Екатерина Романова – Академия Даниэля Сакса (страница 8)
Благо, все закончилось быстро и, когда под ногами оказалась твердая поверхность, я пробежала несколько шагов и прижалась щекой к деревянной стене дома. Спасительная недвижимость! Постоим так, не шевелясь, пусть мир перестанет крутиться!
Винсент и правда ждал, а я оценила способ перемещения лагром – не тошнило. Ну, точнее, подташнивало, но не так сильно, как при прыжке в радугу. Не став задерживаться, крылатый мужик перемахнул через балкон и сиганул вниз.
Наверху оказалось изумительно, но панический страх высоты не давал насладиться видами в полной мере. Открыть я отважилась только один глаз, а от дома так и не отлепилась.
– Ты что, высоты боишься? – удивился Винсент. О, кто-то тут гений дедукции, не иначе!
– Это что, так заметно? – съязвила я и прижала к дому другую щеку, чтобы теперь другим глазом разглядеть округу.
Нет, серьезно красиво! Обнимая дерево, вкусно пахнущее смолой – вот откуда эта терпкая нотка на пиджаке Сакса – я разглядывала дальние дали. На горизонте, покрытом сизо-лиловой дымкой, толпились башенки облаков. Само же небо, оттенка светлого аметиста, было поразительно ясным, ярким и волнующим. Цвет не такой, как у нас. Это пугало и завораживало одновременно. Зато рыже-карее солнце светило намного жарче, даже, я бы сказала, припекало и с моим гипергидрозом в балахоне было крайне неуютно.
Сразу видно, что магистр Сакс тут главный. Забрался на макушку самого высокого дерева, чтобы видеть всех и вся. Вниз смотреть не стала. Мне хватало звуков: низкой вибрации радуги, шелеста лагровых крыльев, гомона адептовых голосов.
– Красиво? – примирительно спросил мужчина, подходя к краю балкона и вглядываясь в горизонт.
– Невероятно! – ответила после долгого молчания.
Мягкий порыв ветра коснулся моего лица, обласкал его и, растрепав волосы, унесся прочь. Словно озорной щенок или живой дух. Может, тут и есть такие. Вообще, на подобной высоте должны буйствовать ветра, но их не было. Спокойный теплый воздух был тих.
– Шелли, понимаю, для тебя все происходит слишком быстро, но… У нас не было выбора, – Винсент повернулся ко мне, и холодное лицо северного красавца озарила мягкая улыбка. – Пройдем в дом, я постараюсь ответить хотя бы на некоторые из твоих вопросов.
Нехотя отлипла от стены и подобралась ко входной двери едва ли не ползком. Наконец адекватный диалог!
– Ключ под ковриком? – пошутила, чтобы унять бешено клокочущее сердце. Ну не созданы мы с высотой друг для друга. Не созданы и все тут! Земной я человек!
– Ковриком? – не понял Винсент, а я только сейчас заметила, что нет тут ковриков. Только добротный деревянный пол, покрытый крепким слоем хорошего лака.
На входной двери, тоже деревянной, разумеется, панель из черного блестящего камня. И тут Сакс своим богатством щеголяет! Ну и противный мужик, скажу вам! Не удивлюсь, если внутри все блестит и сияет драгоценными камнями! А уж диваны у него наверняка шелком да парчой обиты, зеркала во всю стену в широких золотых оправах, чтобы собой красивым любоваться!
Винсент прикоснулся ладонью к панели. Сапфировый туман обвил его ладонь. Щелкнул замок и колдовство изволило пустить нас внутрь.
Вот тебе раз!
Не так я себе представляла жилище таинственного магистра Сакса! Ни тебе подобия на Красную комнату мистера Грея, ни холодной стерильности в стиле минимализма буйно-помешанного маньяка, ни громоздкой пафосной мебели из красного дерева в стиле замшелого ученого. Ни буйства золота и пурпура. Дом обставлен просто и со вкусом, будто и не его вовсе. Много света, свободного пространства, все вещи функциональные.
– Это точно логово вашего главного?
– А есть сомнения? – удивился лекарь, неопределенно махнув в сторону гостиной зоны.
Устроилась на уютном диванчике перед камином. Гостей магистр явно не жалует. Диван на двоих, напротив, через низкий журнальный столик, два кресла. Я неплохо разбираюсь в мебели – на них почти не сидели.
Вопреки законам логики над камином большое окно, не прикрытое шторами. Шелковое солнце заигрывало с бежево-коричневыми тонами интерьера, наполняя жилище медово-карими оттенками, делая его уютным и по-особенному домашним. А вот горшки с цветами вряд ли инициатива самого магистра. Не похож он на любителя-садовода. Мама? Наверняка. Вряд ли та брюнетка на ходулях интересуется садоводством.
– Зачем вашему магистру дети?
Винсент не ожидал вопроса и замер в полуприсяде. Опомнившись, он устроился в кресле напротив меня и сложил ладони на коленях.
– Среди множества вопросов ты выбрала именно этот?
Еще раз осмотрелась. В особняке магистра мне было спокойно и уютно, а еще я чувствовала силу: чужеродную, мощную, разрушительную, но не опасную. Напротив, мне хотелось найти источник этой силы, прильнуть к нему, ощутить всем телом, пропустить сквозь пальцы, чтобы кожу щекотало от мурашек, которые по ней побегут…
Эй, эй, Мила! Что это еще за наваждение? Опять началось?
Я прочистила горло и, размяв плечи, подалась вперед, концентрируясь не на ощущениях, а на происходящем.
– В моей голове сейчас такая путаница, что я вряд ли могу мыслить трезво. Где я? Кто я? Почему я? Как я вас понимаю? Как вернуться домой? И… Магия? Вы серьезно?
Я всплеснула руками и, чтобы не сойти с ума от нахлынувших вопросов, размяла виски. Лучше бы я и дальше пугалась, ужасалась, восхищалась, чем начала думать и осознавать происходящее!
– Другой мир! – я нервно поднялась и, обхватив себя руками, подошла к окну, словно желая убедиться, что аметистовое небо – не плод моего воображения, а парящие в небе лагры и правда мужики с крыльями. – Бред какой-то.
– Мне сложно представить, что бы я почувствовал, окажись в другом мире. Для меня все это также естественно, как и дыхание. Могу только представить, что ваш мир несколько отличается от нашего.
– Несколько?! – я нервно усмехнулась. – Начнем с того, что у нас нет магии. Совсем. И по небу не летают крылатые мужики! А когда я хожу в магазин, то не боюсь, что меня сожрет мутант-носорог! У моей подруги из задницы не торчит черт-те-что, как у той, зеленокожей с рогами! И чтобы подняться на нужный этаж, мы пользуемся лифтами или лестницами. Единственное, что роднит наши миры – наличие извращенцев и моральных дегенератов. Таких как Сакс у нас пруд пруди!
Винсент поднял бровь, но промолчал.
– Нет магии, – повторила я. – Совсем. Вообще. Только шарлатаны, которые разрезают людей пилой, а потом соединяют заново! – глаза лекаря округлились. – Ну, это детский фокус такой…
Мда. Не самый удачный пример, но в таком состоянии мне ничего лучше в голову не пришло. Прокашлявшись, мужчина нелепо улыбнулся:
– Это и предопределило выбор вашего мира. Хотя, если откровенно, не все так просто.
Да ты что, родимый?! Серьезно что ли?
– И в том, что именно этот эксперимент удался, спасибо Валерии.
Я резко развернулась и уставилась на скандинава ошарашенным взглядом. Так и знала, что это ее рук дело!
– А вот с этого места поподробней! – произнесла медленно, не сводя с лекаря пристального взгляда. Совпадение? Да в жизнь не поверю!
– Она потомок богини равновесия из нашего мира.
Потомок. Богини. Подумаешь, делов-то…
– То есть… вот прямо богини? – переспросила, тупо глядя на мужчину. Хотя собственный вопрос мне показался еще более тупым.
– Богини, Шелли. То есть, Мила.
– Потомок, – повторила еще раз. Прошлась по гостиной, попыталась уложить в голове новую информацию, но та отказывалась укладываться.
Ну, ладно. Допустим. Я не то, чтобы верю в бога, но допускаю его существование. Почему бы и другому миру не иметь богов? В Древней Греции, например, считалось, что они по земле разгуливают и даже со смертными блудят. Геракл, например, сын бога и смертной женщины. Допустим, допустим…
Провела пальцем по лакированной столешнице приставного столика и хмыкнула.
– А сама богиня где, раз такое дело?
– Умерла, полагаю, – Винсент неопределенно пожал плечами, заработав мой изумленный взгляд.
Нет, погодите. Если это богиня, то умирать она не умеет. Ладно, дети – закрутила роман с мужиком – могу понять. Если тут каждый второй такой же красавчик как Сакс или Винсент, это не удивительно. Но… смертность?
– Смертные боги? Это вообще как?
Винсент вздохнул и перевел взгляд на сцепленные между собой пальцы.
– Бессмертность богов определяется их силой. Они бежали в другие миры, Мила. А там, где не оказалось магии, все пошло не по плану. Боги растратили свою энергию, а новой не получили. Нельзя поклоняться тем, кого не знаешь. Это здесь, в Разолии, каждый день начинался с молитв, насыщающих богов энергией. Мы зависим друг от друга и этот симбиоз одинаково важен как богам, так и смертным. Без них все пошло наперекосяк.
– Все равно не понимаю.
– В других мирах наши боги утратили дар, а все, что удалось сохранить, влили в камни, которые передали потомкам. Они хотят вернуться в Разолию, чтобы восстановить порядок, свое могущество и величие нашего мира заодно, но не получается. Для этого необходимо открыть врата, что невозможно без камня равновесия.
– И ты до этого бреда сам додумался или тебе какой-то бог смс-ку скинул? «Эй, Винсент, я тут застрял, не откроешь ли ворота с той стороны, а то как-то тут стремно?»
Я нервно усмехнулась. Как бы хотелось оказаться героиней «Вас снимает скрытая камера!». Вот бы из-за угла выскочила телеведущая с криками: «хэ-хэй, здорово мы вас разыграли!». Да только не похоже все это на розыгрыш…