Екатерина Ромеро – Девочка бандита (страница 8)
Они пожимают руки, и у меня словно от сердца отлегает. Макс едва стоит на ногах. И выглядит очень расстроенным.
– Ален! Подготовь Максу приборы. Посадите его за стол. Пусть поест. Руслан, Саня, подвиньтесь там, – распоряжается муж, и Алена подхватывает Макса. Муж… я впервые Мишу мужем назвала, и мне нравится. Безумно.
Я же сажусь на место. Перед глазами тот клинок. Кто его прислал, зачем? Разве дарят нож на свадьбу? Нет, это не делают те, кто желает счастья.
На улице темнеет. Мы выходим смотреть салюты. Такие красивые, разноцветные, но я пугаюсь каждого из них, и Миша меня приобнимает, набрасывая пиджак мне на плечи, защищает. Я же чувствую себя очень счастливой в этот момент, я стою рядом с Мишей, обнимая его.
***
– Миша, все путем? Вижу, ты усилил охрану. Втрое.
– Я ответственен за всех. Ты знаешь.
– Позвони Гафару, я тебе говорил уже! Тебе не защитить всех, это просто невозможно!
– Нет, я сам защищу, я делаю все, Тоха, все, что могу.
– На хера ты на себя это все взвалил? Ты не обязан за каждого отвечать…
– Нет, обязан, Тоха. Если какая-то хуйня происходит, это мой косяк! Вы в моем клубе все. Это наш праздник, и я хочу, чтобы все были защищены!
– А тебя кто защитит, не думал? Ангела твоего? Как жить-то будете теперь с такими угрозами? Или ты думаешь, я не видел ваших, сука, подарков в конвертах?
– Тоха, не нагнетай, я стараюсь это разрулить!
– Ладно, я понял, и это… хорошо, что Макса не тронул. Линка и так переживает. Неужто еще и мужем будешь хорошим?
Смеется, подъебывает, вот же говнюк.
– Я пошел, танец у меня.
Выкидываю сигарету, выдыхая дым. Все идет гладко, Тоха просто паникер, всегда был таким, нравоучитель, блядь.
***
Когда возвращаемся в клуб, я удивляюсь, ведь гости затихают, а в зале откуда-то появляется дым.
– Миш… это что?
– А ты как думаешь?
Он походит ко мне и протягивает руку.
– Не может быть, Миша-а-а!
Не могу сдержать улыбку, а после я слышу, как включается музыка. Тот самый вальс, который я и хотела: “Мой ласковый и нежный зверь”.
Мы выходим в центр зала, свет приглушается, и Миша прижимает меня к себе. Я вдыхаю его запах, чувствую его так близко и, подняв голову, смотрю в строгое любимое лицо.
– Я очень люблю тебя, Миша. Очень, – шепчу ему, а после замечаю в окне какие-то красные точки. Их так много, слышно визг шин, а после Миша почему-то с силой обхватывает меня за плечи и заваливает на пол. Он придавливает меня собой, больно, быстро, навалившись сверху. С меня от резкого падения слетают туфли.
– Тоха, прячь детей! Столы, на пол! – это кричит Миша. Так громко, обхватив меня руками и прижав собой.
– А-а-а-а!
Звенят хрустальные стаканы, сигналят машины, взрываются бутылки шампанского.
Я с ужасом вижу будто в замедленной съемке, как трещат стекла и как наши гости начинают падать один за другим, словно подкошенные.
Везде кровь, Паша почему-то за бок держится, падает, Алена прижимает сына к себе, мужчины переворачивают столы вместе со всем, что на них находится.
Выстрелы. Автоматная очередь прошибает окна, и я слышу только жуткие крики в свой самый счастливый день в жизни.
Глава 7
– Ангел, Ангел, посмотри на меня! На меня!
Кто-то меня тормошит, я поднимаю ошалелые глаза и вижу Михаила. Он оттащил меня куда-то в угол, тогда как меня просто трясет, и я не могу понять, что только что случилось.
Смотрю лишь на свои руки и платье, фату. Они в брызгах крови. Ее так много, она везде.
– Тебя задело, Ангел?! Скажи мне, тебя задело?!
Его голос почему-то дрожит, и Миша меня осматривает, крутит мое лицо из стороны в сторону, вытирает мои руки от крови платком.
– Нет… это не моя. О боже, Миша, что случилось?
– Тоха! Где ты, где ты? Вы целы?! – Миша вскрикивает, а я смотрю в зал. Столы перевернули, все с них на пол слетело, и еще я вижу Аллу, она сидит на полу, а рядом с ней почему-то лежит Влад. И он не двигается.
– Я здесь. Здесь…
Тоха выходит бледнее мела. У него один ребенок на руках, второй у Люды. Все просто ошарашены, сбиты с толку. Дети кричат. Совсем крошки. Им нет даже года.
– Сука, кто-о-о? Кто, блядь?!
Миша проводит руками по лицу, помогает мне встать на ноги.
– Влад! Вставай, Влад! Помогите! – кричит Алла, и мы все подходим к ним. Влад. Он не двигается.
– Игорь!
– Я тут. Алла, отойди! Скорую вызывайте, быстро!
Игорь берет какую-то салфетку со стола и прижимает ее к шее Влада. Из нее хлещет кровь. У Влада открыты глаза, у него судороги, а после он резко затихает. Он не шевелится, и, приложив два пальца к его шее, Игорь убирает салфетку.
– Игорь, помоги, помоги ему!
– Ему уже уже помочь. Артерию прострелило. Мне жаль, – говорит Игорь, и Алла отшатывается назад, она теряет сознание.
Миша подходит к Владу, поднося кулак ко рту. У него руки дрожат, и он пересматривается с Тохой.
– Влад! Влад! Боже.
– Паша! – кто-то кричит рядом, и, обернувшись, я вижу Пашу. Это наш водитель. Он возил меня на учебу и забирал все это время. Паша лежит с простреленным сердцем. Он тоже не дышит, и от ужаса я только и могу заплакать, смотря на весь этот кошмар.
– Паша! Я тебе помогу… сейчас.
Наклоняюсь к нему, но он уже не дышит, и чувствую только, как кто-то меня от него оттягивает. Миша вжимает меня в грудь.
– Не смотри, не смотри, Ангел!
Моя свадьба превратилась в ад. Настоящий.
– О боже, что это, Миша?
– Увози детей, Тоха! Ангел, едь с ним!
– Нет! Что ты будешь делать, Миша? Что происходит?
Держу мужа за руки, я вся дрожу, аж подкидывает меня.
– Ты сейчас поедешь с Аленой к нам домой и не будешь никуда выходить, поняла? Ален, заберите ее. Уезжайте отсюда, быстро! – басит Бакиров и достает пистолет, заряжая его при всех.
– А ты? Куда ты собрался? Стой!
Хватаю Мишу за руку, пытаюсь его остановить, но он выводит меня на улицу.
– Не уходи! Я боюсь за тебя! Вызови милицию! Будь со мной, любимый, будь рядом! Миша!