Екатерина Шельм – Запретная ночь с боссом (страница 22)

Не знаю что он там хочет мне сказать, но подозреваю что таки не удержала свое невозмутимое лицо и сейчас удостоюсь утешений.

— Все в порядке, Андрей. Мне было очень хорошо, — целую его в уголок губ. Коротко и почти по-дружески. — А теперь давай забудем. Это было в первый и последний раз.

Хмурится.

— Да? Отчего же?

— Ты знаешь «отчего». Я не свободна, ты не свободен.

— А если бы я был свободен?

Застываю. Ни на одном уровне не готова к такому разговору. Нет и точка.

— Мы с тобой договаривались. Никто не лезет ни в чей брак. Помни, пожалуйста, об этом.

— Тогда почему бы нам не повторить? — что-то едкое в его тоне заставляет меня вздернуть подбородок.

— Я не хочу.

— О, правда? — смеется. Не понимаю надо мной или над собой. — Ну сейчас в это легко поверить, но через неделю-другую поговорим.

Смотрю с обидой и берусь за ручку двери. Мгновенно захлопывает ее перед моим носом.

— Прости меня. Я не хотел… — голос взволнованный, словно мое мнение действительно для него что-то значит. Приятная иллюзия, но брось кривляться Андрей.

— Все было хорошо. Не будем усложнять. Пока.

Я хочу показать ему как мало для меня все это значит, поэтому еще раз намерено клюю его в уголок губ. Андрей перехватывает меня и целует.

Особый это поцелуй. Я не закрываю глаза. Он тоже. Ласкает меня нежно, трепетно даже.

Впусти… ответь мне… скажи что…

ЧТО?! Что тебе, черт побери, сказать?! Что я в тебя влюбилась? Что это все было больше чем просто трах? Что мы с тобой в полной и беспросветной жопе теперь?!

Испуганно отскакиваю, открываю дверь и выхожу в коридор.

Нервно давлю в кнопку вызова лифт. То ли жду, что он догонит, то ли молюсь, что не станет.

Но он не приходит. Это потому что я сказал «нет»? Я его оттолкнула? Оборачиваюсь и смотрю вдоль коридора. Ноги сами шагают в лифт, руки сами нажимают кнопку лобби. Все правильно, Полина Степановна Орлова. Ты замужем, черт побери. Вот и езжай домой, к мужу!

И я еду домой. Мужа правда там все еще нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍8. День после…

Андрей

Сажусь в машину и еду домой. Шесть утра дороги пустые. Гоню себе. Нахватал штрафов наверное, но кому не насрать.

В жопе, ты Громов. В полной и беспросветной. Доигрался. Приоткрыл свой ящик пандоры, поздравляю. А там на дне вон оно что.

Что?..

Да черт побери откуда я знаю! Только вот от нашего расставания с Полиной у меня душа наизнанку. Как будто не к любимой жене еду, а от любимой…

Так, Андрей. Соберись, мать твою. Это просто был хороший секс, а ты не привык или вернее отвык, разделять хороший секс и нечто большее.

Поэтому плотно закрой рот, подотри сопли и езжай домой, к жене. А Полину в понедельник попроси с должности. И все. С глаз долой, из сердца вон. Черт с ней, с кошкой. Пусть гуляет сама по себе где хочет и с кем хочет.

Злюсь на нее до звезд перед глазами. А чего злюсь — сам не знаю. Только все сильнее на газ давлю как придурок.

Шесть тридцать я дома. В душ сходил в отеле, но одежду презирая свой мелочный страх сую в мешок с эмблемой прачечной. Сжечь бы все надо, а не просто почистить.

Наверное надо завалиться спать. Лиза вчера осталась у друзей за городом, отдыхает. Во сколько приедет понятия не имею, может и всю субботу там проторчит.

Но только зайдя в спальню, поглядев на нашу супружескую кровать, где Лиза столько ночей у меня под боком проспала, я как от приведения пячусь вон.

Так, возьми себя в руки, Андрей. Соберись, мать твою. Ну изменил, ну бывает. Тоже мне событие. Да большая часть мужиков изменяет женам. Просто ты такой дурак, так долго тянул, что теперь это кажется чем-то страсть каким важным.

Иду на кухню варю кофе. Мне кажется что от меня пахнет Полей. Ее запах въелся в меня. Или это просто глюки?

Блять, Громов, как же ты так влип, а?

Рассчитаю в понедельник. Она все еще на испытательном. И пока. И точка.

Говорю себе и сам не верю. Ни хрена ведь не рассчитаю. И не отпущу. Влип я. Влюбился я в нее.

Бляяять….

Сижу сжав голову руками за столом на кухне, когда в двери поворачивается ключ. Принимаю невозмутимый вид, а сердце так и грохочет в груди.

«Изменник… предатель…»

— Ой, привет котик. А ты чего так рано подскочил? — Лиза сгружает спортивную сумку с плеча и прыгает на одной ноге, стряхивая кроссовки. Смотрю на нее и задыхаюсь от нежности. Люблю ее, очень. И давно люблю. И вот эти руки ее с маникюром, и волосы перетравленные, и даже чертовы силиконовые сиськи. Люблю. Но… не так уже. Не так как надо любить жену.

— Привет, зая, — голос у меня хриплый, но может ведь быть со сна, так ведь. — Да вот… — и больше у меня слов нет.

— У меня депиляция в одиннадцать, вот я и примчалась, пока все не встало в пробки. Ну чего там твои листовки? Согласовали?

Листовки? Не понимаю о чем она. Ах, да! Работа!

— Да.

Вру. Просто не помню, согласовали мы там чего или нет. Помню Полю на столе переговорки. Помню ее голос, помню цвет кожи, запах.

Лиза подходит и нежно чмокает меня в макушку.

— Пошла в душ.

— Я тебе изменил.

Секунду висит тишина. Потом она тараторит дальше.

— У Ленки в ее доме такой бедлам, решила не сливать весь их бак на себя, а то мои волосы пока промоешь, пока оттеночным, пока маской. В общем, до дома дотерпела. Приготовь чего-нибудь поесть, ладно котик? Я мигом.

Хлопает дверь ванны и я остаюсь один. Пару минут шумит вода, звенят кольца на занавеске. Потом спектакль прекращается. Дверь открывается, и Лиза в маечке подходит и, не глядя на меня, останавливается у стола.

— Что ты сказал? — голос у нее тоненький, дрожит. И я ненавижу себя в этот момент. Просто ненавижу. Удавил бы, суку.

— Прости.

Она держится стойко. Садится за стол и забирает мою кружку. Заглядывает внутрь.

— Кофе свари жене.

Встаю, достаю чашку, тыкаю в кнопку на машине.

Это дает нам еще пару минут.

— Спасибо, — Лиза на меня не смотрит. Наверное, умру, если посмотрит. Даже сейчас она меня бережет. — Мда, не так я планировала провести субботу, — улыбается. — Насколько все серьезно?

— Это было один раз.

— Сегодня?

— Да.

Она попивает кофе. Жду вопроса «кто эта шлюха?!», но его нет.