Екатерина Полякова – Будь моим Водителем (страница 10)

— Ой да, — засмеялся Вэл в ответ. — Это при том, что я вообще-то очень не люблю в чем-то пачкаться, а тут даже не заметил. Да, в этих дурацких снах еще и вечно какая-то грязь, или вода откуда-то берется, или просто свалка. И крысы.

Его явственно передернуло, взгляд опять обратился куда-то внутрь себя. Марек поспешил вмешаться:

— Крыс я и сам не люблю. Точнее, как… Обычные — те даже забавные, у одного знакомого дома жили. Они нюхают смешно и лапками все берут. А вот тех, которые двуногие, я как раз и гоняю, — он хищно оскалился.

По лицу Вэла трудно было понять, впечатлился он или нет. Он рассеянно взглянул вокруг и заметил рисунки Марека.

— Ух ты! Можно посмотреть?

— Можно все, кроме того, что нельзя, как говорит Прокси. Конечно, можно.

— Слушай, очень круто, — после некоторой паузы сказал Вэл. — Но ты как будто реально что-то из моих снов нарисовал. Только у тебя оно не страшное.

И тут Марека осенило.

— Так! — он развернулся на кресле так резко, что Вэл даже вздрогнул. — Я знаю, что мы с тобой сделаем. Может, не прямо с утра, но на днях точно. Мы возьмем и поедем вдвоем вот в этот самый Нижний город. И посмотрим на него вместе.

— Как там было… «Я позволю страху пройти через меня», так, что ли?

— Угу, вот это самое. И потом, там же буду я. Со мной тебе бояться нечего.

На задворках сознания мелькнула мысль, что обычно внезапные идеи сунуться в Нижний город не бывают случайными, но Марек отогнал ее. Даже если так — с большинством из того, что может оттуда выскочить, он в состоянии справиться. Возможно, так будет даже правильнее. А напугать Вэла, учитывая обстоятельства их встречи, ему вряд ли грозит.

— Слушай, а ведь точно, — глаза Вэла блеснули. — Если я окажусь там с тобой и увижу, что там можно пройти и вернуться… Это такое… как бы сказать…

— Перезапись, — подсказал Марек.

— Во, я не мог слово найти! Откуда ты знаешь?

— А потому что у меня самого так было. Когда я только начал водить машину, я… влез в неприятности, еле выбрался. Точнее, меня вытащил Некромант. Ох и получил я от него по морде за такие приключения, надо сказать…

— Ты? — удивился Вэл.

— Я. Во-первых, я тогда еще мелкий был, а во-вторых, меня тот же Некромант и учил, так что от него я запросто могу огрести даже сейчас. Другой вопрос, что повода нет. Так вот, я потом, натурально, боялся сесть за руль — а вдруг опять вляпаюсь. И все тот же Некромант, на пару с Птахой, меня практически пинком в машину отправили. Именно чтобы перезаписалось и больше не ассоциировалось с той историей. Как видишь, получилось.

— Да, — решительно сказал Вэл. — Я хочу поехать с тобой и… перезаписать. А то, правда, надоело уже.

«Я больше не хочу бояться», — сказал когда-то мелкий Вадик… Марек подмигнул:

— Вот ты сегодня… точнее, уже вчера спрашивал, как я стал Внешним. Знаешь… наверное, это произошло в момент, когда мне тоже надоело бояться. Так что ты на правильном пути.

— Только спать все равно не тянет, — вздохнул Вэл.

— А и ладно, — беспечно ответил Марек. — Меня, как видишь, тоже. А поскольку совершенно никого не волнует, кто во сколько встал — то и какая разница?

— Точно, — улыбнулся Вэл. — Все никак не привыкну.

— Ничего, мы тебя быстро плохому научим. Кстати, вот прямо сейчас у меня есть на тебя коварные планы. Давно, знаешь ли, с натуры не рисовал. А тут еще и натура отличная.

— Ой, — сказал Вэл. — А что от меня требуется?

— Да ровным счетом ничего. Усесться поудобнее… ну вот хоть тут, освещение как раз такое, как мне надо. И смотреть на меня большими глазами. А можно и не на меня. Полностью замирать тоже необязательно, короче, сиди как сидишь.

Марек даже не стал доставать другие маркеры — в фигуре Вэла цвета не было. Бледная кожа, темные волосы, огромные черные глаза, резкие тени, превращающие стройного подростка в изможденное полупризрачное нечто… Прямо-таки очередная готовая иллюстрация на портал. Марек не заметил, как сказал это вслух.

— Да есть там уже… иллюстрация, — криво усмехнулся Вэл. — Реально, до сих пор из головы не идет.

— Так это даже к лучшему, — теперь для беспечного тона пришлось приложить некоторые усилия. — В смысле, не что из головы не идет, а что оно там есть. Потому что так кто угодно сложит два и два: вот ты ушел из дома, вот вылезает этакая живописная фотка, а вот еще и часы, которые очень мало кто носит. Все, нету больше никакого Валеры Сапожникова, помер. А уж попался под руку Гонщику или еще как — второй вопрос. Глядишь, скоро сможешь версии коллекционировать.

— Слушай, — в голосе Вэла снова зазвучало воодушевление, — а давай, как закончишь, еще раз туда заглянем? Раз уж зашла речь… действительно, пусть уж все сквозь меня пройдет. И опять же, с тобой все это читать — это по-другому. Тоже… перезапись.

— А и давай! — улыбнулся Марек. — Собственно, я уже закончил, фон и всякое я могу и отдельно доработать, если понадобится, а пока мне нравится и так. Только, если можно, давай что-нибудь более приличное, чем вчера.

— Да пожалуйста! — Вэл уже завладел мышью, причем вполне бодро орудовал ею как правша. Проследив за взглядом Марека, он пояснил: — Мне, конечно, удобнее под левую руку, у себя я перенастрою, но в школе каждый раз не будешь переделывать, так что привык и так и так. Ага… смотри-ка, а там обсуждение все никак не уймется.

Марек в очередной раз помянул недобрым словом черно-серый дизайн и пригляделся. В разделе последних комментариев висела тема того самого рассказика. «Поаккуратнее там с коллажами или что там у вас, — писал анонимный пользователь. — Вообще-то на днях как раз труп подростка на платформе нашли». «А я что? — возмущался автор фото с «Камаро». — Я, что ли, Гонщика натравил? А в рассказе вообще про другое!». «Про другое-то про другое, — подключился кто-то третий, — а труп есть, а еще есть много разговоров про ритуальное убийство. Уже все секты по разу приплели. Ножевое в горло, следов борьбы нет — натуральное жертвоприношение в лучших традициях этого сайта. Народ, вы реально аккуратнее там с фантазиями».

— А что, — нарочито небрежно спросил Марек, — и про такое пишут?

— Ну а то! — по счастью, на этот раз Вэл достаточно спокойно проглядел комментарии. — Вообще ведь рассказывают, что Внешние — попросту секта, мол, потому и порядки такие, а какая уважающая себя секта без человеческих жертвоприношений! То все на сатанистов вешали, ну и на блэкеров за компанию, теперь и Внешних туда же, хотя по ряду данных они самые главные сатанисты и есть. Вот, смотри сюда…

Вэл открыл историю, в которой некий скептически настроенный журналист отправился разоблачать легенды о Внешних и, разумеется, убедился, что легенды, конечно, врут, но реальность гораздо хуже. Поскольку эти самые Внешние весьма охотно его приняли, но не как нового адепта, а как источник жизненной силы. Процесс ее получения и описание заливающих все вокруг рек крови заняли целый экран. Марек только успевал картинно хвататься за голову — понятие об анатомии автор явно взял то ли из старых игр, то ли из аниме. Просмеявшись, он с наигранным возмущением сказал:

— Вэл! Ты обещал что-то получше вчерашнего!

— Да просто к слову пришлось, — ничуть не смущаясь, ответил Вэл. — Сейчас найду… эх, жалко, та девушка удалилась, хорошо писала. Так, тут целый роман, хотя вообще интересно, если надо, я закладку тебе оставлю… это опять по фильму, не то… а, вот, нашел.

В его глазах даже мелькнул какой-то озорной огонек, и Марек искренне порадовался. «Если я к этому хоть как-то причастен — я уже не зря все это затеял».

Серия рассказов, которую открыл Вэл, была объединена общей аннотацией: «И все же, кто такой Гонщик? Безжалостный убийца, порождение ада… или спаситель отчаявшихся?». А ниже стояла приписка крупными буквами и красным шрифтом: «НЕ ПО ФИЛЬМУ!». Мареку становилось все интереснее, что ж там в этом фильме. И правда, что ли, в кино сходить… Но Вэла он увез слишком недавно, лучше пока не появляться. С другой стороны, сеть никто не отменял, позвать в гости Прокси, запастись попкорном и повеселиться. Что веселиться будет с чего — он практически не сомневался.

Марек начал читать, не зная, то ли смеяться, то ли краснеть. Нет, ему с детства не раз говорили, что он хорош собой, в байках, начавших ходить с того же самого детства, это тоже упоминалось — он оказывался то жертвой каких-нибудь очередных сатанистов, выбранной как раз из-за необыкновенной красоты, то собственно сатанистом, а может, вообще демоном, потому что ну не может же человек быть так красив. Автор серии и подавно не пожалела красок — это была девушка — через раз поминая «мужественный разворот плеч», «платиновый шелк волос» и «ледяные глаза цвета расплавленного серебра». «Тоже мне, Малфоя нашли, — фыркнул Марек. — У меня глаза вообще-то голубые». Хотя, ясное дело, даже если кто-то из авторов и сталкивался с ним в городе — вроде того фотографа, ну явно же разминулись на пару шагов! — вряд ли стал настолько пристально рассматривать.

Истории были довольно однотипные — сюжет автору был явно не так интересен, как очередное описание неземной красоты Гонщика. Разница была лишь в том, что разные нехорошие личности — которые, как сильно подозревал Марек, чем-то разозлили автора в жизни — погибали с разной степенью изощренности, а более симпатичные либо все-таки ухитрялись ускользнуть из-под гипнотического влияния, навсегда сохранив в памяти мимолетную встречу (приятное разнообразие с пачкой историй об амнезии и потере разума), либо же Гонщик становился для них спасением от всех бед. Ну и, разумеется, попытка втереться в доверие закончилась совсем плачевно…