Екатерина Шубочкина – Ангел-хранитель. Брат и сестра (страница 3)

В кабинете директора школы, которую Никита с Машей окончили, как им казалось, буквально вчера, молодые супруги Семеновы пытались перестроиться на теперь уже рабочие отношения с новым начальством.

– Как же я рада, что вы Маша, точнее Мария Васильевна, и вы, Никита Александрович, приняли мое предложение работать в нашей школе, – Анна Михайловна была крайне радушна и любезна с новыми сотрудниками. – Конечно, я понимаю вашу просьбу, Никита Александрович, относительно преподавания только в старших классах, но ведь через три года ваша младшая сестренка все равно перейдет в пятый класс и что тогда? Уйдете в младшие классы? Несерьезно это, на мой взгляд…

– Вы правы, Анна Михайловна, – согласился Никита. – Но не будем пока загадывать так далеко вперед. Я надеюсь, что со временем Надя примет сей факт моего присутствия в ее жизни в качестве учителя, да и дети в классе повзрослеют, отношения среди учеников станут более спокойные.

– Да-да, с возрастом многое в жизни меняется, это так, – закивала одобрительно Анна Михайловна. – Хорошо, тогда возьмитесь вести два кружка изобразительного искусства: отдельно в старших классах и отдельно в младших классах, как дополнительные развивающие занятия. И всё-таки третий и четвертый классы пойдут в вашу нагрузку, а у самых юных деток учителя пока сами справятся.

– Это пожалуйста, – принял предложение директора Никита.

– Что ж, оформляйте документы. На работу выходите пятнадцатого августа: методически подготовитесь и с коллективом познакомитесь.

– Думаешь, Надя оценит твой поступок? – спросила вдруг Маша по дороге из школы домой.

– Оценки, дорогая моя, интересны школьникам, а мне важнее сейчас выстроить дружеские доверительные отношения с сестрой, – крайне серьезно ответил на этот вопрос Никита. Но почувствовав напряженную молчаливую реакцию супруги, чуть мягче продолжил: – Видишь ли, я чувствую здесь свою ответственность перед родными, поскольку сам когда-то просил родителей родить мне сестру, а когда она появилась, то я, выходит, особого участия в ее жизни и не принимал. Я уехал учиться, когда ей был годик, а потом, сама знаешь, столичная жизнь не позволяла видеться с родными часто. Даже летом мы с тобой трудились, учились и занимались своими делами в Москве.

– Да, ты прав, – поддержала Маша и сменила тему разговора: – Давай зайдем к отцу Николаю по поводу сдачи жилья? Он почти всех в селе знает, может, подскажет, к кому обратиться, а то в интернете местных объявлений об аренде я вообще не нашла.

– Бабушка обещала, что спросит об этом батюшку и знакомых, – ответил Никита и, усмехнувшись, добавил: – В селе, как ни крути, сарафанное радио лучше интернета работает.

– О, а вот и бабушка! – подходя к дому, заметили Никита с Машей, знакомую фигуру, приближающуюся к ним навстречу с другой стороны улицы, и остановились у калитки.

– Меня ждете, внучатки мои? – заулыбалась бабушка при встрече. – Ой, какие запахи-то доносятся из окна! Наверное, мама пироги с ягодой печет.

– Сейчас за секунду всё съедим и будем тоже вкусно пахнуть ягодами, – пошутил Никита, открывая перед женщинами калитку.

На крыльце дома их встречала Надюшка, сидящая с книжкой на ступеньке.

– Привет, красавица моя! – поцеловала бабушка внучку. – Ты положи пока свою книжечку, бери скакалку и иди скорей на улицу: там, у новых соседей через дорогу, оказывается, есть дочка твоего возраста, и она сейчас скачет вдоль забора одна. Пойди, познакомься, попрыгай, а то засиделась уже в доме на каникулах.

– Не-е-ет, я тут лучше… – стала сопротивляться Надя, но Никита с Машей бабушку поддержали, и девочка, хоть и нехотя, но все же взяла скакалку и вышла со двора.

– Ой, глазам не верю: Надя с какой-то девочкой на улице беседует! – удивленно воскликнула мама, высунувшись в открытое окошко, когда Никита, Маша и бабушка зашли к ней на кухню. – Наконец-то вышла из своего затвора! Кстати, я эту девочку что-то не помню…

– Это дочка новых соседей. Оказывается, бабушку Веру, что в двадцать третьем доме жила, дочка к себе в Красноярск забрала, а дом в аренду сдали. Это мне сегодня отец Николай рассказал, когда я у него по просьбе Никиты интересовалась про сдающих в селе жилье. Он пообещал сообщить, если что узнает, пока же, говорит, сложно с арендой: даже его хибара, в которой Маша с мамой после пожара ютились, занята.

– Это кто же согласился на такое дырявое жильё? – удивилась мама.

– Так, батюшке молодого дьякона в помощь прислали из города, чтобы он воскресную школу, наконец, при нашем храме открыл. Он в церковном домике и поселился пока. Нашему отцу Николаю тяжело же и на требах быть, и на службе, еще и учить детей! Вот: помощника дали в епархии!

– Это же замечательно! Надо Наде про воскресную школу сказать, – обрадовалась новостям мама Никиты, который в свою очередь, казалось, был совсем не впечатлен услышанным от бабушки. – Сына, ты чего такой кислый? С работой что-то не получилось?

– Там-то как раз всё нормально, – с досадой махнул рукой Никита. – А вот то, что я рассчитывал с жильем разобраться до того, как работа затянет, а, видимо, не получится, меня и не радует.

– Нашел из-за чего переживать! – воскликнула мама. – Живите у нас спокойно! Маша, ну хоть ты вразуми моего упрямого сына!

– Я поддерживаю мужа, – отозвалась Маша. – Мы уже привыкли в Москве быть сами себе хозяевами, поэтому вы нас простите, мама, но мы будем продолжать искать варианты отдельного жилья.

– Ну как знаете, – с досадой всплеснула руками хозяйка. – Это уже ваши дела: семейные! Решайте сами, а мы с отцом чем можем помочь, то и предлагаем. Только помяните мое слово: когда малыш у вас родится, сами назад попроситесь. Здесь все-таки и быт налажен, и нянек много: будет кому присмотреть в случае необходимости за лялькой.

– Ой, мам, хватит, – отмахнулся недовольный увещеваниями матери Никита. – Вот будет малыш, тогда и будем думать, а то пять лет родить не получается, может, и еще лет пять не получится, – нервно бросил он напоследок и вышел из кухни.

– Никита, подожди! – бросилась за мужем Маша. – Ты что, больше не веришь, что у нас будут дети? – спросила она, догнав Никиту в отведенной им комнате.

– Маш, давай только ты не начинай! Нет настроения выяснять сейчас отношения, – отбрыкивался Никита от прямого ответа на вопрос супруги.

– У нас не просто отношения, у нас с тобой семья! – не отставала Маша.

– Тут хоть верь, хоть не верь, а от фактов не уйдешь, – грубо буркнул в ответ Никита и завалился устало на кровать, но, увидев навернувшиеся слезы на глазах Маши, вздохнул и поднялся, чтобы обнять расстроенную супругу.

– Маш, прости, я не хотел тебя обидеть, – извинился Никита.

– Ты, бывает, ведешь себя так, словно я в чем-то виновата перед тобой,– всхлипывала Маша. – Но ведь мы должны верить, что Бог знает как лучше для нас, и всё происходит по Его воле.

– Конечно, ты права, – пытался успокоить супругу Никита.

– Я иногда думаю, что было бы лучше, если ты согласился поехать с Федором в экспедицию на Алтай расписывать храмы. А так из-за меня ты отказался от мечты и теперь мучаешься сам и мучаешь меня.

– Но как бы я оставил тебя одну в Москве? Это же командировка не на три дня, а на несколько месяцев! Я уеду, а тебе кто поможет в случае чего?! Ни родителей рядом, ни друзей толком: разъехались все после вуза, свои семьи завели. А я пред Богом за тебя в ответе! Долг мужа оберегать и заботиться о жене!

– Вот мне и кажется, что в последнее время ты только свой долг исполняешь, а по-настоящему меня уже и не любишь! – вырываясь из объятий супруга, воскликнула Маша. – Что-то не так между нами, Никита! А я хочу, чтобы было как раньше! Почему всё изменилось?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.