мы прибыли, мин-са, - сообщил Ран-Ги.
Карета остановилась возле узкого переулка – в глубине его, вдали от шума оживленных улиц, угнездилась книжная лавка. Неприглядная вывеска, запыленные окна – здесь ничего никогда не менялось.
Ран-Ги вошел в лавку первым – внутри раздался звон колокольчика, - и придержал дверь, чтобы дать Равене войти следом.
- Еще раз прошу вас, Ран-Ги, не говорить Неемии о поступке Абрэда, - негромко напомнила Равена; они обсуждали это еще в пути. – Не хочу, чтобы из-за меня их отношения испортились.
- Я помню, мин-са, - ответил Ран-Ги, закрывая дверь. – И буду нем, как мертвый бан-ки.
Равена со значением прочистила горло.
- Я позже обязательно спрошу у вас, кто такой бан-ки. Хотя после рассказа о вах-ри мне немного страшно задавать вам такие вопросы.
Уголки губ Ран-Ги приподнялись в сдержанной улыбке.
- Тогда не спрашивайте, мин-са. Боюсь, бан-ки может напугать вас сильнее вах-ри.
Наверное, Равена должна была ужаснуться, но вместо этого широко улыбнулась.
- Вот теперь я непременно не забуду спросить. Вы умеете заинтриговать, Ран-Ги.
Канрийский маг не успел ничего ответить, потому что из глубины лавки раздался звук открываемой двери и чей-то голос произнес:
- Я в долгу у тебя, Неемия, ты снова выручил меня.
Отодвинулась в сторону темная занавеска, открывая взору Равены беловолосого молодого мужчину в традиционных одеждах Клана Лисов.
Улыбка сходила с лица Равены медленно, почти болезненно. Закрыв за собой дверь, мужчина повернул голову, и она увидела его лицо. Золотисто-желтые глаза заметили Равену и застыли на несколько мгновений неподвижно.
Они смотрели друг на друга, не отводя взглядов, и Равене казалось, что это длилось целую вечность. Но уже в следующее мгновение золотистые глаза Рила мигнули, и он улыбнулся – как будто улыбка Равены сбежала от нее к нему, - а глаза Равены при виде его улыбающегося лица недоверчиво округлились.
«Что это? Как же так? – спрашивала тебя Равена, чувствуя, как начинает задыхаться. – Улыбается? Рил... улыбается?!»
Выйдя из-за прилавка, Рил направился в ее сторону.
В сторону выхода, поправила себя Равена, однако, поравнявшись с ней, Рил остановился, и, чуть наклонив голову вбок, заглянул ей в лицо.
- Здравствуй, Равена, - словно нарочно понизив голос, произнес он.
Не поворачивая к нему лица, не желая смотреть на него, Равена сжала губы. Он слышала, как он то ли хмыкнул, то ли усмехнулся. Видела краем глаза, как Рил повернулся к Ран-Ги и с большой заминкой, словно долго разглядывал незнакомца, кивнул ему. После чего прошел мимо Равены.