Екатерина Семенова – Измена: (не) прощу дракона (страница 38)

— Она должна быть где-то здесь. Я должен увидеть её. Мама, оставьте меня!

«Ещё и леди Дасия! Не хочу с ними говорить сейчас».

Я направилась в противоположную сторону и быстро спустилась по лестнице. На мою удачу, навстречу попались слуги, и я отдала распоряжение подать карету. Один из слуг поклонился и сопроводил меня до выхода. В огромном парадном холле кроме слуг и караула солдат никто мне не встретился, и я облегчённо вздохнула. В тишине и прохладе находиться было приятнее, и через несколько минут мне стало намного лучше.

— Аурелия, постой! — Услышала я голос и вскинула голову. — Флориан впился в меня глазами, перегнувшись через перила. — Куда же ты?

Его голос гулким набатом отозвался во мне. Будущее, которое казалось расплывчатым, скрытым в тумане, вдруг придвинулось вплотную, обрело ясные очертания: вот он — мой муж, вот он — момент, когда надо всё решить, вот он — разговор, когда я должна сообщить о принятом решении.

Передо мной теперь отчётливо расстилались два пути.

Голова твердила, что я должна уйти, бросить мужа — предательство не достойно прощения! И пусть ещё долго Флориан будет преследовать меня, сгорая от желания вернуть, особенно после того, как узнает о ребёнке. Я же буду пытаться справиться с чувствами, не умершими в душе, буду надеяться начать новую жизнь, буду мечтать когда-нибудь обрести счастье. Но если выберу этот путь, не обману ли себя? Не буду ли с тоской жалеть, что отвернулась от пришедшего с повинной головой? И смогу ли плениться кем-то, если до сих пор люблю Флориана? И наш сын. Что будет с ним?

Сердце же настойчиво нашёптывало, что все мы не совершенны, что я пожалела даже Денизу. Чем же хуже Флориан, который так сокрушается о своей ошибке? Но если я не уйду, последую за сердцем, не пожалею ли, что дала второй шанс тому, кто однажды предал? Получится ли у нас начать заново?

Как не обокрасть себя? Рассудок или сердце? Где правильный путь?»

Я запаниковала от неизбежности, отчаянной тоски, судорожно вдыхая и выдыхая попятилась к дверям. Но в этот момент слуга распахнул их, и я побежала вперёд. Запрыгнув в карету, попросила кучера поторопиться, а когда выехали на оживлённые городские улицы, я распорядилась остановиться и отправляться в особняк без меня. Сама же пересела в наёмную карету и велела отвезти меня в предместье, в мой маленький домик. «Флориан наверняка до сих пор ждёт свою карету — слишком много гостей. Потом будет искать меня в особняке. А я пока соберусь с силами».

Ехать от дворца до предместья пришлось долго. Я утомилась и уже считала своё решение сбежать глупым детским поступком. Бессильно привалившись к стенке, безучастно наблюдала, как солнце клонится к закату, а городские предместья сковывает покоем и вечерней свежестью.

В окошке показался мой дом, и после громкого окрика кучера лошади остановились. С наслаждением выбравшись из кареты, я прошла к дому, нащупала ключ, спрятанный в старом цветочном горшке у порога, и отперла дверь.

Здесь всё было по-прежнему: крошечная кухня, гостиная да спальня — небогато, но уютно. Я давно здесь не появлялась, но даже пыли нигде не было. Колдери хорошо следили за моим домом. «Надо будет обязательно их отблагодарить». Я села в своё любимое кресло и потянулась, разминая затёкшую спину. «Прохладно. Не замёрзну ли я ночью? Ведь ни дров, ни угля».

От стука в дверь бешено заколотилось сердце.

— Рэй?

— Как ты так быстро нашёл меня? — встрепенулась я, широко открытыми глазами глядя на дверь. На глаза навернулись слёзы. Плаксивость в последнее время не давала мне покоя.

— Пришлось постараться, — услышала я смешок мужа, — не дождался кареты и выкупил коня у первого встречного — за эти деньги можно было бы конюшню купить — и помчался за тобой. Вот только карета оказалась пуста, и я сразу догадался, что ты уехала сюда. — Флориан замолчал, но вскоре тихо и устало попросил: — Открой, пожалуйста. Я больше не могу: неизвестность убивает меня. Давай, наконец, поговорим. К чему бегать и откладывать неизбежное?

«Принять решение и, наконец, обрести покой. Нельзя больше убегать, пришло время поставить точку, я и так позволила себе затянуть с решением».

Я вышла на задний двор, выбралась на поле позади и медленно побрела прочь. Солнце огромным красным маком закатывалось за далёкий лес. Я вытянула руки в стороны, касаясь ладонями цветочных головок, мягких колосков травы.

Сильные горячие руки обхватили меня сзади, подняли над землёй, крепко-крепко обняли, не давая шевелиться. Слёзы потекли по моему лицу.

— Почему ты плачешь? — ласково прошептал Флориан.

— Потому что мы должны развестись, — выговорила я, хныкая, и спиной почувствовала, как он вздрогнул. Риан медленно, осторожно поставил меня на землю, но рук не убрал. — А я не хочу, — добавила я и тут же притихла, замерла от сказанных слов.

Замер и Флориан. Щекой прижался к моей голове.

— И что же нам делать? — едва слышно спросил он.

— Пообещай, что ответишь «да» на любую мою просьбу.

— Хорошо.

Он легонько покачивал меня из стороны в сторону. Я потянулась вниз, но Флориан не разомкнул объятий, и мы оба оказались сидящими на земле среди высокой душистой травы.

— Если я вернусь, если дам тебе второй — и последний — шанс, я хочу иметь право уйти в любой момент. И хочу иметь право забрать с собой всех детей, что у нас будут. И вообще всё, что пожелаю.

Я не видела лица Флориана, сидела к нему спиной, но услышала уверенный сильный голос:

— Да. Да. Да. Я не могу стереть прошлое, но могу дать тебе уверенность в нашем общем будущем. Если нужно, мы составим брачный договор, где пропишем твои условия.

— Просто поклянись.

— Клянусь, Аурелия. Клянусь.

Так легко и беззаботно стало.

— Не дави мне на живот, — проворчала я и попыталась расцепить его руки, крепко обнимающие меня за талию. — Это вредно в моём положении.

Наступила тишина. Флориан, кажется, даже дышать перестал.

— Ох, Рэй! — Риан упал на спину и счастливо рассмеялся, пряча лицо в ладонях. Он привлёк меня к себе, упоённо целовал лицо, руки, живот. И мы ещё долго лежали на той поляне на исходе лета, заново обретая друг друга.

Эпилог

Птицы на своих крыльях уносили последнее тепло. Осень давно окрасила деревья в жёлтый и красный, и с каждым облетевшим листом всё ближе придвигалась зима.

Время шло, мы начинали жизнь заново.

Как бы ни было слепо сердце, голова понимает, что прошлое не вернуть. Наши отношения после обмана прежними не будут, но они могут стать другими. Наверное, мы должны были пройти эту боль, чтобы научиться ценить то, что имеем. И мы стали другими. Трудно и неприятно признавать, но если бы не измена, я бы так и осталась тихой удобной Аурелией, приложением к мужу.

Свою мечту создавать оригинальные наряды я не оставила. Наоборот, моё дело набирало обороты. Флориан всячески поддерживал меня, используя связи, договорился о поставке дорогих тканей, красителей и фурнитуры. А в начале осени устроил сюрприз: выкупил в центре города комфортабельное двухэтажное здание, полностью переоборудованное под швейную мастерскую. В ней всё было идеально, просто сказка. Как оказалось, Флориан тайно обратился к Милли за помощью в обустройстве мастерской. Правда, Мелисса долго не хотела помогать и заставила его много раз извиниться перед ней за то, что так обошёлся со мной. Но в итоге всё-таки сдалась.

После открытия мастерской я сразу же предложила Мелиссе стать управляющей и моей правой рукой, ведь совсем скоро всё моё внимание достанется семье и маленькому новорождённому крохе, и мне нужен будет верный соратник, на которого можно временно оставить дела. Мелисса с восторгом согласилась. А я не могла нарадоваться, что жалование управляющей заметно поправило благосостояние Гиромов.

Клиентов стало намного больше, и для пошива платьев я наняла девочек из приюта, тех, кто хотел. Директриса Лавана со слезами на глазах благодарила меня и объявила, что теперь не беспокоится за своих воспитанниц и может со спокойной душой умирать. Но конечно, мы все надеемся, что она проживёт ещё долго.

Флориан продолжал заседать на советах, но старался не задерживаться и всё свободное время проводил со мной. В один из осенних промозглых вечеров, когда так уютно устроиться у жаркого огня, я спросила у него:

— Скажи, а что за свадебный обряд у драконов и почему у нас его не было?

— Не свадебный, а брачный. И он всего лишь старая традиция, не более. — Флориан пожал плечами. — Я решил, что он нам не нужен, мы и так любим друг друга. Всё равно он скучный, ни красоты, ни величия.

Он призадумался, но больше ничего не сказал. А через пару дней торжественно, как положено, встав на одно колено, предложил провести брачный обряд как доказательство его любви, верности и намерения навсегда закрепить наш союз. Я целых пять минут делала вид, что размышляю, заставляя Флориана хмуриться и мучиться сомнениями. А когда согласилась, не могла сдержать смеха — настолько благоговейно-восторженным стало его лицо.

Местом проведения обряда Флориан выбрал парк, тот самый, где он сделал мне предложение о замужестве. И снова листья лежали под ногами жёлтым ковром. Было тихо и безветренно. Нам повезло, день выдался тёплым и солнечным. Гостей было совсем немного, и они спокойно ожидали начала церемонии. Маркиз Кайдипье, добродушно улыбаясь, слушал Иджена. Стефан и Мелисса неспешно беседовали с леди Дасией. Несколько друзей Флориана — все драконы — разговаривали с ним и с интересом поглядывали на высокую фигуристую госпожу Данимиру, несмотря на осеннюю пору одетую в платье с ошеломительными вырезами. Письмо с приглашением на обряд написала Данимире я сама, но не надеялась, что она примет приглашение. К моему удивлению, Данимира приехала, и я обрадовалась ей как старой подруге. Нетерпеливо взмахнув копной волос, улыбнувшись мне, она ничуть не смущаясь, что прерывает чужой разговор, вплотную подошла к Флориану.