Екатерина Шельм – Позднорожденные. Том 4 (страница 13)
Но они с Линаром привели в действие план, по которому покоя не будет никому – ни людям, ни эльфам – ближайшие лет сто. Не было пути назад.
Они вышли на балкон и Синай подал Финару кнам. С одной рукой генералу было сложно держать равновесие на парапете. Они спустились и пошли к вертолетной площадке.
***
тииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииииитттттттттттттттттттттттттттттттттттттттттттттттт
Реджан Долмах скучал, его охрана напротив была настороже. Когда эльфы подошли, они тут же всполошились и из охраняющего круга снова встали на одной стороне вертолета – защищать драгоценного консула.
– Быстро, – отметил Реджан, поглядев на наручные часы. Синай скривил губы. Неужели чтобы определить время небесного светила тебе недостаточно?
– Кто это? – Реджан разговаривал с Синаем так, словно он привел корову на веревке. Словно у Финара не было ни языка, ни слуха.
– Его имя Ират.
– Как лишился руки? – Реджан присмотрелся.
– Придавило в бомбежке Сиршаллена.
– Сколько было лет на тот момент?
– Сорок зим. – соврал Синай.
– Угу… – Реджан посмотрел на эльфа. – Прекрасно! – он щелкнул пальцами и один из военных забросил автомат за спину, достал тяжелые особые наручники и шагнул к Финару.
И застыл. У эльфа была только одна рука.
Реджан Долмах заметил заминку.
– Хм… Ну, придумайте что-нибудь. Что мне с ним свободным лететь?
Консул забрался в вертолет. Лопасти стали разгоняться. Военный достал леску и примотал руку Финара к туловищу, спеленав его через весь торс.
– Прощай, – сказал Финар и неловко пошатываясь от неудобства пошел к вертолету.
А Синай остался. Ветер трепал его косу, поднятая пыль лезла в глаза. Эльфа втащили внутрь, захлопнулась тяжелая дверь. Вертолет поднялся выше уровня деревьев и улетел.
Синай стоял. Стоял на земле, которую поклялся защитить. На которой собирался умереть.
Стоял один.
С верным благородным мечом за спиной, с длинной косой, оттягивающей голову, с острыми ушами. С тем, что он не захотел отринуть и предать.
Он потерянно смотрел в небо, словно вертолет мог вернуться внезапно. Из него выскочили бы военные и консул Реджан крикнул: Мы передумали. Давай сражаться как ты и хотел!
Синай стоял так долго, бестолково запрокинув голову к просвету в могучих ясенях, что и сам почувствовал себя одеревеневшим и безразличным ко всему могучим деревом. Которое будет стоять тут, пока не придет кто-то и не срубит его, как было в пору третьей войны, когда люди пришли и стали вырубать Великий Лес.
Поднялся студеный ветер, зашевелил могучие кроны по краям просвета. Здесь в одном из немногих мест нынешнего Сиршаллена можно было увидеть небо. Духи играя бросили редкий опавший лист в его лицо, и Синай, слухом или сердцем, но различил их шепот.
Он сглотнул и наконец смог сдвинуться с места.
Глава 5. Утро в Кайрине
Мимо окна прогрохотал поезд надземного метро. Шесть вагонов промчались за три секунды, но стекло в старом серванте еще продолжало дребезжать, когда Софи открыла сонные глаза. Она вздохнула и зарылась носом в подушку.
Линар притянул ее ближе и уткнулся носом в затылок.
– Ненавижу метро, – пробормотал он.
– И я, – сонно отозвалась Софи, прижимая его руку ближе к груди.
– Однажды мы снова будем в Сиршаллене, – тихо пообещал он. – Там будет тихо, только птицы и ветра. Только шепот листвы. Только ты и я… – Софи почувствовала, как он мягко целует ее волосы. Вздохнула. Однажды… кто знает наступит ли это «однажды». Но сейчас в грохочущем поездами метро и сигналящими машинами кайринском утре хотелось верить, что да. Однажды…
– Какой ты хочешь дом? – спросил Линар, прижимаясь всем телом. Эти разговоры Софи стали привычны. Джон страшно любил помечтать поутру о будущем. Словно оживляя его перед глазами, он находил силы встать с постели и снова идти в мир, который его не ждал и не желал видеть.
– Я была бы рада оказаться у нас дома, – пробормотала Софи, не открывая глаз. Не хотелось видеть уродливую комнату со старой мебелью. – В твоей гостиной. Там так тихо. А за окном соседний ясень видно. И Финар готовит на кухне… А в саду летает пчела и фонтан журчит…Слышишь?
– Угу… – буркнул Линар и вздохнул. – Нет. – сказал он печально. – Не там. В настоящем Сиршаллене. Где дома стоят на земле, а над головой небо. Небо… Голубое-голубое сколько хватает глаз. Мы сидим с тобой в саду и никуда не нужно бежать, никого не нужно бояться. Ты будешь со мной там, правда же? Обещаешь?
– Обещаю, – сказала Софи. Что ей стоило сейчас пообещать это? Она не знала, доживут ли они до следующего дня, что уж говорить о каких-то неведомых далеких временах, когда эльфы смогут вернуться в настоящий Сиршаллен, в котором она даже не была? Для нее Сиршаллен был тот, что она видела. Огромные деревья, длинные, скругленные дома на них, мостики и дымка, спрятанное за листвой небо. Вот что для нее было Сиршалленом. А Линар думал о том, старом городе из камня, который он застал уже в руинах. Мечтал восстановить его и снова заселить. Снова спрятать свой народ за вековым ясенями их волшебного леса. Снова увидеть чистое небо…
– Надо вставать. Уже шесть.
– Да, пора… – откликнулся Линар, но они продолжали лежать в тесном теплом объятии.
Софи погладила его руку.
– Еще пять минут…
– Да…
Их спасательная операция двигалась скверно. Они собрались и покинули Верхний, вернулись в Кайрин. Линар пытался оставить ее там, с Меланой в безопасности, но Софи категорически отказалась разлучаться. Она сошла бы с ума, если бы ей месяцами пришлось ждать его и каждый день бояться, что придут вести о его смерти. Так что она поехала. Нилан и Шедар уехали первыми. Они с Линаром и Сциной следом. Им нужен был хороший опытный водитель, а ни Линар ни Софи с машиной были не в ладах. По пути Линар тренировался, но чувствовал себя за рулем все еще недостаточно свободно. Сцина, что водила уже почти полвека, конечно, была ему не чета.
В Кайрине они разделились. Линар вселил Софи в эту квартиру, что была, как и прочие эльфийские базы, куплена на чье-то подставное имя. Квартира была страшная, ремонту полвека, мебель вся разваливалась, а прямо за окном дома проходила ветка надземного метро, так что все в доме громыхало и тряслось каждые десять минут. Но выбирать не приходилось.
Линар приходил только ночевать да и то не каждый день. Софи понимала, что он старается быть с ней чаще, но ей все равно было мало. А еще страшно. Что в Верхнем, что здесь ее мучил постоянный страх. И каждый раз как Линар выходил за дверь, она боялась, что больше он не вернется.
В собранной сумке в спальне лежали документы и деньги, на кухне был спрятан заряженный, смазанный и готовый к бою пистолет. Софи иногда натыкалась на него, залезая под раковину в поисках чистящего средства. В первые разы застывала и пялилась, а сейчас уже не замечала.
На их рабочую базу, где они обсуждали свой план, Линар Софи не возил. Сказал, что безопаснее ей было не знать, хотя она смеялась, что ничего безопасного в ее жизни не осталось. Она знала, что где-то они собираются. И Сцина, которой поручили найти подходящего врача, и Шедар, что следил за башней консулов пытался выяснить про нее побольше. Линар и Нилан занялись отслеживанием самих консулов. Где живут, какой распорядок дня, какая охрана – они пытались незаметно выяснить про них больше.
Это все, что он ей говорил.
– Линар…
– М?…
– Я люблю тебя, мой господин – шепотом сказала Софи по-эльфийски.
– Господи-ин, – поправил он ее нечеткое произношение. – Ты знаешь правила. Никакого эльфийского.
– Ну тогда, я тащусь от тебя, детка.
– Фу! – Джон со стоном зарылся ей в волосы еще сильнее, словно в комнате повис неприятный запах.
– О, да, мой сладкий пирожок. Так бы и съела тебя, секси-котик.
Линар быстро перевернул ее на спину и заткнул поцелуем. Софи сперва рассмеялась, а потом со стоном вытянула руки и отдалась его губам, провела пальцами по коротким светлым волосам на затылке.
– Задержись на час, – прошептала она, жадно прижимаясь к нему всем телом. – Пошло оно все. Один час.
Линар колебался секунду. Софи радовалась, что хотя бы этой секундой колебаний она уже могла похвастаться.
– Они будут волноваться. Я не могу.
– Хотя бы скажи, что хочешь этого, – Софи надула губы.
– Я бы остался с тобой на всю вечность, а не на жалкий час.
– И что бы ты со мной делал эту вечность?
– Любил, – серьезно ответил он, наклонился и быстро ухватил губами ее сосок прямо через футболку. Софи сладко выдохнула и выгнулась, подставляясь, но Джон уже отстранился и встал с постели. Она гневно схватила подушку и швырнула ему в спину.
– Динамо!
Он кинул ей подушку обратно и Софи посмеялась, но тоже встала. Шесть утра. Ему пора. И никаких исключений.