Екатерина Павлова – Западня (страница 12)

– Я поняла из разговора мужчин.

– Веселенькое дельце! Дамочка умчалась от мужа неизвестно куда, разъезжает с картиной в чемодане стоимостью в несколько миллионов и может сбыть ее за бесценок какому-нибудь старьевщику, чтобы избавиться от плохих воспоминаний.

– Хорошо бы от плохих воспоминаний можно было так просто избавляться, – произнесла я с болью в сердце.

– Ну, а сама чем занимаешься?

– Художник, – романтично произнесла я, а он засмеялся. – Вольный труженик.

– Понятно, – поворачивая руль, произнес мужчина.

– Ты мне не веришь?

– Верю, от чего же. У нас это очень востребованная профессия, – закатил он глаза, поддев меня. – В Академии изящных искусств только пятьдесят семь кресел, остальные на мостах Сены сидят, портреты рисуют.

– Я вообще-то здесь оставаться не собираюсь.

– Неужели? – мужчина как-то напряженно посмотрел в мою сторону своими голубыми глазами, и улыбка исчезла с его лица. – Так ты сюда ненадолго?

– За творческим вдохновением, – улыбнулась я.

Он снова улыбнулся, но уже натянуто, словно не верил. Мужчина удивился, переспросил, не опасаюсь ли я возвращаться, пришлось признаться, что нет выхода. Через двадцать минут серебристый автомобиль остановился возле дома Ильи. Я вышла на дорогу и замерла, с тревогой разглядывая на дверь.

– Что-то не так? – спросил мужчина, встав рядом.

– Я боюсь идти. Вдруг они там, – неохотно призналась я.

– Не стоит бояться. Я пойду с тобой, – ответил мужчина и открыл дверь.

– Ты пойдешь со мной? – удивилась я.

– Считай, я – твой ангел-хранитель, – опять улыбнулся он.

– Ты?

– Не похож? – снова улыбнулся мужчина.

– Ты даже развязывать меня не хотел, – ответила я, не сдержав улыбки.

– Это детали, – пожал спаситель плечами и весело улыбнулся.

Я улыбнулась ему, почувствовав, как мужчина взял меня за руку.

– И как же зовут моего ангела-хранителя?

– Поль, – ответил мужчина.

– Поль, а дальше? – улыбнулась я.

– Поль Лефевр.

– Очень приятно. Катрин.

– Так, где ты живешь?

– На верхнем этаже, – задрала я голову вверх.

– Твои родители, должно быть, богаты, раз позволяют тебе снимать такое жилье в одиночку?

– Родители не причем, – ответила я тихо.

– И кому ты обязана таким роскошным существованием? Богатый любовник?

– Скорее, близкий родственник.

– Насколько близкий? – настаивал мужчина на более детальном ответе.

Я задумалась, как перевести название, которое характеризует Илью на французский. Поль ждал, приподнял брови, молчал, а потом улыбнулся, подойдя очень близко, глядя в глаза.

– Почему ты так смотришь?

– Пытаюсь угадать, – ответил он.

– Что?

– Мужчина или женщина, – ответил Поль.

Тут у меня испортилось настроение.

– Это грубо, – я отошла в сторону от него. – Я думала – французы галантны.

– Я же не спрашивал, просто пытался гадать.

– Просто родственник.

Я дернула за ручку и впустила его внутрь. Далеко идти я не стала, сразу подошла к нужной двери на первом этаже.

– Знаешь, я думаю, тебе стоит заглянуть в ее квартиру.

– Что?

– В квартиру, – я задумалась, сморщив лоб. – Может, что-то там есть, что поможет найти ее скорее?

Он призадумался, глядя на меня с минуту, потом кивнул. Рука расстегнула куртку и полезла в карман. Поль покряхтел немного, пытаясь что-то достать из кармана, и действительно начал открывать дверь. В его руках появилось странное приспособление – отмычка, очень непонятная, которую мне никогда не доводилось видеть. Он присел на колени и стал ковыряться в замке, делал очень профессионально, от чего я пришла в ужас. Лоб мужчины хмурился, создавал горизонтальные полосы, брови приподнимались над глазами, придавая внешности детское очарование; я не сдержалась и улыбнулась, отвернувшись в сторону. Возился Поль минут пятнадцать, за это время я беспрерывно озиралась, вздрагивала от каждого шороха, молилась о скором конце, поглядывала то на лифт, то на входную дверь. Роль домушницы, стоящей на стреме, явно была не для меня, и не выдержала.

– А сколько дают во Франции за проникновение со взломом?

Ответом была лишь улыбка и медленно открывающаяся дверь. Он встал с колен, быстро шагнул за порог и втянул меня следом, чему, признаться, я была вовсе не рада. Тихо притворив дверь, он сделал пару шагов по коридору, и его глаза забегали вокруг. Осмелев, Поль начал оглядываться, ходить туда-сюда в поисках ценного для него, а я вспомнив главное, заторопилась к журнальному столику. Квартира, как мне и представлялось, была схожа с моей, только меньше, и обстановка была иной. Мне не понравилось, как и моему спутнику. Он вздохнул, чуть поморщил нос, глянул на меня и улыбнулся.

– Со вкусом у владельца явные проблемы.

Я улыбнулась и двинулась вперед, якобы осматривать все вокруг. Поль остался проверять зал и коридоры, причем делал это настолько профессионально и быстро, что я не успевала поражаться его способностям. Мне не хотелось думать о том, что кражи – его ремесло, но все говорило об этом. Я поплелась в спальню, прекрасно зная о том, что для женщины – это святыня, и уж где, там точно можно что-то найти. Пройдясь по тумбочкам, заглянув в шкафы, я нырнула под кровать, и не ошиблась. Мои трофеи были куда более ценными, чем у Поля. Брошюра клиники эстетической медицины, клочок с двумя телефонами и ее фото красовались на столе. Увидев это, Поль почесал затылок и с уважением посмотрел на меня.

– Посмотри, – произнесла я, отдавая в его руки фотографию.

– Смотрю, – произнес он.

– Это – Татьяна, – мой палец указал на женщину.

– Как эти идиоты смогли вас спутать?

Я пожала плечами.

– Сколько их было? – вздохнул Поль и опустил руку с фотографией.

– Двое.

– Ее муж тоже был среди тех, кто тебя связал?

– Нет, – помотала я головой.

– Он тебя видел?

– Нет. Мужчины сказали, что его уже нет в живых, – тихо ответила я.

– Кто был в той квартире? – продолжил вежливый допрос Поль.

– Двое мужчин. Один коренастый, лысоватый. Второй был высоким, лет тридцати, в кожаной куртке. Его называли Гаспар.