Екатерина Полякова – Будь моим Водителем (страница 61)

— На север, — уже засыпая, проговорил Марек. — План сейчас не осилю, но…

— Повторяю, в тебя и твое чутье я верю, — успокоила его Джерри. — Как скажешь, командир!

Марек улыбнулся и моментально заснул.

Проснулся он ближе к закату и первое, что увидел — планшет в руках Сумрака. Обсуждение, похоже, шло давно, просто говорили тихо, чтобы его не разбудить.

— А мне нравится мысль, — произнес Сумрак, показывая что-то в планшете. — Мы же давно хотели в Карелию махнуть — мне пофотографировать, Михе за вдохновением, тени от сейдов и все такое. Но зимой ехать — не те машины, а там то у меня выставка, то у него концерты. А сейчас вроде тихо, вся группа тоже по походам и раскопкам разбежалась.

— Точно! — подхватила Джерри. — Ну и кстати, никто ж не нанимался обязательно весь маршрут идти вместе. Я бы вот к Форестеру свернула, тыщу лет его не видела… о, Марек, ты восстал?

— Попробовал бы кто упокоить, — хмыкнул Марек. — Показывайте, чего напланировали.

Как оказалось, Сумрак, благодаря своим фотографическим путешествиям, отлично ориентировался чуть не во всей европейской части страны. Планшет был испещрен отметками, где заправиться, где перекусить, где остановиться на ночь. Конечно, Сумрак выбирал исключительно цивилизованные варианты — и его «Додж», и «Мустанг» Михи явно не подходили в качестве походного жилья, да к тому же у обоих с собой хватало ценной техники, которую не станешь таскать по палаткам. План был крайне прост — двинуться вверх по течению Волги, в столицу не заходить, если только не будет повода, и уйти дальше на север. А там как получится — Джерри не меньше двадцати раз повторила, что доверяет чутью Марека, и главный тут он.

— Колонной идти не вижу смысла, — говорил Сумрак. — Машины разные, опыт разный, стиль разный… Марек, про твои приключения с Ордой я уже наслышан, причем во всех видах, но у вас это был отдельный вид искусства, а тут… Как по мне, достаточно точек на заправках и в пунктах назначения, а на дороге каждый сам по себе. Одобряешь? — он повернулся к Мареку.

— Да тут все за меня решили! — рассмеялся Марек. — Впрочем, а почему бы и нет.

И в который раз происходящее показалось ему не то что логичным, а вообще единственно возможным. С чего он, собственно, взял, что путешествие — это обязательно огромные сборы и дальние перегоны? Даже с Птахой они ездили не только на Байкал и к морю, но еще и в Питер, и по масштабу сборов тогда, можно сказать, все равно что сорвались и поехали. Никаких ночевок в глуши, к которым «Камаро» точно так же не приспособлена, всегда рядом город, где можно раздобыть что-то недостающее… это же не сложнее его собственных вылазок! И от того, что все так просто, Марек улыбался до ушей.

Старт все же отложили до завтра — это Марек и Миха были готовы в дорогу хоть сейчас, а машина Джерри пока что стояла у нее во дворе. Кроме того, Марек решил заскочить в город и прихватить пару футболок на смену той, что была на нем, поскольку вторая так и осталась в виде располосованной тряпки в кустах на берегу Волги. «Породив еще одну версию, где Гонщика типа положили. Ага, не дождетесь!». Он не видел себя со стороны, но подозревал, что сейчас мало отличается от своей киношной версии.

На следующий день от дома Джерри стартовала очень красочная колонна, которая, впрочем, вскоре распалась — ярко-алая «Камаро», кобальтово-синий «Форд Мустанг» и черный «Паджеро» с пантерой на капоте. Марек оглянулся на всю эту красоту в зеркало и со спокойной душой ушел вперед. Они вместе, но каждый за себя. С ним рядом Вэл, и этого достаточно.

На заправке его догнал несколько взъерошенный Миха.

— Он еще говорит Гонщиком его не звать! Я вообще тоже погонять люблю, но ты как от меня усвистел?

— Ты давно за рулем? — вопросом на вопрос ответил Марек.

— Эм… — Миха смутился. — Три месяца.

— А я пять лет, не считая более ранних экспериментов. По собственным ощущениям, на первых выездах я на вторую космическую скорость переходил, а реально мне в городе пару раз сигналили, чтоб под колесами не путался. Успеется, еще меня уделаешь.

И снова вот эти восторженные глаза, которые мелкий Вадик когда-то постоянно видел в зеркале, и точно такой же возглас «Правда?». Марек и Сумрак переглянулись с полным пониманием.

— Граждане, вы маньяки, — объявила Джерри, выглядывая из машины. — У вас там в вашей Карелии молоко убежало, что вы так несетесь?

— Просто до дороги дорвались, — улыбнулся Марек.

— Так! Про Миху ничего не скажу, но, если мне не изменяет память, кто-то не так давно шастал до Байкала и обратно, тебе мало?

— Мне всегда мало, — как только Марек произнес эти слова, он осознал, что сказал чистую правду. Сейчас он уже не мог понять, как ухитрился три года просидеть без поездок.

Марек был счастлив. Уже, казалось, многократно сбылись все его возможные и невозможные мечты, включая то, о чем он и мечтать не осмеливался, но сейчас было даже лучше — сбывалось то, с чем он уже простился. Да, когда-то ему хотелось отправиться в такое путешествие с Птахой — но теперь на месте Птахи он сам! Марека даже посетило странное чувство, словно их в машине двое, и задремавший на пассажирском сиденье Вэл тут даже и ни при чем. Это Марека было двое — нынешний, взрослый Внешний, и тот самый мелкий пацан, мечтавший встать рядом со своим Водителем. У него получилось.

И была дорога, на которой, конечно, где-то рядом были еще «Мустанг» и «Паджеро», но до следующей стоянки — только они с Вэлом и алая «Камаро». И был очередной город — может, Кострома, может, Кинешма, Марек по-прежнему чувствовал себя полным неучем, но ему это не особо мешало. Они сюда не достопримечательности смотреть едут. Нет, при желании никто не запрещал днем погулять по городу, что-нибудь пофотографировать и что-нибудь зарисовать — в конце концов, Марек мог оценить, что вот эта церковь или кусок крепостной стены красивые, даже не зная, в каком году они построены и каких татар тут гоняли. Или этих, там, половцев, все равно Марек не особо помнил, чем они все отличаются. Степняка он знал одного — Саммера, ему хватало. А вот занести в блокнот выросшую на камне траву, потрескавшиеся кирпичи или отблеск солнца на куполе можно было безо всяких половцев.

А потом наступал вечер, и Марек физически чувствовал, как все взгляды его небольшой команды сходятся на нем. Даже было как-то неловко — в путешествии с Ордой он привык, что все равны и любой голос весит одинаково, а теперь решения ждали именно от него. Впрочем, решать особо было нечего — либо Марек, махнув рукой, давал знак возвращаться в мотель, либо всем и так все было понятно, потому что глаза Джерри горели тем же нетерпением, а Сумрак хмурился больше обычного. Джерри сказала правду — драться он умел, и неплохо, но категорически не любил. О Михе и говорить не приходится, с гитарой или за рулем он чувствовал себя намного увереннее, чем в темных подворотнях. Так что Сумрак с Михой обычно оставались в резерве — надо будет, вмешаются.

И снова неверный свет фонарей, слева черная тень, в которой отдаленно угадывался Вэл, справа ярко-рыжий сполох коротких волос Джерри и ухмылка, не обещающая местным ровно ничего хорошего. Никакой азарт предстоящей драки не мог помешать Мареку представлять это зрелище со стороны и любоваться. Нет, он и один в вылазках в город чувствовал себя прекрасно, но сейчас… это даже нельзя было назвать словом «правильно», для этого не было слов. Это была, как ни пафосно, сама суть жизни Внешнего, как Марек ее понимал. Ему не хватило времени с Птахой — но теперь с Вэлом у них все время на свете. «А значит, все не зря». Хотя Марек сам не мог бы сказать, что именно «все». Но точно не зря.

Ярославль они обошли почти что стороной — настала жуткая жара, и хотелось не столько шастать по городу, сколько залезть в реку, что они и сделали. Правда, за буйками регулярно проплывал катер, бубнящий, что качество воды не годится для купания, но по мнению Марека — вода как вода, во всяком случае, никто из местных не растворился и щупальцами не оброс. А что холодная, так по такой погоде это даже лучше. А потом можно было сидеть в тени деревьев, любоваться соборами на том берегу (разумеется, Сумрак тут же расчехлил фотоаппарат, а Марек — блокнот) и уплетать мороженое. И посмеиваться про себя, что многие на этом пляже, скорее всего, очень даже читали в сети разнообразные страшные сказочки про вездесущих Внешних, а при этом максимум обратят внимание, что вытянувшийся на песке светловолосый парень слегка похож на персонажа с афиши боевика, ну да и мало ли кто на кого похож. И вообще, тут уж скорее Миха сойдет за страшного беспредельщика — а что в их компании он вообще самый мирный, это никому знать не обязательно.

Вечером оказалось, что Джерри все-таки ухитрилась обгореть на солнце, хотя пряталась в тени как могла и даже при купании не снимала футболку. С Заславским, конечно, не сравнить — этому вообще на солнце лучше было не показываться — но все равно неприятно. Вэл уже полез было в аптечку, но Джерри только махнула рукой: «Я себя знаю, средства есть, завтра буду в норме», — и ушла в свою комнату мотеля поливаться спреем и отсыпаться. А Вэла утащил к себе Миха — они в прошлый раз не договорили, обязательно ли викинг-метал вдохновлен блэком. Сумрак закопался в фотографии, словом, Марек остался один. И, к собственному удивлению, не чувствовал ни досады, ни неприкаянности, хотя и не сказать, чтобы устал от общества. Просто все идет как идет, как и в дороге — то они вместе, то по отдельности. И в городах Сумрак с Михой вон регулярно отделялись. Ну и ладно.