Екатерина Павлова – Западня (страница 31)

– Короче, что вы хотите?

– Можно мне позвонить мужу, чтобы он меня забрал? – жалостливо произнес голос.

– Вот, – кипя от нетерпения и негодования, мужчина протянул мне трубку, – звоните и уходить, прошу.

Я мило улыбнулась, забила пальцами по дисплею, после чего стала ждать, слушая гудки.

– Алле, – раздалось в трубке.

– Привет, ты не мог бы меня забрать прямо сейчас из банка?

– Что ты делаешь в банке? – ошеломленно произнес голос на другом конце.

– Чем скорее, тем лучше, – пропустила я вопрос мимо ушей.

– Что ты там забыла?

Я не ответила и на второй на вопрос, назвала адрес, точнее улицу, с которой можно было увидеть вход в банк, но нельзя было увидеть смотрящего, и положила трубку. Мужчина с покрасневшим от злости лицом ждал, когда я удалюсь. Даже на спасибо не ответил, только еще раз попросил выйти вон. Я надула губы, сделала лицо как у куклы без интеллекта, и вышла. Оказавшись на улице, припустилась к назначенному мной месту встречи и стала ждать. Время шло, из банка никто не выходил. На улице стало совсем темно. Я пару раз поправила пиджак, еще раз переступила с ноги на ногу, и снова погрузилась в ожидания. Вдруг резко все зашевелилось. На конце улицы появилась машина, притормозив возле меня. Я оторвала себя от места, подбежала, быстро открыла дверь и села в машину.

– Привет, – улыбнулся водитель. – Что все это значит?

– Смотри, – указала я пальцем на входную дверь банка.

Мужчина с большим животом, лысоватый, весьма неприятной наружности, приоткрыл дверь, выпуская пышногрудую блондинку. Простояв с полминуты на тротуаре, они дружно сели в подъехавшую к ним машину. Водитель нажал на газ и двинулся вслед за отъезжающей машиной.

– Как думаешь, что все это значит? – наблюдая за отдаляющимся бампером, произнесла я.

Мужчина хмурил лоб, неотрывно глядя на дорогу.

– Не представляю, – ошеломленно и сдавленно ответил голос мужчины.

– Служащий сказал, что она – знакомая месье Эрво, Председателя правления банка.

– Что? – удивленно произнес мужской голос. – Ты уверена?

– Зачем ему врать?

– Вот дела! – чертыхнулся сосед. – Председатель правления – Валери Эрво, мой благодетель, – с сарказмом добавил мужчина.

– Думаешь, она его любовница? – попросила я подтвердить догадку.

– Нет, она не может быть его любовницей. Не в его вкусе.

– А мужчину, что сел в автомобиль вместе с ней, ты знаешь? – спросила я. Поля.

– Нет, впервые вижу, – ответил Поль. – Татьяна замешана в похищении картины, уверен. А сделку мне навязал Валери, как и сделку с рисунком.

Я слушала молча размышления Поля.

– Похоже, твой благодетель хочет тебя подставить, – вздохнула я.

– Думаешь? – спросил Поль, очевидно, сам вывел подобный вердикт.

– Сам посуди. Полчаса назад я видела, как Татьяна встретилась с мужчиной в кафе. Они преспокойно поговорили, после чего она отдала ему крупную сумму денег, попрощалась сухо. Затем прямиком пошла в банк. К кому?

– Навряд ли они любовники с Валери, – произнес Поль. – Но ты права в том, что их связывают общие дела. Дела с картиной.

– Тебя подставили, это очевидно. Картину продали без тебя! Но для всех, ты – тот, кто ее спрятал от покупателей и продавца. Возможно, с рисунком тебя тоже подставили, использовали ту же схему.

– Ты забыла, рисунок забрала ты, – ответил Поль.

– Я сделала это случайно. Но тот, кто пришел убивать коллекционера из-за рисунка, собирался выставить виновным тебя.

– Мне это представляется сложным, – покачал головой мужчина.

– Как еще можно объяснить твое появление в номере в назначенный срок для убийства?

– Совпадением, – взглянул на меня Поль голубыми глазами.

– Я могла бы в это поверить, если бы так скоро не произошла аналогичная ситуация с картиной. Тебя хотят устранить, либо из бизнеса, либо физически, отдав на съедение волкам: продавцу и недовольным покупателям.

– Дальше, – кивнул Поль, внимательно меня слушая.

– А дальше ничего, – пожала я плечами. – Вот только … – протянула я, и встретив вопросительный взгляд Поля, продолжила, – я думаю, зачем Татьяне отдавать деньги? Это часть денег за проданного Ренуара? Она посредник? Наличные, неучтенные налогами, без каких-либо следов сделки, и заметь, после передачи средств, она пошла рассказать об этом прямо к твоему благодетелю, который, вроде как, ищет картину вместе с тобой!

– Ну, если учесть, что странные сделки с рисунком, с картиной мне навязал Валери, то твои выводы верны. Ему надо от меня избавиться, – вздохнул Поль. – Вряд ли ее продал этот олух, Жан! Он сделал то, что ему велели: легко забрал картину, солгал мне, отнес картину в назначенное место и забрал деньги. Спрашивать надо не у него, где картина сейчас!

Поль развернулся немного ко мне.

– И все же, в Венеции у убитого коллекционера требовали иные деньги! Сумма была намного значительнее, чем та, что можно было получить за рисунок. Я не могу понять, потому что не знаю деталей, но его убили не из-за рисунка. Он был не нужен убийцам, – Поль настаивал на своих выводах и убеждал меня в том, в чем был абсолютно уверен.

– А мужчин ты рассмотрел? – спросила я.

– Плохо, – мотнул он головой. – Оба говорили по-английски с акцентом. Это я запомнил. Один среднего роста, очень спортивный, возможно даже, военный. А второй – садист. Он живого места на коллекционере не оставил. Ты сама видела, – сказал мне Поль, заставив вспомнить ужасную картину с изуродованным телом на полу номера.

Я молчала и смотрела на ехавшую вдалеке машину. Перед глазами стоял труп. Я помнила каждую деталь его изуродованного тела. Поль аккуратно вел, пытаясь не попасться на глаза тем, кого мы преследовали, и как только машина оказалась на шоссе, что вело из города в пригород, почему-то резко затормозил.

– Что случилось? – спросила я.

– Я знаю, куда они едут, – ответил голос Поля.

– Куда? – насторожилась я.

– У Эрво роскошный старинный особняк в пригороде. Они едет к нему домой.

Я замолчала, как и Поль. Мы оба смотрели вперед на дорогу, ушли в свои мысли ненадолго, а потом водитель снова завел машину, развернулся и понесся в город. Машина быстро пробегала обратные километр за километром, в салоне висела тишина.

– Скорее всего, – начал Поль, – ты права. Картину они уже продали, причем не тому, кто хотел купить ее у меня.

Тяжелый вздох вырвался из груди мужчины.

– Катрин, ты должна отдать мне рисунок, иначе мне вообще не отвертеться, – Поль бросил на меня взгляд своих голубых глаз.

– Я попробую, но быстро не получится, – тихо произнесла я.

Мы оба замолчали ненадолго.

– Послушай, – у меня в голове мелькнула мысль. – Если твой благодетель подставил тебя, мы также можем подставить его.

– Что ты хочешь этим сказать? – удивился Поль.

– Надо, чтобы все убедились, что в номере гостиницы была Татьяна, а не я, – внимательно смотрела я на лобовое стекло, через которое была видна машина. – Татьяна взяла рисунок, взяла деньги, которые ищут, картину видели у нее, она и должна за все оправдаться вместе с месье Эрво, с которым она в близких отношениях.

– Но, с чего бы другим поверить, что деньги взяла она?

– Ты – свидетель. Ты видел ее. И рисунок взял у нее, – надавила я.

– А если другие скажут, что она – не та девушка из Венеции.

– Не скажут, – ответила я, абсолютно уверенная.

– Почему?

– Меня никто не видел, ты сам говорил, – твердо произнесла я, хотя моя уверенность основывалась на другой причине, имя которой было «Илья». – Он мне поможет, – пообещала я сама себя, – даже если мне придется наплести ему сказки, все равно поможет. Я хотела помочь ему, когда отправилась в номер человека, который прислал записку о том, что ждет Илью. Хотела предупредить, что Илья не придет и наткнулась на труп. После этого у меня все пошло кувырком! Теперь очередь Ильи сделать для меня доброе дело. Пусть у него тоже все смешается!

– Мне все-таки непонятно, как ты это хочешь сделать? – произнес Поль.

– Я еще сама все не продумала. Главное для тебя, следить за событиями, и подбросить информацию о том, что женщина из Венеции скорее всего Татьяна. А когда тебя попросят опознать ее, ты опознаешь. В этом случае, тебе будет легче доказать сговор месье Эрво с ней в ущерб интересам твоих клиентов. Возможно, они его сами накажут.