Екатерина Полянская – Скверная (страница 57)
Каймон обещал сделать ремонт в своем доме, изменить там все, и уже потом мы решим, где жить. Пока же он использовал регьярдский дом как рабочее пространство, а ночевать планировал со мной в Мерцающем.
Покои мы теперь делим на двоих, похоже.
Ладно. Не то чтобы я против.
Совершенно не против.
Отправив Милли сообщение, я пошла в душ. В планах на вечер было посидеть в библиотеке фейхов, потом поужинать только вдвоем с Каем, макая картошку на длинных палочках в расплавленный сыр, оказаться в его объятиях… а при мыслях о дальнейшем низ живота сводило истомой.
Хух.
Сладкий сон какой-то.
Слишком сладкий, чтобы быть реальностью.
Во всяком случае, моей реальностью.
Наверное, зря я это подумала, потому что тревожная мысль взяла и сбылась. Хорошо, я утрирую. Просто как всегда невовремя вспомнилось кое-что существенное: тогда… ну, перед тем, как Холду пришло сообщение насчет Роди, моя восприимчивость напоролась на знакомое «что-то не так». В отрыве от всего прочего оно роли не играло, но если добавить другие разрозненные кусочки… Цельной картины я все ещё не видела, но кое-какие догадки уже оформились. И теперь не терпелось поделиться наблюдениями с Холдом.
Интересно, а он сам что-то такое заметил?
Может, все ерунда и я себе просто напридумывала.
Но само ощущение, что мне теперь есть с кем поделиться и обсудить, и этот «кто-то» весь мой с потрохами, толкало вперед.
В смысле, назад.
Круто развернувшись, я вновь прошла замаскированную туманом завесу, пробежала коротенький коридор… чтобы замереть, точно пораженная молнией.
Холд был не в кабинете, он как раз только что открыл дверь.
А на пороге чарующе улыбалась Нияти…
Мое бедное сердце подстреленной птичкой рухнуло куда-то в желудок.
– Впустишь? – Гостья томно взмахнула густо накрашенными ресницами.
Я присела за разлапистым растением в кадке… впрочем, мне бы и одной кадки прекрасно хватило. Замерла, старательно игнорируя жгучий стыд и ещё более жгучую ревность, и обратилась в слух.
– Я занят. – Лед в голосе Холда заставил мою птичку встрепенуться. – Давай к делу.
Красотка с тенью недовольства обозрела дверной проем, полностью занятый Холдом… ну не под руку же ему нырять?.. и навесила на лицо нежную улыбку.
– А что, если я соскучилась?
– Не вынуждай меня напоминать, каков мой дар.
Короткая тишина.
Изо всех сил я взывала к восприимчивости, но – глухо! Когда надо, этот дар совершенно бесполезен! Не может же быть такого, что они оба совсем ничего не чувствовали.
– Ладно. – Нияти кротко потупила глазки. - Несмотря на то, как мы расстались, я рада, что ты в порядке.
– Дальше, – поторопил ее Холд.
– Исанар все же твой брат…
– Так и знал, – для Холда ее заход не оказался неожиданностью. – У тебя все?
Маску кротости держать долго Нияти не смогла.
– Небо, ты все такой же упертый! С тобой совершенно невозможно разговаривать!
– Очевидно, все, – подытожил Холд и попытался закрыть дверь, но нахалка ему не дала.
– Он не просит ничего сверхъестественного, просто хочет встретиться с тобой, - быстро затараторила она, вцепившись в руку бывшего мужа. – Знаешь ли, он тоже до определенного момента ничего не знал о твоем существовании. Ну, что ты жив. И как бы ты не злился, он не виноват в том, что с тобой случилось.
Пламенную речь она, похоже, репетировала каждое утро несколько недель подряд, потому что каждая эмоция звучала ровно в том месте, где ей полагалось. Убедительно. Даже слишком.
Впрочем, может быть, я предвзята.
– Я тебя услышал, - тем же равнодушным тоном сообщил Холд. – Всего хорошего.
– Кай!
– Что-то еще?
– Ты не мог бы проводить меня до замка? Нас, знаешь ли, не очень хорошо встретили.
– Нияти, привыкай, у тебя здесь больше нет моей защиты, - с усмешкой бросил Холд. – Но не стоит бояться, люди у нас хорошие. Худшее, что тебе грозит, это пара пятен от тухлых помидоров на юбке.
И, не слушая, что она там ещё лопочет, закрыл дверь.
– С-с-сволочь! – донеслось с той стороны.
Но Холд уже повернулся к двери спиной.
– Клодия, вылезай, хватит прятаться.
Ой.
Неловко…
Отсиживаться в своем укрытии дальше было бы смешно, и я осторожно высунулась из-за кадки.
– Это не то, что ты подумал.
– То есть, ты не пряталась там и не подслушивала? – скептически уточнил Холд.
Надеюсь, румянец стыда к моему желто-серебряному облику хоть сколько-то шел.
– От неожиданности! Я шла с тобой поговорить… а тут она.
– Хотя бы теперь ты знаешь, что не к кому ревновать. – Холд как-то вдруг оказался рядом, зарылся пальцами в мои волосы, приятно пощекотал за ушами.
М-м-м.
– Ничего я не ревновала!
– Клодия, я же менталист.
– Иди лесом!
Я вывернулась и, сгорая от смущения, рванула прочь.
В одном права эта Нияти: он невозможен!
Бессовестный маг позволил мне удалиться на некоторое расстояние, лишь потом напомнил:
– Ты хотела мне что-то рассказать.
Мрак.
Но это важно. Важнее моего смущенного самолюбия.
Чувствуя, что тихий вечер в библиотеке накрылся, я вернулась к Холду.
– Насчет твоих подозрений, – произнесла серьезно и заглянула ему в лицо. - В городе я кое-что почувствовала. Не в первый раз уже, просто раньше все время случалось что-то еще, и я не придавала этому значения.