Екатерина Романова – Новогодняя жена (страница 12)
– Анахель рано повзрослела. Приняла все с достоинством. Она знает, какая ответственность на ее плечах. Она – одна из немногих магов королевства. Если ее дар отомрет, король лишит нашу семью титула и имений, а ее заберут в академию благородных девиц, после чего выдадут замуж против воли.
– Незавидная судьба для девочки…
Теперь мне еще горче за Анахель стало. Не нужна ни матери, ни отцу, ни собственному королю. Как дойная корова. Если дашь молоко – отлично, будешь жить, а если нет – на мясо заколем…
– Когда Мадлен узнала, что мое состояние не исправить, перестала уделять мне внимание. Зачем, когда я не способен дать ей то, что она хочет. Сперва я понимал и закрывал глаза на ее интрижки. Но когда Анахель застала мать в объятиях наставника по магии – не выдержал. Подлеца уволил со скандалом, ее запер в башне, откуда она благополучно сбежала. Через два месяца вернулась – закончились деньги. А, поскольку брак, заключенный Необъяснимым, нельзя расторгнуть, ей ничего иного не оставалось, как жить здесь…
– Вы опасаетесь, что король, узнав об этом, отберет ваш титул и Анахель?
– А вы бы не опасались потерять дочь?
Граф посмотрел-таки на меня. Надо же. Только дочь, про титул ни слова. Возможно, не так он и безнадежен, как пытается показаться.
– А ей вы об этом говорили?
– Конечно. Анахель знает, что ей грозит.
– Нет. О том, что боитесь ее потерять? Что любите. Что она вам важна, независимо от дара.
Арман посмотрел на меня с осуждением и отвернулся. Некоторое время помолчал, а затем добавил:
– Теперь вы знаете все. Я должен убедить короля, что в день рождения Анахель все получится.
– А, если не получится, что тогда?
– Тогда я возьму дочь и уеду.
– Куда?
– Не знаю! – граф сжал кулаки и судорожно выдохнул.
Только эти едва заметные жесты показывали, как он страдает внутри. Правда боится потерять дочь. Так боится, что готов проститься с комфортом, лишь бы остаться с ней.
Шагнула вперед и положила ладонь на плечо мужа.
– Теперь, когда вы мне все рассказали… Я помогу вам, Арман. Сделаю все, что смогу. И для вашей дочери, и для вас.
Он перехватил мой взгляд, замерший на его коленях, и презрительно усмехнулся.
– Даже сильнейшие лекари королевства не в силах мне помочь.
– У нас уговор! Или граф де Трувэ не держит свое слово? Я ведь тоже могу пойти на попятную и, Арман, вы теряете куда больше, чем я!
– Согласен, – нехотя ответил мужчина. – Делайте, что считаете нужным. И с сегодняшней ночи вы будете ночевать в моей спальне.
– Вот здесь?
– Это проблема?
– Для меня? Нет конечно. Но вы-то сможете уживаться с другим человеком в своем личном пространстве?
– У меня просторные комнаты.
– Комнаты-то да. А вот ваша душа, сдается, тесновата.
– Я не прошу вас в душу ко мне залезть. Всего лишь переезд, – нервно заметил граф. – Какая вы все же несносная!
Улыбнулась. Прогресс! Мы уже говорим о чувствах! Прошло всего ничего с момента нашего знакомства, но терапевтический эффект на лицо.
– Я распоряжусь, чтобы ваши вещи принесли сюда. Можете заняться своими делами, мне нужно работать.
– Лучше уделите время дочери. Это пойдет ей на пользу.
– Разберусь без ваших советов. Впредь не смейте мне указывать. Тем более в присутствии слуг или гостей.
– Как скажете, мой господин! – ответила ехидно, делая нарочито корявый книксен, реверанс, поклон или как его тут правильно называют.
– Ваши манеры отвратительны. Я сегодня же вызову вам педагога по этикету.
Несносный тип! Невозможный! Отвратительный! Только кажется, что отношения налаживаются, он снова поворачивается филеем. Эмоциональным и физическим.
Вышла, громко хлопнув дверью. Хоть какое-то удовлетворение. Странные мы существа, женщины. Сделаем небольшую пакость и на душе сразу какое-то умиротворение наступает.
С чувством выполненного долга я отправилась исследовать свои владения. Ну, а не мои разве? Коль скоро я владычица местных булыжников и стерильных вещей, так нужно с ними ознакомиться.
Попетляла минут двадцать и поняла, что просто бродить – не мой вариант. Устала. И от ходьбы на неудобных каблуках, и от однообразия, и от скуки. Не со слугами же разговаривать. Никто не поймет, почему графиня вдруг так переменилась и воспылала интересом к слугам. Как я поняла, слуг Мадлен вообще за людей не считала.
В ходе инспекции узнала, что помимо сотен квадратных метров жилплощади, которая в большинстве своем не используется, у нас имеется множество вспомогательных помещений, а также питомник, лаборатории, оранжерея, театр, музыкальная гостиная, бальный зал.
За стенами замка тоже много чего имелось. Пока Доротея вела меня в домик лекаря, успела показать конюшни, многочисленные стойла с животными, поля, теплицы… Вот, кстати, здесь мне понравилось больше. Люди все румяные, улыбчивые, жизнью довольные. У каждого второго лицо поперек себя шире, сразу видно – питаются вдоволь, работой особо не загружены. Грешным делом подумала, что не прочь бы здесь остаться на крестьянском положении. А что – красота. Крыша есть, еда есть, защита есть, зарплату платят. Все собственное, никаких тебе ГМО, модифицированных ингредиентов, глутаматов, нитратов, фосфатов и прочих химикатов. Исследовательской работы пруд пруди и, что немаловажно, никаких тебе кредитов! Мне кажется, что ипотеку за двушку я выплачу только к шестидесяти. Хотя, почему же кажется. Так и есть по договору. Стану почетным собственником двухкомнатной квартиры, которая к тому моменту состарится и будет стоить в три раза меньше, чем я за нее отдала. Хорошее дело ипотекой не назовут! То, что тебя наглым образом облапошили начинаешь понимать только года через три…
Лекаря не оказалось, но я же дама настырная, к тому же, хозяйка! Смело прошла внутрь теплой избы, огляделась. Когда увидела большой стеллаж с книгами, сказала Доротее, что может меня не ждать. Иноземные знания! Иноземная медицина! Если мои глаза сейчас лихорадочно блестели, то отражали мое состояние!
Скинула с себя верхнюю одежду и бросилась изучать литературу. Ожидание не обмануло. Справочники и практические пособия по зельям, настоям, декоктам и прочей народной медицине. Нашла толстый фолиант о ядах и противоядиях, потянула на себя…
– Сэдри-ик…
Замерла, прислушиваясь, откуда голос.
– Сэд, это ты?
Поставила книжку на место, на цыпочках двинулась в другой конец комнаты. Потом вспомнила, что я же тут хозяйка и спросила громким голосом:
– Кто здесь?
– Атим. Пациент Сэдрика.
Я вошла в комнату, откуда доносился голос, и заметила пациента. Лохматый мужчина, с густой рыжей бородой и длинными волосами, лежал на кровати с перебинтованной рукой. Выглядел неважно.
Значит, где живем, там и лечим. Не очень-то разумно с точки зрения собственной безопасности. Огляделась. Комната недавно проветривалась, но ни халата, ни перчаток, ни маски для лица, ни шапочки. Никаких средств защиты пациента, а Бог его знает, чем этот самый Атим болеет.
– Графиня! – испугался мужчина. – Простите, ваше сиятельство. Я бы поклонился, но…
– Лежи. Что с тобой?
– Так арвен покусал.
– Кто?
– Арвен, – повторил мужик и взвыл от боли.
Надо полагать, это название зверя, а не чье-то имя. Хотя, кто его знает, жителей Ирбиса. Может у них тут люди друг на друга кидаются. Хотя, судя по величине раны…
Подошла ближе, откинула одеяло и замерла. От руки мужчины по сетке сосудов расползались черные отметины.
– Вы заражены…
– Мне недолго осталось, – прохрипел Атим. – Три, может, четыре часа. Яд арвена распространяется молниеносно…
На людях я свое противоядие еще не испытывала, только на животных. Но передо мной умирающий пациент. Если я не попробую помочь, то не прощу себе этого.
Провела внешний осмотр, измерила пульс. Давление осталось для меня загадкой, но, судя по косвенным признакам – повышенное. Зрачки расширены, потоотделения нет, хотя должно быть. По субъективным ощущениям жар. Мочеотделения тоже нет. Действительно плохо. Если бы токсин выходил через пот и мочу, было бы легче.
Собрала анамнез, побеседовала с пациентом и вернулась в комнату с книгами и склянками. Для моего противоядия не требуются готовые медикаменты. Я разрабатывала формулу на тот случай, если человека укусит змея, когда он в лесу. Откуда в лесу атропин или супрастин? Вряд ли кто берет на пикник целую сумку таблеток на все случаи жизни. Нет, я разработала формулу на основе сочетаемости сильнейших свойств разнообразных растений, вот только растут ли они здесь?
Спешно провела осмотр помещения. Растения нашла. И сушеные, и живые в горшках, и живые без горшков. Откуда у лекаря посреди зимы свежая крапива и, кажется, что-то похожее на мелиссу – та еще загадка. Но, к сожалению, нужных мне ингредиентов не оказалось. Что, если на Ирбисе они вообще не растут?
Книги!