Екатерина Полянская – Северная невеста (страница 34)

Не то успокоительное наконец подействовало, не то самообладание вдруг вернулось, но страха не было. Что мне может угрожать? Заметит? Ну и?.. В отличие от некоторых я дома. Где хочу, там и хожу.

Зато злоумышленница тряслась за двоих…

Сложнее всего пришлось в подземельях. Я позволила Амире прикрыть за собой дверь и, чтобы не вызвать подозрений, ненадолго затаилась. Только когда тихие шаги внизу растаяли, змейкой просочилась внутрь, спустилась… И? Дальше что?

Единственный факел чадил и давал совсем немного света. Но этого оказалось достаточно, чтобы понять: ледышки и след простыл!

За какой из всех этих дверей она скрылась?

Вот тут меня пробрало. По телу прокатилась волна мелкой дрожи. Я не могу все вот так потерять! Не хочу!

Набрала воздуха побольше и ме-э-эдленно выдохнула. Спокойно, Ада. Будем рассуждать логически. Шаги были слышны хорошо, значит, заветная дверь должна находиться близко к лестнице. Сердце Дома… Не знаю, что это, но наверняка что-то важное, раз льеры возлагают на него такие надежды. Поэтому вполне вероятно, что заветная дверь будет украшена родовым гербом.

Скрестила пальцы на удачу и отправилась искать хоть что-то похожее. Первая, вторая… Не те. Третья… И — вот она, небольшая алая розочка!

Ясные боги, каких трудов мне стоило не издать победный клич!

— Тебе помочь? — больше не таясь, широко распахнула дверь.

Северянка вздрогнула, повернула голову и широко распахнутыми глазами уставилась на меня. Тонкая ладошка, пока еще мягко сжимающая острие ножа, зависла над огромной чашей, внутри которой клубился красноватый туман, разбрасывая отблески по стенам из серого камня.

Это и есть Сердце Дома?

Одно неверное движение — и проклятые капли упадут внутрь. Никто не знает, что последует за этим.

— Стой на месте, — срывающимся от страха голосом потребовала Амира. — Не смей подходить!

Я послушно застыла. И сделать ничего не могла! Была бы нормальным магом, хотя бы силой ударила, ледышку бы к противоположной стене отшвырнуло. А лучше — еще и головой дурной приложило бы. А так… Только мечтать и остается.

Мысли вспорхнули стаей испуганных птиц.

Наследник… Сердце…

— И Арл, и Ривел наверняка почувствовали, что на содержимое чаши пытаются влиять. Оба они уже должны быть на пути в замок!

А если дядюшка с ледышками заодно, что очень вероятно? Нет, не хочу об этом думать.

— И что? — глухо выдохнула блондинка. Но глаза ее сверкали паникой. — К тому времени как наследник войдет в эту дверь, я уже стану частью Дома. И он будет меня любить!

Чокнутая. Я украдкой перевела дыхание. Что же делать? И как назло ничего путного не придумывалось.

— А ты? Он тебе хоть немного нравится?

Дочь Севера растерянно моргнула. В глубине ледяных глаз промелькнуло странное выражение, но прочесть его я не смогла.

— Какое это имеет значение, если наследник — мой единственный шанс обеспечить себе будущее?

К сожалению, мой тоже. И про Этельвина забывать не стоило. Если меня здесь не будет, кто ему поможет? Так что я не имела права сейчас все испортить.

Но уповать можно было только на случайную удачу.

— Ой, смотри, а он уже здесь! — совершенно другим тоном, веселым и беззаботным, вдруг сообщила я.

— Кто?

Эффект внезапности сработал, Амира принялась шарить взглядом по залу в поисках того самого таинственного «его». И, естественно, безрезультатно!

Пользуясь заминкой, я метнулась к северянке. Но высшие силы рассудили, что Ариадне Витронской в последнее время и так слишком много везло. Льера успела сжать острие на один миг раньше, чем я оттолкнула ее руку.

В густой туман упали две алые капли.

Нож со звоном покатился по полу, и ледяная в ужасе поднесла к лицу окровавленную ладонь. Я точно с теми же чувствами тонула взглядом в красном тумане.

Все кончено.

Этельвин, прости…

Но что-то пошло не так.

Марево густым покрывалом заполнило зал. Но дышалось удивительно легко, мне так точно. А вот Амира закашлялась, потом того хуже — попыталась кричать.

— Что происходит? — Я повысила голос, не зная, слышит ли она меня.

С места сдвинуться не решалась, в красноватой дымке видна была только стоящая на каменном постаменте чаша.

— Дом не принял меня, — прохрипела в ответ северянка. — Вероятно, у него уже есть хозяйка. Но как?..

Самой бы хотелось узнать как. Но желающих просветить поблизости не наблюдалось, а Амире сейчас и без моих вопросов было несладко. Дурочка слабохарактерная! Теперь еще спасай ее…

Соблазн просто развернуться и уйти (только для начала разобраться, в какой стороне искать дверь) был велик, но я его стоически переборола и осторожно шагнула в ту сторону, где корчилась и хрипела соперница. Надо вытащить ее отсюда, пока не задохнулась.

А Таррина хитра… Она не могла не знать, что такие места редко остаются без должной защиты. Заставила девчонку рискнуть жизнью, а сама тихонько отсиделась в покоях. Дождешься ты у меня, змеюка!

Еще шажок…

Наверное, Дом был против такой благотворительности с моей стороны, как спасение врага. Серые стены озарились яркими искрами, даже сквозь туман их свет колол глаза. Я зажмурилась. А в следующий миг грохнуло так, что ноги подкосились!

И все разом стихло. Краснота скользнула обратно в чашу, повеяло привычным для подземелий холодком.

— Живая? — Я, пошатываясь и шипя сквозь зубы не самые приличные слова, добрела до льеры, лежащей у стены.

Та слабо пошевелилась.

— Ты…

— Нет уж, милая, ты сама во всем виновата! — Не хватало мне еще ее обвинений!

Амира утерла кровь с разбитого лица и выразилась более конкретно:

— Ты стала хозяйкой Дома. И это произошло не сегодня.

Глаза слипались, многочисленные синяки и ссадины ныли и срочно требовали, чтобы их смазали чем-нибудь охлаждающим, но я стоически держала лицо. Хоть и местами оцарапанное, зато невозмутимое.

Если Дом так приголубил хозяйку, могу себе представить, каково сейчас Амире. Несостоявшаяся захватчица чужих женихов забыла о ледяном воспитании и на виду у всех утирала слезы платком. Таррина все еще пыталась делать хорошую мину при плохой игре, но результат был не очень. Слишком уж отчетливо на холеном лице читалась ярость. А еще ледяная!

Странно, но победительницей я себя не чувствовала. Уставшей, замерзшей, пыльной и избитой — о, да! А еще слабой и как никогда одинокой.

— Я принял решение, — прервал острый приступ жалости к себе Арлит. — Льера Сагон сегодня же под охраной отправится домой. С главой Дома Голубого Огня свяжусь лично.

Таррина поморщилась, но на защиту северянки встать не попыталась.

Воспитанная в совершенно других традициях, я слабо понимала, что сейчас происходит. Ну не поделили девчонки жениха, ну попыталась одна из них его, скажем так, приворожить, ну поспособствовала ей тетка… На Юге глава рода даже внимания на такое вряд ли бы обратил. Все живы, и ладно.

Но здесь все происходило иначе. Льеры, наверное, на крыльях летели, потому что стоило нам полуживыми выбраться из подземелий, как на головы нарушительниц порядка обрушился гнев сразу трех глав Дома. Даже Этельвин, который в присутствии дядюшка предпочитал не высовываться, не смог остаться в стороне.

И если на меня сердились исключительно до тех пор, пока не выяснились подробности произошедшего, то гостье мало не показалось. Перепуганную льеру едва не объявили врагом Дома! Ривел даже настаивал на том, чтобы донести об инциденте великому князю, но братья не согласились.

Исключительно благодаря их милости Амира, которая не издала ни звука и глаз от своих туфель оторвать не смела, поедет домой.

— Остается определить наказание для льеры Таррины, — с абсолютно несвойственной ему жесткостью проговорил наследник.

Я недоверчиво вскинулась и даже глаза проверила: может, Эв балуется? Но нет, это Арл.

Льера-змеюка тоже заподозрила себя в слуховых галлюцинациях.

— И ты смеешь… — зашипела она, поднимаясь.

Но была мгновенно возвращена на место.