Екатерина Скибинских – Нервные клетки с запасом (страница 60)
– Я правда не знаю! Император передо мной не отчитывается… Зачем я вам? – поспешно ответила, холодея от страха.
Рядом тем временем на табурет усадили Риссуэллу и оголили ей плечо. Королева же, плотно стиснув узкие губы, еще раз внимательно осмотрела узор на моей ключице и занесла острое лезвие над собственной дочерью, безропотно ожидавшей своей участи с выражением полнейшего равнодушия.
– Веришь? Ты нам вообще не нужна и конкретно сейчас мешаешь. Как бы все было проще, если бы тебя в самом деле принесли в жертву… – отозвалась вдруг Овсянка, не сдерживая злости, и в следующий миг с шумом втянула воздух, когда ее мать нанесла первый неглубокий тонкий порез.
Психи! Полноценные устоявшиеся психи, вся их семейка! Боги, Арк, где ты есть?! Мне же стра-ашно, и кольцо твое дурацкое ни черта не спасает! Как оно вообще работать должно? Меня совсем, что ли, убивать должны тогда? Так не получится спасти – я от сердечного приступа раньше скончаюсь!
– Знаешь, может, даже к лучшему, что тебя не убили на жертвенном алтаре. По крайней мере, ты подготовила благодатную почву для Риссуэллы. Теперь ей не составит особого труда стать женой императора, благо церемония помолвки уже позади… – поделился король своими планами, с интересом наблюдая, как его жена уверенными движениями острым лезвием повторяет узор на ключице их дочери, промакивая выступившую кровь полотняной тряпицей.
– Допустим, Аркенус не заподозрит подмену и примет Риссуэллу за меня… А как же я? Что вы собираетесь со мной делать? – мой голос дрогнул.
Оказывается, когда над тобой не висит смертельная болезнь, чертовски хочется цепляться за жизнь как можно дольше.
– Ну что там? Все? Дай посмотрю, – встрепенулся мужчина, проигнорировав мой вопрос, когда королева отошла от бледной Риссуэллы, бросавшей на меня полные ярости взгляды, от которых становилось все тревожнее. Будто это я тут шрамированием занималась или заставляла меня похищать.
А где-то в подкорке скреблась назойливая мысль, что если они родную дочь не пожалели, нанося ей рану, то что тогда запланировали для меня?! Черт, черт, черт!!!
– Отлично. Дочь, ты как? Мне не нравится твой бледный вид… Хотя, эта тоже сегодня какая-то бледная. Ладно, не страшно, это нам на руку, – заметил король, вновь придирчиво переводя взгляд с меня на Риссуэллу и обратно.
– Ступай в спальню императора сразу, жди его там. Ну и действуй по обстоятельствам: ты должна стать императрицей как можно скорее, – строго приказала королева, явно не испытывая к девушке ни капли сочувствия, и тут же обернулась к своей сестре. – Для ритуала призыва у нас все готово?
– Нет! Я понятия не имела, что твоя непутевая дочь не справится с возложенной на нее задачей. Пойдем. Вильгельм, найди пока заклинание, – отмахнулась женщина, прошествовав в дальний угол пыточной.
– Без тебя знаю, что делать!
Но она никак не отреагировала на это заявление, грациозно опустившись на пол и расправив складки своего пышного платья, и принялась выводить какие-то невидимые узоры на полу гладким угольно-черным камнем. Независимо фыркнув и что-то проворчав себе под нос, королева прошествовала следом и начала речитативом проговаривать непонятные слова, осыпая получавшийся узор каким-то порошком, на миг вспыхивавшим и рассыпавшимся искрами при столкновении с невидимыми линиями.
– Риссуэлла, ты почему еще здесь? Давай, сейчас не до тебя. Свою задачу уяснила? Выполняй, – нахмурился король, обратив внимание на почему-то мешкавшую принцессу.
– Сейчас. Хочу проверить, нет ли у нее еще каких отметин: синяков, царапин. И сравнить длину волос, – отозвалась та, приблизившись ко мне вплотную.
– Делаешь успехи. Только быстрее, – кивнул мужчина одобрительно и отошел к столу, где, наверное, лежала книга. Из-за тела Риссуэллы мне не было видно.
Да и не до того мне было. Несмотря на обуявший меня ужас, я лихорадочно просчитывала варианты, как выжить в данной ситуации и, желательно, без вреда для здоровья. Фоном пролетали нецензурные выражения, направленные на Аркенуса, бросившего меня снова одну.
Погруженная в свои мысли, даже не возразила, когда прохладные пальцы Риссуэллы коснулись моего плеча, волос, отодвигая их. Как и промолчала, когда девушка склонилась ко мне совсем низко, почти касаясь губами моего уха.
– Идиотка, гребаная идиотка, – донеслось до меня едва слышное шипение Риссуэллы. – Какой дурой нужно быть, чтобы отправиться в одиночку с моей теткой? Да лучше бы тебя Мохнатик сожрал!
Я перевела на нее ошалевший взгляд, не ожидая такой тирады. Осторожно покосилась на главных злодеев этой комнаты, в спешке чертивших что-то на мраморном полу. На нас они пока особо не обращали внимания. Впрочем, и немудрено. Я привязана, а Риссуэлла сейчас и вовсе уйдет в мою спальню дожидаться Аркенуса…
– Тебе какое дело? – огрызнулась я шепотом, практически не размыкая губ.
– Да вообще никакого, но становиться женой императора я не намерена! – прошипела она в ответ, бросив на меня свирепый взгляд.
И тут же зашептала уже спокойнее:
– Убивать тебя они не станут. Предпочтут вначале использовать в своих закулисных играх или хотя бы выведать как можно больше информации об императоре, так что время у тебя есть. Правда советовала бы не врать и не злить их: как использовать предметы, находящиеся в этой комнате, они знают не понаслышке. Я постараюсь сообщить императору, что ты здесь, как можно скорее.
После чего Риссуэлла вновь нацепила безразличное выражение лица и покинула комнату.
Я выдохнула уже чуть спокойнее. Ладно. Беру свои слова обратно и возвращаюсь к предыдущим выводам: Риссуэлла все же относительно нормальная, просто не повезло с родителями.
По-прежнему нервировал предстоящий ритуал вызова… Кого? Вот кого они собрались вызывать? Самый логичный вариант – ту мымру чернявую. Вот только на кой черт?
Шумно переведя дыхание, пытаясь отвлечься, опустила взгляд вниз, сосредоточенно рассматривая пол, по которому ползали какие-то пауки, мухи, бабочка даже одна без крыла… Эм? Это что? Присмотревшись, поняла, что и у пауков не у всех полный комплект лап, а парочка мух практически расплющенные… Что-то мне это напоминало. Вернее, кого-то, владеющего даром поднимать мертвых. Вот только какой толк от насекомых?
Словно в ответ на мои мысли, сдохляки выстроились передо мной на полу в надпись: «
А мне стало совсем нехорошо. Память услужливо подбросила воспоминание о плачевном финале вчерашней воскрешенной рыбки, а ведь габариты там не в пример меньше дракона.
Мамочки… А-арк, спаси же меня уже наконец-то, а то одного конкретного Ваенга я внезапно стала бояться больше, чем тех, что притащили меня в пыточную и угрожали ножом!
Глава 18
Мысль, что я не ошиблась в Риссуэлле и она все же нормальная, а значит, меня вскоре спасут, значительно приободрила. К тому же чета Ваенгов, злобно переругиваясь вполголоса, что-то варганила в дальнем углу комнаты, не обращая на меня совершенно никакого внимания. Тем лучше для меня. А то упоминание принцессой пыток ну ни капельки не вдохновляло. Нет, я бы при одном упоминании такого варианта вывалила бы все, что знала, героем себя не считаю, но ведь и не знаю ж ничего!
Правда дико напрягало, что при этом Ваенги в самом деле собирались кого-то призвать. И вот лично я не знала никого, кого бы была рада сейчас увидеть в центре этой корявенькой пентаграммы.
Но минуты шли за минутами, у королевы уже начал садиться голос, король с каждым мигом все более нервно листал страницы древней потрепанной книги, но ничего не происходило. С одной стороны, это несказанно радовало, а с другой… Ну, мать вашу, Арк, Мартин, Овсянка, кто-нибудь, спасите меня уже, а? Мне страшно…
Я даже успела шмыгнуть носом, жалея себя, как пространство рядом со мной засверкало, и оттуда вышагнула уже знакомая мне чернявая мымра. Ну, если честно, на кого-то другого я особо не рассчитывала.
Удивило, правда, что появилась она не посреди пентаграммы, как показывают в фильмах о призывах демонов. Или это нечто вроде звонка на мобильный, типа «прием-прием, тебя хотят видеть три придурка королевской крови»?
В этот раз на Каро было длинное струящееся платье из фиолетового шелка с разрезом до бедра. Ткань красиво переливалась на свету, причудливо мерцая искорками то тут, то там. Насыщенный цвет выгодно подчеркивал белизну кожи, приковывал взгляд к покатым плечам, точеной шее. Да и прическа была под стать, каждый локон знал свое место, ни волоска не выбивалось…
Это поэтому она так долго не являлась на зов, сидела у стилиста? Небось, и макияж нанести успела… Но, чего уж там, выглядела эффектно, хоть я и видела эту козу сейчас только со спины. Ваенги, вон, тоже малость подзависли… А, не, отмерли. Согнулись в подобострастном поклоне.
Хм… Она и от меня этого ожидала, тогда, в больнице? Ну так звиняйте, предупреждать же надо – я бы сразу послала, делов-то! Меня она пока не видела, появившись в зале так, что я оказалась позади нее. Вот мне и оставалось только, что любоваться ее филеем, красиво обтянутым тонкой тканью.
Была б мужиком, уже бы слюнями изошла. Ну правда, есть на что посмотреть, в тренажерный зал ходит, что ли? Просто обидно будет, если окажется, что это все у нее по мановению волшебной палочки. От лица всех девушек, истязавших себя годами жесткими диетами и тренировками, покусаю. Вот за тот самый филей… Фу. Нет, это я что-то уже загнула. За руку, может, укушу… Хотя, вдруг она у нее немытая? Тоже как-то беее… Боги, о чем я думаю?!