Екатерина Шельм – Позднорожденные. Том 1 (страница 18)

Софи продолжала сидеть на кровати как громом пораженная. И что ей делать? Пытаться сбежать? Ладно, это, конечно, вариант. А что если ее и в правду снова посадят в камеру? Но ведь отпустят, если она все расскажет… А если нет?

Эльфы преступники, да это же международный скандал! Страшно представить, какой будет резонанс, если эта история всплывет. Как жаль, что она не уточнила у сладкоголосого Роша в чем именно он обвинял Джона. Воровство? Международный терроризм?

Ей представился заголовок в желтой прессе «Меня похитил эльф!». Софи фыркнула. Да это больше походило на эротические фантазии домохозяйки, чем на правду.

Софи встала и разворошила пакеты.

Бежать или ехать, и то и другое она предпочла бы делать все-таки в белье, чем без него.

Она оделась. Дочка хозяина купила ей мешковатые джинсы, кроссовки, толстовку и куртку спортивного кроя.

Софи заглянула в рюкзак. Парочка косметических штук, расческа да средства гигиены. Ни сотового, ни денег.

Она закрутила волосы в пучок на самой макушке, обернула их новенькой резинкой и вышла на улицу.

Джон стоял там и ждал ее.

— Спасибо. — Сказал он.

— Не хочу, чтобы ты или твои приятели одевали меня силой. — Горько сказал Софи и поддернула рюкзак. — Я умираю с голоду.

Джон жестом указал на маленький парк и детскую площадку.

Их спутники сидели там за потрепанным столиком, уплетая бургеры из ближайшей забегаловки. Джон-водитель пододвинул ей пакет.

— Угощайся. — Улыбнулся он испачканными в кетчупе губами.

— Спасибо.

Софи села на лавочку и умяла бургер. Она была голодной как волк.

— Сколько я проспала? — Промямлила она, отпивая кофе.

— Больше суток. — Ответил Джон-водитель. — Ночная греза вещь убойная, а осторожный Синай рисковать не любит. Сколько ты ей велел вдохнуть?

— Три вдоха. — Ответил светловолосый эльф и посмотрел на Софи строгим неодобрительным взглядом. И она вдруг вспомнила его.

— Это же вы! — Выдохнула она. — В садах Дош-кала-Хар вы порезали Алексу руку!

— Я помню тебя, дева, на глазах которой я пролил кровь, если ты говоришь об этом.

— Да, об этом. М-да, вы все такой же, как я вас помню. — Сказала Софи, которую начинало раздражать его явное неодобрение.

— Эльф не ветер, чтобы дуть в разные стороны.

— А вы кто? — Софи повернулась к темноволосому Джону.

— Я — Джон.

— Вы — Джон, и он — Джон?

Мужчина рассмеялся.

— На самом деле мы, конечно, оба не Джоны. Просто это имя такое универсальное, что выходя в мир людей, мы часто используем его. Даже есть легенда об этом. Первый мастер, что подделывал эльфам людские документы, просто не умел писать никакое имя кроме «Джон», оттуда и повелось. Ты веришь в это, Шахране?

— Не используй это слово здесь. — Проворчал Джон.

— Извини, да, я должен потерпеть. Тридцать два года я не был дома. Там что-то изменилось?

— Если и изменилось, то недостаточно. — Проворчал Синай и допил свой напиток. — Мы задерживаемся.

Софи торопливо допила свой кофе.

Они погрузились в машину и поехали дальше. Софи поймала себя на мысли, что она могла бы бросится бежать, кричать и звать на помощь… но почему-то не делала этого. Ведь что бы ни натворил Джон, ей он ничего плохого пока не сделал. А ведь она и в правду мечтала посетить однажды эльфийский город…

Джон снова уткнулся в ноутбук. Одно это вызывало в Софи искреннее удивление. Она думала, что эльфы прямо все поголовно чураются современных технологий. А эти стучали на ноутбуке, водили машину и даже бургеры уплетали с удовольствием.

— А что насчет моих родителей? — Спохватилась Софи. — Им можно дать знать, что я в порядке?

Джон оторвался от экрана и посмотрел на нее.

— Боюсь, что нет.

Софи изумленно моргнула.

— Ты ведь понимаешь, что они с ума сойдут от беспокойства?

— Обычно люди делают вид, что они добровольно остаются в Сиршаллене. Но в твоем случае, то, в какой ситуации мы тебя забрали, не может не вызвать вопросов. Тебе нельзя оповестить твоих родных. Для них ты пропала без вести, полагаю что ваши власти заявят об этом так. В пожаре не найдут твое тело, поэтому возможно тебя будут искать особенно тщательно как нашу… помощницу. И это никак не исправить. Мне очень жаль.

Софи представила, каким шоком будет для мамы и папы ее внезапное исчезновение. Да пошел он этот Джон! Она найдет способ их оповестить. Потом она подумала, что он сказал насчет помощницы… Как, во имя всех богов, она будет доказывать полиции, что она не сбегала вместе с ними, а ее похитили?

— При каком еще пожаре? — мрачно уточнила Софи.

Джон промолчал и снова уткнулся в ноутбук.

Софи отвернулась и уставилась в окно, ничего не ответив. Не стала она говорить ни «хорошо», ни «ладно». Одному Джон уже успел ее научить — следить за своими словами.

Они остановились пообедать в придорожной забегаловке. Еду покупал Джон-старший, как его мысленно стала называть Софи. Синай и Джон сели за столик снаружи, не заходя в заведение. Софи заглянула в туалет.

— Рокеры, может? — услышала она разговор двух женщин, пока мыла руки.

— Или геи.

— Чего сразу геи? Длинноволосые — не значит геи.

— Ну да, а чего тогда прячут?

— А ты не завидуй. — Фыркнули из кабинки.

Софи вышла и пошла к их столику. Синай и Джон сидели там. Оба они волосы убрали под куртки — Джон свой куцый светлый хвостик, а Синай роскошную толстую косу. И все-таки дамочки заметили их ухищрения.

— Вам бы стоило постричься, как Джону. Ваши волосы привлекают внимание. — Софи села рядом и скучающе посмотрела на других посетителей. Одна громкая компания, пара дальнобойщиков и семья с детьми.

— Я не стану уподобляться смертному. — Отчеканил Синай.

— Окей, — закатила глаза Софи. — А ты? — Она посмотрела на Джона. Волосы у него были разной длинны, за уши он убирал пряди длинной до подбородка, они вечно торчали из-под шапки, а сзади хвостик почти доставал до лопаток.

— Я бы с радостью, но здесь я в выборе не свободен. — Джон улыбнулся особенно нежно. — Я… — Он замешкался и опустил глаза, словно никак не мог решиться, удобно ли об этом говорить. — Я дал обет десять лет не обрезать волосы.

— Кому? — улыбнулась Софи.

Джон снова замешкался.

— Моей матери.

Софи хмыкнула. Было так странно осознавать, что у Джона, как и у нее, тоже была где-то там семья, родители, может быть братья и сестры. Интересно, сколько лет его матери? А ему самому? Шесть лет назад он выглядел как подросток, но был ли им на самом деле? Никто не знал, как быстро растут и взрослеют эльфы. Может быть ему двадцать, а может сто двадцать.

— Ей нравится твой хвостик? — умилилась Софи. Она понятия не имела ничего о семейных отношениях эльфов. Эта область была из разряда закрытых, и никто толком ничего не знал о ней.

— В нашей семье так принято. Как и во многих. Но, увы, мои волосы не слишком удались.

— Как и ты сам, — сказал Синай с привычной строгой миной.

— Как и я сам. — Поддакнул Джон, и Софи поняла, что это старая добрая шутка.

— Что в тебе такого плохого? — спросила она, и в этот момент Джон-старший принес их обед. Они разобрали кебабы и мягкую холодную картошку фри.

— О, Джонни… Как это говорится? Паршивая овца в стаде. Точно. — Усмехнулся Джон-старший и плюхнулся рядом с Софи.