Екатерина Полянская – Северная невеста (страница 50)

— Сваришься, — просветил меня относительно грядущих перспектив обманчиво ласковый голос. По плечу и вниз, к груди, немного царапая кожу, скользнула чуть шероховатая ладонь.

Вот нахал когтистый! Неужто я недоходчиво объяснила?!

— Утоплю! — Сама не ожидала услышать в своем голосе столько… даже не возмущения, злости.

В макушку удовлетворенно хмыкнули, и наглая конечность мгновенно ретировалась.

— Молодец, Ариша, так его, — за спиной тихонько посмеивался Эт. Заглядывать в глаза необходимости не было, Арлиту воспитание не позволило бы ввалиться в мою ванную. Хм. И, думаю, заявиться среди ночи в покои без стука и позволения тоже.

А этот!.. У, зла на него нет!

— Льера Ариадна изволит дурачиться? — Он потерся носом о мое ухо, отодвигая выбившуюся из-под заколки прядь. Пузырьки все еще кружили в воздухе, стало быть, отключиться я не успела.

Первым порывом было завизжать и перебудить весь замок. Но в горле пересохло, поэтому я просто опасливо оглянулась на него через плечо, глубже зарываясь в гору белоснежной пены.

Мужчина казался уставшим, наверняка еще даже не заглядывал к себе. Или это отблески свечи положили ему под глаза тени? Пара прядок отделилась от обычно безупречной прически, рубашка не первой свежести, две пуговицы вверху расстегнуты, а рукава закатаны по локоть. Он опустился на колени, прямо на пол за моей спиной, и склонился, чтобы вдохнуть мягкий аромат трав.

Ссориться не хотелось.

— Уходи, пожалуйста. Я чувствую себя неловко.

На мгновение красивое лицо напряглось, но Эвин быстро вернул себе власть над эмоциями. Выполнить мою просьбу он даже не подумал, но хотя бы отодвинулся, и на том спасибо.

— В свое оправдание могу сказать, что совершенно не планировал вламываться в твое личное пространство.

Снова в его чертах сквозила усталость. И говорил северянин спокойно, не дразнил, не подначивал и не соблазнял. Мои губы тронула невольная улыбка. Как редко он бывает таким…

— Просто ошибся дверью? — съязвила я.

Отсутствие защиты в виде одежды здорово нервировало, горячая вода и щекотная пена расслабляли, но этого позволять себе было нельзя. За моей спиной притаился опасный хищник. И пускай он спрятал когти и пытается притвориться мягким и домашним, но я-то знаю!

Впрочем, Этельвину удалось в очередной раз исказить образ, который я себе старательно придумывала.

— Я пришел пожелать тебе спокойной ночи. Как вчера. И несколькими вечерами ранее. И…

Нарушая собственный запрет, я вывернула шею, чтобы снова посмотреть на него. Северянин не шутил. И не лгал. Одно интересно, Нира правда не догадывается о ночных визитах? Или специально мне ничего не говорила?

— Зачем? — Голос звучал тихо-тихо.

Эт сонно прищурился, повернулся ко мне спиной, ею же привалился к теплому боку ванны и опустил голову на каменную кромку, прижавшись щекой к моей щеке. Поначалу я напряглась, но льер больше никаких действий не предпринимал, а теперь еще и пенного кружева, скрывающего от его глаз все самое-самое, не видел. Стало быть, можно вздохнуть свободнее.

— Хочу, чтобы мой день, каким бы он ни был, всегда заканчивался тобой.

Внутри разлилось сладкое тепло. Как же хотелось верить… Раствориться в его словах и собственных ощущениях.

— Не знала, что ты романтик. — Я упорно пыталась не поддаться его внезапному обаянию.

— А может, просто не хотела замечать?

Возражения утонули во всплеске возмущения. Нахальная рука нырнула в ванну, но прежде, чем я успела издать хотя бы звук, поймала мою ладонь и прижала к горячей шее. Прямо мокрую и в мыле!

Я чувствовала его размеренное дыхание…

— Тебе там удобно? Тепло?

Надо же, какая забота!

— Если это попытка присоединиться, то я категорически против! — Щеки тут же полыхнули румянцем.

Только бы не стал напирать, я же и сдаться могу! И без того чувствовала себя странно комфортно ночью в одном помещении с мужчиной, от которого неизвестно, чего ожидать, и это при полном отсутствии одежды. И как я пропустила тот момент, когда логика удалилась, хлопнув дверью?!

— Ариш, по-моему, сегодня провоцируешь ты…

С трудом верилось, но Эвин вел себя идеально. Никаких колючих слов, откровенных прикосновений, попыток поцеловать. Несколько тягучих мгновений мы сидели в молчании, после чего блондин выпустил мою руку, встал и стал долго возиться с камином. Сама я не стала его разжигать, но мужчина почему-то решил, что источников тепла в спальне и гостиной мне недостаточно.

— Арлит говорил со мной… о нас… — призналась тихо. Такой он почему-то вызывал во мне доверие. А еще желание прижаться к широкой груди и предоставить все решения тому, кто действительно с ними справится.

Вот только вечерний разговор с Нирой до сих пор звучал в ушах.

— Мудрое решение. — Безопасник, казалось, не удивился.

Огонь разгорелся, затрещал, осыпал пол и стены золотистыми всполохами.

Эт с кривой усмешкой приблизился ко мне. Начинается… Выходит, я переоценила благородство этого северянина? Спина импульсивно вжалась в твердую поверхность ванны. Но ничего не произошло. Льер прошел мимо, только оскалился насмешливо и, макнув палец в пену, измазал мне нос. Затем взял огромное полотенце и отнес его к камину, чтобы согреть.

Вставший в горле ком удалось проглотить с неимоверным трудом. А мой благородный мучитель, казалось, только этого и ждал.

— Теперь дело за тобой.

— Ты о чем?

Раздался нетерпеливый вздох, но голос звучал по-прежнему спокойно:

— Сразу после ритуала ты объяснишься с Арлитом, и мы уедем в столицу.

От такого заявления я онемела. А Эт, будто бы не заметив произведенного эффекта, неспешно двинулся к ванне с развернутым полотенцем в руках.

— И ты всю оставшуюся жизнь будешь решать за меня, — невесело обозначила грядущие перспективы, затрудняясь определиться с отношением к ним.

Мужчина раздраженно тряхнул головой, отчего волосы окончательно растрепались, пробормотал что-то насчет короткой стрижки…

— Не буду. И сейчас не решаю, просто предлагаю наиболее безболезненный выход.

— То есть ты примешь и другое мое решение? — Должна же я понимать, насколько широки границы моей свободы!

Спросила — и почти почувствовала, как вокруг меня материализовались прутья ледяной клетки. Или это просто вода остыла?

— Ари-и-иша. — Голос зазвенел льдинками. — Хорошенько подумай… Ты ведь не хочешь, чтобы шаткий мир между братьями растаял? Из-за одной маленькой южанки. А я ни перед чем не остановлюсь, чтобы получить то, что уже считаю своим…

Сволочь! Внутри все похолодело, а глазам, наоборот, стало жарко.

Права была Нира!

— Ты там застыла? — Видимо, безопасник истолковал молчание как согласие, поэтому угрозы временно иссякли. — Вылезай.

Что? Он же это несерьезно?..

— Ни за что!

Он, конечно, и прежде безупречностью манер не отличался, но это было уже как-то слишком. Однако вместо того чтобы выпустить коготки при виде заботливо расправленного и согретого у огня полотенца, злость свернулась уютным клубочком где-то в животе, только что не замурлыкала.

Сволочь он, конечно. Но такая родная…

— Лучше сделай это сама. Я ведь и достать могу! Только тогда мягкого полотенца и сказки на ночь уже не будет…

А что будет, я решила не выяснять. Интуиция подсказывала, что и без этого знания мне неплохо живется. В мыслях обзывая себя падшим существом, а его и вовсе последними словами, все же вынырнула из пенного укрытия и, насколько могла быстро, вцепилась в полотенце.

— Я сама…

Кого бы еще волновало мнение сгорающей со стыда южанки. Хорошо, издеваться не стал! Без слов Эт оттолкнул мои руки, и по телу заскользило мягкое полотенце, растирая, массируя, убаюкивая. Кажется, я ругалась. Кажется, вслух. А он, зараза такая, смеялся!

Разум ненадолго вернулся, когда меня втиснули в ночнушку и куда-то понесли.

— Ну и где моя сказка? — уточнила капризно, когда сильные руки опустили свою ношу на кровать и принялись укутывать ее в одеяло. Учитывая, что за окном уже брезжила синеватая дымка рассвета, а безопасник имел вид бледный и усталый, это можно было засчитать как месть.

Чуть теплые губы всего на мгновение прижались к моим.

— Вот уедем в город, и будет у нас своя собственная сказка.