Екатерина Серебрякова – Друг моего брата (страница 2)

– Выходим, принцесса. Карета дальше не поедет.

– Потому что у кучера вместо головы тыква, – зло выпалила я и вышла из машины, игнорируя протянутую руку.

Брат стоял рядом и самодовольно осматривал толпу заинтересованных студентов, пока я собирала свои вещи с заднего сидения.

– Хорошего дня, сестрёнка. Увидимся вечером, – на этих словах он прижал меня к себе и чуть не сломал рёбра. – Это тебе месть за всех моих отпугнутых девушек.

– Я была ребёнком! – прошипела ему на ухо, отталкивая от себя. – Порча на понос, кстати, активирована. Ходи оглядывайся в поисках туалета.

Саша, кажется, послал мне воздушный поцелуй, но я уже не оборачиваясь, шла через толпу студентов в направлении учебного корпуса.

На первой паре половина группы традиционно спала за партами, а вторая половина – дома в кроватях.

Соня, моя закадычная подружка, появилась в середине второй пары, раскидывая свои вещи по длинному столу.

– Ты че опаздываешь? – спросила у неё, отвлекаясь от рисования на полях.

– Я к третьей паре собиралась. Так что я не опаздываю, а пришла пораньше. И вообще из-за тебя в коридоре со старостой третьей группы языками сцепилась. Она сказала, что тебя какой-то кавалер привёз. Хочу знать подробности!

– Третья парта, я вам не мешаю? Расскажите всем, вдруг нам тоже интересно?

– Вячеслав Алексеевич, Соня спрашивала о том, кто подвёз меня с утра до института. Я ей сейчас расскажу, а она потом обязательно всем передаст.

Молодой аспирант хотел нам что-то ответить, но только залился краской гуще помидора, поправил галстук и продолжил рассказывать о философии Канта.

Соня ткнула меня в бок, но я только похихикала. Знала, как она пыталась найти способы пообщаться с ним. Может, на этой почве сойдутся.

– Кто тебя подвозил?

– Да Саша это был, успокойся. Он с женой разводится, временно живёт с нами. С утра подкинул до универа.

– А – подруга потеряла всякий интерес к моей личной жизни и вернулась к тому, чем обычно занималась на философии: начала строить глазки педагогу.

Я же на полях тетради стилизовала букву «К». Находила в этом свою философию.

К третьей паре группа уже подтянулась, и мы всем составом ждали нового педагога. На кафедре он не числился, старшеклассники о нём тоже не знали, так что оставалось только гадать.

– Ставлю сотку на то, что будет женщина. Сорок лет. Плюс минус пять.

– Женщина за шестьдесят! – донеслось с конца аудитории.

– Категория «Женщины за шестьдесят», и вам достаётся кот в мешке, – группу порвало на дружный смех, а Соня как наша староста начала записывать ставки.

– Ты на кого ставишь? – спросила подруга у меня, расчерчивая аккуратную таблицу.

– Я думаю, будет мужчина, возраст которого можно будет определить по количеству слоёв изоленты на душках его очков. Ориентировочно лет ста. В клетчатой рубашке и вязаном пуловере.

– Кхм, кха, – всеобщий смех почему-то резко стих, и по лицу Сони, которая подняла взгляд от тетрадки, я поняла, что что-то не так.

Инстинктивно обернулась и наткнулась на сложенные в ироничной улыбке губы.

– Жаль, что не оправдал Ваших ожиданий. Или эротических фантазий. Не знаю, что Вы только что озвучили.

– Да это я Мужчину мечты описывала, – отшутилась, краснея до самых ушей. Вот, кажется, я и узнала, по какому предмету у меня будут проблемы в этом семестре.

– Хорошие у Вас мечты, приземленные. На физтех только не ходите на всякий случай. А-то там не институт, а Ваша мечта. Ещё остановите учебный процесс. Сворачивайте свой тотализатор, и десять процентов выигрыша педагогу на стол.

По аудитории пронёсся смех, и я тоже наконец расслабилась, когда поняла, что препод не нудный обиженный жизнью мужик, а вполне себе понимающий человек.

Правда понимание длилось недолго. Ровно до момента, пока я достала очки из футляра и не вернула себе стопроцентное зрение.

Сердце гулко забилось в груди, а тело бросило в дрожь. Я почувствовала, как начала медленно отъезжать. Под парту и умом.

За преподавательским столом свои вещи раскладывал до боли знакомый мужчина. И с каждой секундой сомнений в том, что мы знакомы, становилось всё меньше.

Мужчина закончил с канцелярией и обвёл аудиторию внимательным взглядом. Я в ту же секунду спряталась за ладонью в надежде, что получится остаться незамеченной.

– Девушка, не хочу разочаровывать, но Вас видно. Более того, я уже даже успел Вас запомнить. Зовут как?

– Алина, – пробормотала одними губами.

– Фамилия как? Вы тут по фамилии и инициалам записаны. Как совет директоров, честное слово.

– Сомова.

В ту же секунду мужчина поднял взгляд, сузил глаза и осмотрел меня внимательнее, чем того требовала ситуация.

Тоже дошло.

– Сомова Ну к доске, Сомова.

– Так только первая пара. И лекция.

– Знания – это хорошо, но за такие знания я пятёрку не поставлю. За меня писать будешь. Мне лень.

– А в тетради мне кто конспект напишет?

– Ну хочешь, я напишу?

Зажевав левую щеку, демонстративно вышла из-за парты, взгромоздила свою общую тетрадь на кольцах на преподавательский стол, взяла мел и повернулась спиной к аудитории в ожидании информации.

Боковым зрением видела, как Коробейников сканирует меня взглядом своих зелёных глаз, но виду не подавала. Только нервно постукивала ногой по деревянному полу и время от времени перебрасывала за спину непослушные волосы.

– Тема лекции «Введение в проектирование высотных домов». Пишите, пишите, Алина. Я Вам тут всë зафиксирую.

Сверху мне было отлично видно, как мужчина рядом с моими резными окнами на полях нарисовал мужской половой орган и, довольный собой, закрыл тетрадь.

Как был придурком, так им и остался.

Я так и простояла всю лекцию у доски, фиксируя для группы информацию, чертежи и названия книг, которые можно почитать. В моей тетради за это время появилось несколько нецензурных рисунков, а панда, которую я рисовала ещё в прошлом году, теперь была разукрашена цветными ручками. Изверг.

– Садись, Сомова. И тетрадку забери, всë нужное я тебе зафиксировал.

– В режиме реального времени, да? В масштабе один к одному, так сказать?

Мужчина сощурил взгляд и проводил им меня до парты.

– Простите, а можно несколько вопросов организационных? Формат экзамена там, список литературы, Ваш телефон, имя отчество – отозвалась Соня.

– Я не представился? Прошу прощения, эротические фантазии Вашей подруги сбили меня с толку

– Если Вас сбивают подобные эротические фантазии, у меня плохое новости, – пробормотала я тихо, разукрашивая художества мужчины и придавая им реалистичный вид. Но он, кажется, услышал.

– Зовут меня Коробейников Илья Викторович. В этом семестре буду вести у вас дисциплину и принимать экзамен. Остальную информацию Вам сообщит Сомова. Да, Алина?

– А я остальной информации не знаю. Располагаю только Вашими эротическими фантазиями, – кивнула я в тетрадь.

– Если будешь так часто думать об эротических фантазиях своего педагога, плохо кончишь, – мы с мужчиной обменялись многозначительными взглядами, а он выложил свою визитку на стол. – Номер возьми и напиши мне вечером. Скину информацию.

– Обязательно, – я сжала визитку между пальцами и отсалютовала мужчине, выходя из аудитории вместе со всей группой.

От расспросов на месте меня спас только поток студентов, который подхватил нашу группу и понёс дальше по коридору.

Заходя на следующую пару, я уже предвкушала, как буду оправдываться за неподобающее общение с педагогом. Хотя он первый начал об эротических фантазиях!

– Алина, вы чë, знакомы? У вас что-то было?

– Даш, ну ты совсем того? У меня с ним? Я бы скорее Ермакову отдалась. Хотя нет, он старый.