Екатерина Селезнёва – Царство драконьего мира (страница 7)

Прежде чем почтить князя своим визитом, мы отправили официальное обращение письмом, с просьбой принять нас по столь деликатному вопросу. Ответ пришёл в тот же день, почтовая арка работала в доме исправно, что нас смогут принять ровно через неделю. С чем была связана такая неспешность, непонятно, но мы не стали возмущаться и послали в ответ, что прибудем к назначенному времени.

И вот сегодня, при всём параде, я стою в приёмной дворца, ожидая, когда меня пригласят в зал.

Зал для приёма был полон просителей и просто пришедшими за компанию, они стояли небольшими группами о чём-то переговариваясь. Я тоже пришла не одна, мне как не замужней девушке была необходима компаньонка или сопровождающий мужского пола, но поскольку я по меркам мира уже совершеннолетняя и вступаю в права наследства, то достаточно просто друга, слуги или как в моём случае, разумная нечисть. Взяла Васю, он импонировал мне больше всех.

Князь наконец-то появился и нас пригласили войти. Взирая на всех со своего трона, он что-то сказал секретарю, тот кивнул и громко объявил.

— Герцогиня Лерия Герата Лансароте.

Я прошла вперёд, Василий отставал ровно на один шаг, позади меня.

Приблизившись к трону, но не доходя до него ровно три шага, присела в положенном реверансе, молча приветствуя своего князя. Всё строго по протоколу и этикету, который слегка упростили, несколько веков назад, но старая гвардия считала это ниже своего достоинства. Учитывая мое «происхождение», опускаться до упрощёнки, значит вызвать кучу ненужных вопросов.

Присев в реверансе я должна была дождаться, когда мне разрешат подняться, учитывая мои тренировки, для меня это не сложно, в скрюченном положении я могла простоять от нескольких минут и если бы задалась целью засекать время, то смогла бы простоять, наверное, и до получаса. Зная, что меня могут вполне прочитать ментально, я думала о красивых цветах, которые заказала на могилу отца.

Жестом повелев подняться, князь молвил, внимательно меня изучая: — Для нас, было большим сюрпризом, ваше появление, как и весть о том, что ваш отец покинул этот мир. Мы приносим вам наши соболезнования, — протянул руку, раскрытой ладонью вверх, в которую незамедлительно был вложен свиток, который уже приготовил секретарь, тут же протянул его мне, — это разрешение, на погребение.

— Благодарю вас, мой князь, — я приняла свиток из рук князя, приблизившись к трону, слегка склонив голову.

— Какие у вас планы? — он жестом показал на кресло, что стояло рядом с троном.

Стоило мне в него опуститься, как меня посетило видение, я долго тренировалась не показывать никому своего состояния, но то, что мне показали сейчас, вывело меня из равновесия. С трудом взяв себя в руки, я увидела внимательный взгляд синих глаз и иронично изогнутую бровь.

— Видение? Вижу, дар вашего родителя не прошёл мимо вас, — он усмехнулся, — не расскажете, что увидели?

Я смотрела на него широко распахнутыми глазами и лихорадочно пыталась понять, что ему можно говорить, а что нет и как лучше себя повести в этой ситуации. Отмечая красоту мужчины, тёмные смоляные волосы, синие глаза миндалевидной формы, чуть вытянутые к вискам. Пушистые ресницы, высокие скулы и правильные черты лица, аристократический нос и чувственные губы, те самые, которые целовали меня в моём видении. Чуть дольше, чем положено, задержалась на них взглядом, а когда опомнилась, опустила глаза на свои сцепленные на коленях руки.

— Простите князь, видение слишком личное, — проговорила, так как пауза затянулась.

— Слишком? Что же, не буду настаивать. Как я понимаю, вы удалитесь в ваше герцогство, когда уладите свои дела?

— Да, нужно принять дела, — ответила спокойно, внутри же у меня бушевало пламя, хотелось как можно скорее уйти и повторить видение, пока не исчез настрой.

— Вы знаете, мне однажды предсказали судьбу, — как бы между прочим произнёс он, — это кресло и есть моя судьба.

— Простите?

— Всё просто, в него может сесть только моя жена, так видел ваш предок, дорогая, и до вас в него не могла сесть ни одна девица, желающих было много, — он усмехнулся, наблюдая за мной, — вот мне и интересно, что вы такого увидели.

— Вы шутите князь? — я включила смущённую дурочку, мило улыбнувшись.

— Нет, — ответил он пристально на меня глядя, — можете убедиться сами, если посмотрите на реакцию, присутствующих.

Я обернулась и увидела на лицах шок, девицы кто зло, а кто растерянно смотрели на меня, были и те, что тихо всхлипывали в платочек и не сводили с нас глаз. Остальные перешёптывались.

— Кажется, про это знали все, кроме меня, — сказала, на грани слышимости. — Мы с вами целовались, князь.

— Хм, что же, это первое о чём я подумал, глядя на вас.

После его слов стало как-то неуютно, сразу захотелось сбежать, но правила этикета, не позволяли делать подобные финты. Поэтому-то я сидела и смотрела, что он будет делать дальше, не понимая, как быть и что говорить.

— Вы остановились в старинном особняке вашего рода?

— Да.

— Прекрасно, — он улыбнулся чуть печально, — не буду вас больше задерживать.

Быстро поднявшись, я выполнила положенные по этикету поклоны и покинула приёмный зал. Без спешки с чувством собственного достоинства. Лишь когда оказалась в карете, дала волю эмоциям, но без лишнего шума. Бабника в роду нам только и не хватало. Поймав видение, которое оборвала, нырнула в него и не зря, увидела всю фигуру князя в анатомических подробностях с выпирающими частями. Хорош зараза.

Вынырнув из видения, посмотрела на Василия, грустно и чуть не плача.

— Кажется, мы нашли мужа номер один, — сообщила ему.

— Да?! Поздравляю!

— Спасибо, только пока не с чем.

Глава 9

В растрёпанных чувствах ехала домой, предвиденье всегда давалось мне сложно, но я слишком рано покинула своё убежище, надо было ещё хотя бы год посвятить медитациям, чтобы такие ситуации не возникали как сегодня. Злилась на себя и на князя, который заметил моё состояние и на эту его проверку, что делать просто не понимала.

Вася, видя мои метания, налил мне чая с мятой, и молча ходил за мной тенью, пока я немного не успокоилась. Я и раньше в своём мире избегала длительных отношений, а здесь немного хотелось пожить для себя, спокойно привыкнуть и социализироваться. Страх быть раскрытой, наверное, всегда будет преследовать меня.

Успокоившись, отругала сама себя за пессимизм. Жизнь продолжается, а у меня она длинная, я знаю, значит, всё будет хорошо.

Главное мы получили разрешение на погребение, завтра нужно посетить храм и договориться об обряде, чтобы спустя пятьсот лет упокоить тело отца. Организовать поминальный вечер, как здесь принято, пригласить кучу народу, с которыми он дружил, общался, работал, из родных буду присутствовать только я.

Вспомнила похороны мамы и грустно улыбнулась, отгоняя печальные воспоминания. Терять близких тяжело, родную душу, вдвойне. Какой бы она ни была в конце своего жизненного пути и влияния на её разум болезни, любила, всё так же сильно.

В этом мире похороны проходили в три этапа, сначала тело помещали в специальном помещении в храме, где оно находилось в течение суток, над ним читали молитвы, затем его ставили в склепе дома, где в течение недели с ним прощались все, кто этого хотел, и только по прошествии этого времени, помещали на погребальный костёр в специальном сосуде, чтобы пепел не развеяло, когда тело сгорало, капсула в которой его сжигали, помешалась в семейный склеп. У простого народа её просто захоранивали в специальном для этого месте. Меня удивило другое, капсула уменьшалась после всех процедур, до размера урны, и что было важным, к праху не прикасался уже никто. Разбить или повредить капсулу считалось огромным грехом.

В этих заботах пролетела неделя и когда со всеми почестями, капсула была помещена в склеп, установлена памятная табличка, у меня словно упал с души камень.

Мы начали подготовку к отправке в герцогство, посетила нотариуса, уладила все юридические вопросы с наследством, поразилась его размерам и морально готовилась к бою с управляющим.

Поскольку, теперь я официально вступила в права наследства, мне полагалось сопровождение, и мы решили нанять отряд охраны, хоть и собирались перемещаться порталами, но соваться в осиное гнездо без поддержки было страшно.

На собеседование должны были прийти командиры будущей охраны в обед, а с самого утра, я хотела полетать и размять крылья, да и просто побыть в одиночестве, за эту неделю общалась с лихвой на годы вперёд. Хотя и не без пользы на будущее, многие знакомые отца изъявили желание познакомиться поближе и после годичного траура, который я собиралась провести в поместье, приглашали в гости и предлагали помощь с организацией первого бала. За что я им была очень благодарна.

Интересовались моей мамой, её происхождением, на что я отмалчивалась и говорила, что она умерла сразу после моего рождения, по причине чего мы и жили уединённо с отцом. Ему требовалась тишина и отсутствие живых существ, чтобы видения перестали его посещать, и он мог жить спокойно.

Объяснение, конечно, такое себе, но это сработало.

Многие спрашивали, где это место, но я молчала, лишь загадочно улыбаясь и мило хлопая глазами. Хотя, отдать должное высшему свету, все списывали мою рассеянность на горе и сильно не приставали, но оставляли свои визитки и адреса почтовых арок, желая наладить более тесное общение.