Екатерина Полянская – Смотрительница замка Грабон (страница 22)

Дернуло же меня оглянуться! Для собственнoго успокоения и помахать магам, ожидающим у замка, тоже хотелось. Пусть видят, что у меня все идет хорошо. Чудесный был план. И намерения благородные.

Вот только каменную стену, ворота с калиткой, да и сам замок отделял от меня сгущающийся туман. Я еще немного видела очертания и, надеясь, что меня тоже видно, помахала, как и планировала.

Все хорошо.

Надо здесь закончить.

Я помню, как вернуться обратно.

Но не могу сделать этoго без травы. На меня рассчитывают, и я не могу подвести.

Упрямо повернувшись к деревьям, я продолжила рвать то, что пойдет в основу будущей настойки для Седрика. Сдаюсь, я делала это и для себя тоже. Не знаю, что в мире, откуда он пришел, означает связь ведьмы с фамильяром, но точно уверена, что не хочу этого.

Где взять правильную ведьму в замке, изолированном от всего и вся?

Замечательный вопрос.

Ответ бы кто подсказал.

Можно считать, я закончила, когда в тумане ощутилось какое-то движение. Мягкое. Почти текучее. Платье неприятно прилипло к спине. Я выпрямилась. Развернулась. Ничего не изменилось: память отчетливо сохранила путь до калитки.

Дойду.

Главное решиться войти в туман.

Присутствие там кого-то опасного могло и померещиться, но из марева послышалось фырканье. Будто кошачье, но… это должен быть крупный кот.

— Мр-р-р-роу!..

Я оцепенела и едва не поперхнулась вдохом.

Из тумана выскользнул огромный рыжий саблезубый кот.

Если начну убегать, потеряю понимание, где находится калитка. В том числе и это заставляло оставаться на месте. И, конечно же, ужас! Леденящий ужас, от которого cтыла кровь.

Зачем замок делает такое со мной?!

Голодные алые глаза зверя смотрели на меня, как на уже пойманную добычу.

Магия! Есть же магия!

Взмахи дрожащих рук скорее копировали движения из какого-то танца. Не могло быть и речи о том, что бы сконцентрироваться и воспроизвести что-то, похожее на заклинание. Как маги вообще это делают?!

Хищник же, похоже, имел все инстинкты, полагающиеся коту.

И мои жалкие попытки воспринял как игру перед обедом… Один взмах лапы — и боль ослепила. Словно фрагмент кошмарного сна, я видела, как изодранный рукав платья набухает кровью и ручейки стекают на землю.

Спина вжалась в шершавый ствол.

Бежать я уже не могла. В глазах плыло от боли.

И хотя не двигалась с места, прямо сейчас понятия не имела, в какой стороне находится открытая калитка… — Мур-р, — издал зверь совершенно кошачье, и по окровавленной руке прошелся теплый язык.

К уже имеющимся добавился нoвый оттенок боли. Жжение, начавшееся у ран и стремительно захватившее половину тела.

Что должен чувствовать человек, за считанные мгновения до страшной смерти?

Мне вот казалось, что я схожу с ума.

Небо… Пусть все скорее закончится!

Из тумана выскочил черный кот — обычный, по виду домашний, даже с ошейником и медальоном — и с рычанием вонзил зубы и когти в хвост более крупного собрата. Хищник возмущеннo фыркнул. Ему хватило бы одного удара лапы, чтобы убить такого противника, но он успел лишь немного отпрянуть от меня.

Нависшую над нами фигуру скорее почувствовала, чем увидела.

За лязгом металла последовал хлюпающий звук. Я зажмурилась, сбегая от ужасного зрелища.

Захотелось хныкать, но, кажется, с этим я опоздала. Сознание медленно падало в темноту.

Небольшой проблеск случился в холле. Боль стала ещё сильнее и невыносимое жжение теперь охватывало все тело.

Меня куда-то несли. Кажется, Фейн.

И… из здоровой руки забрали что-то.

Разум вяло вспомнил, что все это время я упрямо сжимала мешочек с собранной травкой.

— Видели бы вы, как я его! Чуть хвост не отгрыз! — Седрик был в полном восторге от своей персоны. — Теперь можно всем говорить, что я боевой фамильяр.

— Ты наказанный фамильяр. И вместе с тобой все, кто в этой дурости участвовал, — немного вернул его в реальность Фейн.

Подумал несколько секунд и исправился. — Кроме Гиацинты, пожалуй. Она, наверное, и так усвоит урок.

Что?..

Какого… кхм… один из моих заключенных решает, наказывать меня или нет?

Уклад внутри замка Грабон что-то сильно перековеркало.

Было больно и отчаянно хотелось хныкать, но не было сил ни пошевелиться, ни издать хотя бы звук.

— Фейн, смотри… Не знаю, что показала Сильвана, но оно заставило нашего командира выругаться.

У меня получился рваный горячечный вздох.

— Кошак оказался не только саблезубым, но и ядовитым.

Слюна. Я почувствовала что-то такое, когда он облизал мне руку.

— Значит, правильно ты не разрешил забрать тушу.

— Она выживет?

Мое тело непроизвольно выгнулось.

Жарко… так жарко… По ощущениям, меня куда-то несли уже вечность.

— Силь, Ларк, Эйресс готовьте исцеляющий кокон. — Фейн как всегда умудрялся оставаться собранным и командовать всеми. — Мы не может потерять эту смотрительницу.

Последнее его замечания отозвались глупой радостью внутри.

Впрочем, ее быстро смела еще более раскаленная волна жара.

Бесконечный отрезок времени спустя мы оказались в комнатаx, где Сильвана и в прошлый раз лечила пострадавших магов. Оказаться на их месте было, мягко говоря, неприятно.

С меня срезали разодранное и испачканное в крови платье.

Вливали в рот то что-то горькое, то травяное.

Обрабатывали, а потом зашивали руку. Кто бы этим ни занимался — а я надеялась, чтo это сама Сильвана — он старался действовать бережно и не забывал об обезболивающих чарах.

Но действие яда сжигало меня изнутри, заставляло извиваться и выгибаться.

Кажется, меня держали.

Голоса не было совсем, будто его сожгло первым. Не получалoсь даже всхлипнуть, только тяжело дышать.

К моменту, когда меня окутали успокаивающей прохладой и оставили в покое, я уже немного мечтала умереть. И когда начала уплывать в зыбкую нереальность, поверила, что умираю… …Первой вернулась способность двигаться. Я пошевелила пальцами — это не принесло и тени боли. Осмелев, я чуть изменила положение. Жар схлынул. И выспаться удалось на много дней вперед.