Екатерина Ромеро – Девочка бандита (страница 11)
Звонок сбивается, и в этот момент распахивается дверь. Я вижу Мишу.
– Кто тебе звонил, Ангел?
***
– Кто тебе звонил?
– Никто…
– Дай сюда!
Быстро подходит и вырывает из моих рук телефон. Просматривает историю звонков, пока я пытаюсь переварить услышанное от Ахмеда.
– Что происходит? Ты мне не доверяешь?
– Что это за номер? Кто тебе звонил?!
Миша наступает на меня, а я теряюсь. Злость и обида за последние дни перевешивают:
– Почему ты меня отчитываешь?! Ты сам непонятно где пропадешь, ты даже на ночь не приходишь, я сижу тут как в клетке одна!
– Я тебе уже говорил, так надо.
– Что надо? Ты мне ничего не рассказываешь! Так, все, я больше не собираюсь сидеть здесь и пропускать учебу!
Иду на выход, но Миша преграждает мне путь. Дверь захлопывается прямо перед носом.
– Паши больше нет, самой тебе ездить опасно! Ты меня слышишь?!
– Я попрошу Максима забрать меня и отвезти на учебу. Он мне не откажет, – фыркаю, отворачиваясь, но Миша в тот же час разворачивает меня к себе, больно сжав предплечья руками.
– Что ты сказала?
– Что слышал! У тебя есть друзья, так почему у меня их быть не может?! Пусти, больно!
Пытаюсь сбросить с себя его руки, но Михаил очень силен, высокий, крепкий. Я ничего не могу сделать, но он медленно убирает руки. Проводит ладонями по волосам.
– Еще раз ты заикнешься о Максе…
– То что? Что ты сделаешь? – говорю с вызовом, меня уже достало, что я вечно у Бакирова на последнем месте и он меня контролирует, каждый мой шаг.
– Ангел, голову включи, какой Макс! Я ему не доверяю! Он чужак!
– Зато я ему доверяю! – выпаливаю, и Миша замахивается и с силой ударяет кулаком в зеркало, которое растрескивается на мелкие куски, а я реветь начинаю. От страха.
– Ненормальный, тебе же больно!
Миша быстро набрасывает полотенце на руку, с которой начинает течь кровь.
– Ангел мой, послушай меня. Будь дома, какие-то несколько недель просто посиди дома! Не надо никакого Макса. Я все решу.
– У меня учеба! Меня выгонят так из универа!
– Не выгонят! Я за все заплачу! Я все куплю! Всех твоих преподов я куплю!
– Да мне не нужны твои деньги, Миша, мне учиться надо!
– Я семью потерял, снова! Паша, Влад – их больше нет, ты понимаешь, что со мной будет, если и с тобой что-то случится?
– Почему ты меня отделяешь?! А я разве не твоя семья? Кто я для тебя, Миша? – вскрикиваю. Кажется, впервые мы так сильно ругаемся, впервые я ору на него, не сдерживаясь, обида просто распирает, доводит до края.
– Сиди дома. Это не обсуждается!
– Я НЕ БУДУ сидеть под замком! Я не твоя кукла, хватит!
– Ты моя жена! И ты будешь делать то, что я сказал, хочешь того или нет! – рычит на меня, но я не пасую, я больше не буду терпеть.
– Мне уже не шестнадцать лет и я не твой щенок! Я не хочу так! Я не хочу такой жизни…
– Ты знала, кто я. Ты знала, блядь, все! – орет, а я реветь начинаю, мне страшно, я не понимаю, куда мы катимся.
– Я не думала, что будет так… Миш.
На это Бакиров криво усмехается, тяжело вдыхает.
– Не думала? Я тебя силой в загс не тянул. Так на хуя ты тогда выходила за меня?! – гаркает на меня, выходит из спальни, громко хлопает дверью, а я опускаюсь на кровать, вытирая слезы.
Глава 10
Проходит три дня, за которые Миша не возвращается домой. Даже ночевать теперь не приходит, не звонит. Мы поругались, притом так сильно впервые за столько времени. Он наорал на меня, и я не собираюсь мириться первой.
Я не знаю, что мне делать. Слова Ахмеда не выходят из головы, и, конечно, в этом моя вина. Я виновата в том, что чеченцы на нас обозлились, что погибли парни, меня загнали в угол, но я понимаю, что не могу пойти на условие Ахмеда. Я не могу даже представить, чтобы быть с кем-то, кроме мужа.
Моя учеба, мечты и обещание матери рушатся. Я уже больше двух недель сижу дома, сходя с ума от одиночества и переживаний. Толик если мне и отвечает, то коротко, почему-то он тоже перестал мне все рассказывать, и, кажется, происходит что-то страшное.
– Алло, – отвечаю дрожащим голосом. Алена звонит в два часа ночи, и, если честно, мне страшно брать трубку.
– Лина, Михаил дома? Я не могу до него дозвониться.
Окидываю спальню взглядом. Я одна в холодной кровати. Бакиров не соизволил и сегодня прийти ночевать к жене. Где его черти носят, боюсь даже представить. С кем он, кого он по ночам греет? Боже, я скоро сойду с ума.
– Нет его здесь. Что случилось?
– Алла пропала.
Ее голос дрожит, напряжен, словно испуган.
– Что? Что ты говоришь, Ален?
– Она не вернулась домой. Уже вторые сутки нет. Я не знаю, где она. Пожалуйста, передай Михаилу это. И еще… пусть готовит новую управляющую. Я беру сына и уезжаю.
– Куда, почему?
– Потому что мне страшно, Лин. Я не могу так рисковать. У меня ребенок. Я боюсь за него, – отвечает Алена, и я отбиваю вызов, жадно хватая ртом воздух.
Алла. Она была первой на очереди у Ахмеда, а значит, пострадала из-за меня. Я не дала согласие на условие Амаева, и это моя вина. Если с ней что-то случилось, боже, дай мне сил.
Набираю Мише, но у него занято. Усмехаюсь, в груди что-то колет: конечно, ему не до меня! Я, как всегда, где-то с краю! В голову лезут дурные картинки, когда я была еще полотеркой у Михаила, когда он на меня даже не смотрел.
Он ведь тогда менял подруг практически каждый месяц, и вечно с Мишей женщины рядом были. Такие красивые, ноги от ушей и грудь большая. Они на меня свысока смотрели – так, может, и сейчас у него такие есть? От одной мысли об этом у меня почему-то болит в груди. Я не знаю, что со мной, мне почему-то все время хочется реветь.
***
Просыпаюсь рано и, быстро приняв душ, собираюсь, складываю книги в рюкзак. Бакиров так и не перезвонил. Как же меня это достало!
Я просто вне себя от злости и набираю Максиму. Сама впервые за все это время. Толик слушает Мишу, а Максим… я надеюсь, что он хотя бы мне поможет.
– Что случилось, Лина? – берет сразу, хоть кому-то не наплевать на меня.
– Максим, подвези меня на учебу, пожалуйста. Я права получила, но еще не очень уверенно вожу.
Он молчит всего пару секунд, и я уже думаю, что Макс откажет, когда слышу его уверенное:
– Заеду через пятнадцать минут. Жди.
И он приезжает. Мне каким-то чудом удается ускользнуть от охраны. Максим немногословен, он довозит меня до учебы и не задает лишних вопросов, хотя я вижу, что его что-то тревожит.
– Как ты, Лина? – спрашивает и обращает внимание на мое обручальное кольцо.