Екатерина Сереброва – Ягуар. Книга первая. Ягуар и маг-невидимка (страница 2)

Он очутился на небольшом железном помосте в полумрачной комнате, где свет лился только на середину. Повеяло сыростью, повышенной, как у моря, влажностью, но приятные обонянию нежные ароматы лаванды, пряностей и трав скрашивали атмосферу. Алик медленно спустился по лесенкам. Эта спальня – целый амфитеатр, и она поистине восхищала и поражала его всякий раз, когда он приходил сюда.

Огромный купол далеко в высоте, под потолком – чтобы до него добраться, нужно пройти по лестницам этажей десять, не меньше. Однако никакой лестницы не было и в помине. Лишь дверь виднелась в отдалении, на самом верху, но никто посторонний добраться до нее попросту не имел возможности.

По центру комнаты на помосте возвышалась большая ёмкость, имеющая свои очертания и границы, похожая на бассейн, но лишенная видимых бортиков и краев. Поднявшись туда, можно было увидеть кровать, дрейфующую прямо на воде, безо всякой опоры. При этом по углам, под водой, были рассредоточены мелкие существа-хранители, водяные. Можно было даже назвать их «компактными» и способными долгое время находиться без кислорода. На поверхность без команды они не всплывали.

Водная спальня завораживала и пленила своей красотой и внушительными размерами, распаляла любопытство. Но вместе с тем, закрытость пространства и сырость от близости и постоянного контакта с водой наводили на удручающие мысли: кому понравится жить взаперти и постоянно вдыхать испарения? Влага ведь негативно сказывалось на коже, зубах, волосах – словом, мало приятного и полезного.

Интерьер недолго отвлекал Алика от главного: на дрейфующей кровати посреди воды лежала Она. Нагая, едва прикрытая шелковыми черными простынями черноволосая красавица. Строптивая и беззащитная, агрессивная и робкая – полная противоречий ведьма Амелия. Он, сбросив свои тяжелые шипованные ботинки куда-то в дальний, неприметный угол, поднялся на возвышение, прошелся по тонкой дощечке и спрыгнул с нее в воду. До плавающей кровати иначе и невозможно было добраться.

От шума и брызг ведьма пробудилась, сперва насторожившись. Алик вынырнул, являя наглую ухмылку, и Амелия ухмыльнулась в ответ, откинувшись назад на подушки. Он легко, как проделывал не раз, взобрался к ней на постель из шелка. Ведьма, шепча заклинание высыхания «siccum», одним движением руки, не поворачивая головы, высушила и постельное белье, и самого Алика. Хотя он из задора и успел порядком обрызгать Амелию. Она лишь небрежно поправила длинные вьющиеся локоны, прикрылась одеялом и хитро глянула на Лихача.

– Не боишься врываться без предупреждения с самого утра? – лукаво улыбнулась Амелия.

– Ты плохо меня знаешь, – полувопросительно отозвался Алик, устраиваясь поудобнее и повернувшись на бок, чтобы лучше наблюдать за своей ведьмой.

– Муж вот-вот придет, – напомнила Амелия, хотя в ее глазах плескался азарт не меньший, что испытывал сейчас Лихач, прекрасно знавший об этом обстоятельстве.

– Королевна ты моя, я даже догадываюсь, что он тебе скажет, – лениво протянул Алик. – Дай мне пару минут насладиться твоей изумительной красотой, твоим сиянием глаз. Ты заряжаешь меня на весь день.

– Лжец, – бросила она не всерьез. – Глаза мои тебя волнуют, как же, – фыркнула Амелия. – Ножки мои стройные? – она игриво подняла обнаженную ногу. Алик с удовольствием провел по желанному трофею рукой.

– И не только, сладкая, – играя бровями, произнес Алик с подтекстом.

Амелия захохотала, когда он набрался дерзости и закрылся ее одеялом с головой. Он тайно встречался с ведьмой больше года, но страсть и не затихала.

Алик загорался и заводился, стоило ему только мельком увидеть Амелию (а Декурд и не позволял ей никуда выходить). На самом деле, будь он на месте Декурда, поступал бы с ней также. Запер бы жену на замок, потому что нельзя показывать другим такую бестию с сумасшедшей энергетикой, которую в день знакомства Алик принял за бесшабашность, но дело было совсем не в том. От нее шел мощный поток внутренней и природной силы, которой невозможно было сопротивляться. А внешняя красота тем более увеличивала эффект притяжения.

Лихач и рисковал головой из-за связи с женой не самого гуманного мага, которому якобы служил, и всякий раз сгорал эмоционально после общения с Амелией, в буквальном смысле заболевал, истощался и какое-то время восстанавливался, если контакт… был слишком длительным. Но за буйство чувств, дозу адреналина и фантастический перепад в общем состоянии Алик был готов потерпеть небольшие сложности, лишь бы быть с ведьмой. В некотором роде Лихач был зависим от Амелии, но он верил, что и она испытывает нечто схожее, находясь с ним. Познает любовь и другие прочные приятности.

Со стороны входа послышался легкий шум. Амелия тотчас же вытащила голову из-под одеяла и замолкла. Она бросила в ту сторону короткий напуганный взгляд, и стало ясно: муж на подходе. Ведьма, пошарив под простыней, быстро всунула Алику в ладонь что-то гладкое, мягкое и склизкое и бесцеремонно сбросила любовника в воду. Лихачу хватило ума не задавать вопросов, а отплыть на безопасное расстояние и спрятаться под небольшим выступом, будучи крайним, что и сокрыло его от лишних глаз. Правда, все еще делало уязвимым: самое надежное и верное средство тут было бы совсем уйти под воду. Но тот загадочный склизкий предмет не позволял напрочь отказаться от кислорода. Так что Алик, проглотив жижу, получил возможность и воздухом дышать, и скрываться в воде, в максимально затемненном месте комнаты.

В спальню и вправду заявился Декурд. То был мужчина приблизительно тех же лет, что и Звездочет. Но, в отличие от него, темный маг был подтянут и в целом выглядел лучше, привлекательнее. Козлиная бородка и отточенный, отчетливый подбородок делали его похожим на картинного Ивана Грозного. Статный, манерный. И взгляд был столь же пристален и строг, что и у царя – таковы были первые ассоциации Алика. Впрочем, они и сейчас не претерпели серьезных изменений. Единственное, что Декурда сильно отличало – одежда. В свои выходы на улицу на ноги он надевал высокие сапоги и шаровары, заправленные вовнутрь. Образ обычно довершал кафтан. Сейчас же, в одной из частей особняка, Декурд был босым, в атласных брюках и просторной белой рубашке. Во что бы он ни был одет, у своих подопечных вызывал трепет, как всякий Большой Босс. Но Декурд был не просто руководителем своего клана, он был Высшим магом наравне со Звездочетом и еще тремя другими, проживающими в разных странах – Великобритании, Франции и Греции. Редкое сочетание способностей, непревзойденное мастерство и слава о нем делали Декурда поистине великим, уникальным, несмотря на то, что принадлежал к темной ветви. Почитался он ничуть не меньше Звездочета.

Было тут, чего опасаться и остерегаться, когда тайком крутишь любовь с его женой.

Маг по-хозяйски громко передвигался, шаги его эхом разносились по всему обширному периметру зала. Декурд величаво прошествовал на тут же появившуюся для него лесенку и продолжившийся подиум аккурат до кровати супруги.

– Хорошо, что я застал тебя в постели, – обронил он как бы между делом. Декурд опустился рядом с ней и, кажется, даже прикрыл глаза, устраиваясь на спине.

– Знала, что ты придешь, любимый, – проворковала Амелия.

– Как дела в лаборатории? Успеваешь ли сделать то, о чем я просил, в перерывах между своими финтифлюшками? – с брезгливостью протянул Декурд, тем временем.

– Дорогой, я все успеваю, – прощебетала Амелия, водя пальчиком по его груди. Алик так и покрывался изморозью, злясь на себя, что видит это слишком хорошо и реагирует слишком бурно.

– Все-таки не стоило тебе разрешать работать с этими ничтожествами.

– Ну что ты, милый, пока они приносят стабильную прибыль – кому от этого вред?

Он сосредоточенно кивнул, перехватывая ее руку в воздухе и сжимая пальцы в своих. Алик ясно услышал короткий, болезненный возглас Амелии. Всколыхнулся и любовник.

– Нужны еще мази, Амелия, старый волк разболелся, – переменил тему Декурд, выпуская ее пальцы из своих.

– Не понимаю, зачем он тебе такой, – продолжала сохранять независимый вид Амелия.

– А в твои задачи и не входит понимать, – ехидно подметил темный маг. Он, безусловно, задел Амелию, но хитрая ведьма и глазом не моргнула показать это.

– В мои задачи входит варить зелья, – с легкой улыбкой проговорила она.

– Молодец, – похвалил он. – Не забывай о лекарствах. Трупы псин мне не нужны.

– Не говори такие мерзости, – поморщилась ведьма.

Декурд по-человечески и даже по-ребячески поцеловал жену в нос. Нет, их история была не про насилие в семье, наказания или что-то в этом роде. Если не считать «водного склепа» и командного тона, то он относился к супруге вполне сносно и достаточно хорошо.

Наверное, можно было даже сказать, что ведьма платила темному магу той же монетой. Он заставлял ее лечить своих пленников и запирал, она – искала любви и понимания на стороне. Все было закономерным и справедливым, Амелии требовалась свобода. Вряд ли, конечно, Декурд согласится с этим.

– Ты по-прежнему сентиментальная, – он упрекнул Амелию, но не жестко или не с целью запугать.

– Какой ты меня и полюбил, – с улыбкой напомнила ему жена. Что, кажется, было искренним.

Он мимолетно поцеловал ее в губы, едва ли запечатлел, после чего спешно поднялся.