Екатерина Скибинских – Аспирантура для попаданки. Замужество не предлагать! (страница 23)

— Я?

— Ну вы же заговорили об этом. Так понимаю, не с целью просто ткнуть носом в несовершенство системы, — отреагировал он с легкой насмешкой.

— Некоторые предметы общие для союзных специальностей. То есть, те же целители и природники могут сидеть на уроке у одного преподавателя, боевики и стихийники — у другого…

— А те, кто не определились, бегать туда-сюда? — уже в открытую улыбаясь.

Я тяжело вздохнула, отчего у цветка возле дивана даже отпал очередной пожелтевший листок. Правда, сегодня это чахлое растение выглядело намного лучше, чем вчера, даже местами зеленые ростки пробивались, да и пыталось виться, вроде как… Лер Родерган все же чем-то подкармливает его? Ладно, не о том думаю.

— Так понимаю, все уже давно до меня решено, и я тут зря умняки корчу? — предположила, еще раз вздохнув и снова чувствуя себя в высшей степени неловко.

— Почему же, мне было интересно послушать, — декан даже не стал спорить, лелея мое эго. Да ладно, че уж там.

— И уже поделены на группы?

— На три по десять человек. Со следующей недели должны начаться профильные занятия. Но разделили на группы просто для удобства, чтобы каждому ребенку на профильном занятии было уделено максимум внимания — первый семестр предметы все равно у всех будут одинаковые. То, что указано в личных делах детей по поводу их склонностей — это результаты тестов в обычных школах, где выделяли у всех учеников одну наклонность. У наших же юных гениев может быть предрасположенность к нескольким направлениям… Но мне в самом деле нравится ход ваших мыслей. Завтра я вам предоставлю список преподавателей, которые будут вести профильные занятия, названия предметов и количество часов, которые следует отчитать за семестр. Ваше задание на эту неделю — составить расписание, которое будет устраивать всех.

Я аж подзависла от осознания масштабов задания. Так понимаю, заниматься своим проектом мне не грозит? Да тут хоть бы уходить с кафедры вообще!

— Не делайте такие круглые глаза, уверен, для вас это не составит труда. Если совсем не будете справляться — я помогу. На данный момент самое сложное — это расписание, потом еще будут задания по мелочам, но уже не в таких масштабах, чисто рутинная работа, обычная для каждой кафедры.

— В расписании общие занятия с кураторами как распределять? На лерри Стефани… — тихо пробормотала я, пытаясь взять себя в руки и стараясь не думать о серьезности поставленной задачи.

Одно дело просто набросать примерное расписание, другое дело — распределить согласно рабочему графику каждого преподавателя, еще и рассчитать нужное количество предметов на каждую неделю. Учитывая, что от этого уже зависит жалованье преподавателей… За что мне такая ответственность, а?!

— Нет, лерри Стефани ушла из нашей Академии. Завтра будет лер Мэрдок, сегодня вроде сносно показал себя, — протянул он неуверенно.

«Сносно» — это значит, что его не подожгли, не прокляли и соплями не облили? Успех, однако.

— С кураторами пока не удается договориться, дети нервничают… Впрочем, что я вам рассказываю. В общем, Сандра, не переживайте. Со следующей недели, когда дети привыкнут к новым кураторам и начнутся уже профильные занятия, у вас появится значительно больше свободного времени для вашего проекта. А на сегодня вы, в принципе, можете быть свободны.

Да? А, ну и слава всему святому. А то с этими всеми заботами я даже пропустила обед. Так, как бы мне теперь найти Лайлу и напомнить о ночном обещании посмотреть мой водопровод?

— До свидания, лер Родерган…

Время до ужина прошло без происшествий, если не считать встречу с Риэль, налетевшей в коридоре ярким восторженным вихрем. Но та повисела у меня на шее пару минут, умудрившись вывалить все новости за день, и умчалась к своим одногруппникам. Я даже не успела поинтересоваться, почему она здесь, а не ушла сразу после занятий домой, и куда дела Андреаса.

В столовой, куда стремилась всей душой и возмущенно урчавшим желудком, почти сразу же заметила Дрейка, что-то яростно доказывавшего брату у раздачи. Просто поздоровалась приветливо, но в следующий же миг орки увлекли меня разговором, помогли нагрузить поднос едой и сопроводили до их общего столика, где уже сидели Саймон с Лайлой, Ричи и даже Адрелия. Бьянка либо ушла домой, либо сидела со своими одногруппниками — по крайней мере, я всматриваться в толпу не стала, разыскивая ее. Больше радовало, что меня действительно уже стали воспринимать частью их компании, как ни в чем ни бывало продолжая разговор и вовлекая меня в него.

А гораздо позже вечером Лайла все же заглянула ко мне с целью наладить горячую воду… И ей это удалось! Для полного счастья не хватало заделать окно, добыть шкаф, письменный стол, можно пару стульев, ковер, шторы… Хм. Немаленький списочек, однако. Впрочем, стул я сумела добыть уже на следующий день, даже два, сделав несколько комплиментов новой прическе лерри Калахары. Ей же попыталась намекнуть и на шкаф с окном… Но кроме «заявку ремонтникам подала» ничего не добилась. Ну да ладно, стулья есть — уже хорошо, одежду можно, на крайняк, вешать на их спинки. А там, может, с ремонтниками договорюсь, чтобы полки в шкафу починили…

В целом, жизнь явно налаживалась, даже Вселенная перестала устраивать подлянки, видимо, решив, что все, наконец-то я выборола свое право на спокойствие и некоторый комфорт. В этом я убедилась на следующий день на кафедре, когда приступила к составлению расписания, имея на руках всю необходимую для этого информацию, выданную мне деканом. Все оказалось не так страшно, как я думала. Самое основное было давно сделано компетентными людьми, от меня требовалось лишь собрать всю информацию воедино, сверившись с общим расписанием на каждой кафедре. Сложности как таковой нет, просто пришлось побегать по Академии, уточняя актуальность данных.

Так что за два дня я справилась, и, когда отнесла леру Родергану на проверку, он похвалил. Разумеется, выдал следующие задания, но там, скорее, рутина, которая оставляла мне обещанное время для работы над проектом! И даже никто не врывался в преподавательскую с криками, что дети снова что-то вытворили. Похоже, лэр Мэрдок действительно справлялся…

Ну, как мне казалось. В последний день перед выходными он, не объясняя причин, все же уволился, а мне пришлось связываться с очередным кандидатом на кураторство и радовать его новостью, что должность снова вакантна.

Но на выходных я меньше всего думала о кафедре, отправившись с Лайлой на шопинг, тратить содержание, выделенное мне папулей. В средствах свою дочурку он никогда не ограничивал, да и в дальнейшем у меня будет моя аспирантская зарплата, так что можно было позволить себе приобрести все самое необходимое, не экономя. Так что я с чистой совестью вцепилась мягкий ковер теплого коричневого оттенка с длинным ворсом — плевать, что непрактично и замаюсь выковыривать мусор, и подобрала шторы персикового цвета с золотистым орнаментом.

А после настал черед самого главного: покупки нормальной одежды! Да! Это все же произошло! Я больше не буду шизанутой барби!

Так что в таверне, где мы вновь собрались всей компанией в этот же вечер, я уже была в удобных штанах, чем-то похожих на джинсы по покрою, и длинной темно-зеленой тунике без единого рюшика и вышивки, лишь подхваченной на талии золотистым пояском. Орки по-доброму меня подкалывали, нарочито грустно вздыхая, что появилась среди нас единственная яркая бабочка, но и та исчезла, заразившись от Лайлы и Адрелии любовью к штанам.

Проведя замечательный вечер в дружеской компании, я все же засиживаться не стала, тем более что подошла Бьянка, обливая всех неприкрытым презрением, а Адрелия начала очень уж многозначительно подбрасывать на ладони боевой пульсар, даже изменив своим излюбленным кинжалам. Попрощавшись со всеми и чувствуя, как по жилам расходится тепло от выпитого алкоголя и все еще клубится радость по случаю сделанных покупок и приятно проведенного времени среди друзей, поспешила в общежитие.

Настроение было просто превосходным, я даже что-то мурлыкала себе под нос, едва не пританцовывая на ходу, когда внезапно заметила в неясном свете фонарей сбоку от себя чью-то тень. За доли секунды успев передумать сотни ужасов, резко обернулась, готовая шарахнуть гипотетического насильника боевым пульсаром, который, благодаря папуле, получался у меня всегда на автомате.

И уставилась на Андреаса со вставшими торчком ушками. Вот уж кого меньше всего сейчас ожидала увидеть.

— Однако здравствуйте… — пробормотала себе под нос, выдыхая с облегчением. — Привет, в смысле.

— Привет, рад тебя видеть, — тут же отреагировал он, чуть улыбнувшись, а его хвостик привычно обвил ноги.

— Ты чего тут маньячишь? — все же не могла не спросить, чувствуя, как сердце все еще гулко колотится в груди.

Не сказать, что время совсем позднее, чтобы на полном серьезе бояться бродить по улицам, но достаточно темно, так что струхнула я знатно, благодаря соседу.

— Увидел, что ты идешь одна — решил проследить, чтобы никто не пристал, — он бесхитростно пожал плечами, будто это нечто само собой разумеющееся.

— Ага, чего подпускать чужих маньяков, если можно самому… А при этом нельзя было окликнуть? Давно вообще за мной идешь?

Резкий порыв ветра, всколыхнувший сухую листву на дорожке, заставил меня зябко передернуться и заправить за ухо выбившуюся прядь волос. Поболтать с Андреасом я всегда не против, особенно учитывая, что желание потрогать его ушки так никуда и не делось, но стоять на пустынной улице все же не улыбалось.