Екатерина Парканская – Латтанский трон (страница 5)

– Хенса, дочь Неджерпера, будь так добра, покинь стол если ты уже закончила, – грубо оборвала ее рассуждения Ярет. Кажется, она ей сильно не нравилась. – Ну или привыкай молчать за столом, как все из хенеретет, пока ходишь Неопределенная.

Сифен тоже помрачнела и стала еще бледнее. Девушка, названная Хенсой, молча встала и вышла из-за стола, больше ни разу не посмотрев в мою сторону, пока я провожала ее взглядом до самых дверей.

– Не обращай внимания, – махнула рукой Сифен, продолжая трапезу. – Тут есть немного странные девочки.

– Немного? – округлила глаза Ярет. – Да она ненормальная! Как можно в таком юном возрасте самой хотеть стать хенеретет? Да и вообще, ты замечала этот ее мертвенный взгляд? Будто сама Амат на тебя смотрит.

– Ам… Кто? – уточнила я.

– Демон, пожирающий сердца недостойных, – как ни в чем не бывало объясняла Ярет. – О, тебе столько еще предстоит узнать! Кстати, об этом: после завтрака мы покажем тебе наш Дом книг.

«Наверное, местная библиотека», – подумала я. Это звучало полезно, поэтому я кивнула, будто у меня было право отказаться.

Глава III

Гул женских голосов заглушал любые мои мысли. Я в очередной раз почесала нос, в который постоянно попадал надоедливый песок.

Мы продвигались сквозь толпу теперь едва ли замечающих нас девушек и женщин разных возрастов, встречающихся нам на пути. Я вглядывалась в их улыбающиеся лица, которые приводили меня в замешательство. Изначально местные почитательницы, как их назвала царская супруга Тия, напомнили мне весталок из моей страны – жриц богини домашнего очага Весты. Но для меня они никогда не выглядели настолько довольными жизнью, как девушки тут. Да, конечно, у нас это очень почетно, но столько ограничений… А в Масерии, будучи простой почитательницей, за исключением хенеретет, даже замуж выйти можно, не то что в Латтанской империи – поддерживать священный огонь да муку молоть – кажется, все, что им разрешено.

– В этом году в преддверии праздника все такие взволнованные, даже больше, чем обычно, – заметила Ярет, словно читая мои мысли.

Она пробормотала это под нос, даже не оборачиваясь на нас с Сифен, поэтому я наклонилась к последней с вопросом, она стала для меня кем-то вроде ходячего справочника:

– Про какой праздник она говорит?

– Хеб-Нефер-эн-Инет, – слишком тихо прошептала она. Я посмотрела на нее взглядом, требующим пояснений. – Прекрасный Праздник Долины. В честь него завтра отменят занятия. Мы будем свидетелями переправы Амона на Запад.

Я понимала слова, которые она произносила, но сути не уловила. Амон был важнейшим масерским богом, про которого мне рассказывал мой грамматик Онесикрат… Но зачем переправлять его на запад?

Я недовольно надула щеки, тяжело выдохнув.

– Вовремя я сюда попала. То Распределение, то Праздник Долины. Есть еще что-то, к чему мне надо быть готовой?

Сифен хихикнула.

– Да, тут всегда так. Масерцы умеют получать удовольствие от жизни, кто бы там что ни говорил. – Она притворно задумалась. – Вот даже не помню, может, будет еще Хеб-Сед в этом году. Или уже в следующем…

Я наигранно закатила глаза. Не то чтобы мне была неинтересна чужая культура, даже наоборот, это была одна из моих самых любимых тем (после запрещенных книг, которые я покупала у Атректа, и уроков философии, конечно). Я часто упрашивала Онесикрата вместо арифметики рассказать про обряды с Освейских островов, про благовония Бходихии или богов Масерии, на что он очень редко, но все же соглашался. А о легендах Неизведанных Земель при мне вообще нельзя было упоминать – я могла обсуждать их часами, выдвигая все новые и новые теории.

Однако тогда этот интерес у меня был исключительно политический. Отец всегда говорил, что лучшая стратегия для победы над противником – это не ненависть и отрицание, а вовлеченность и осведомленность: чем больше ты знаешь, тем меньше неожиданных ударов получишь. Особенно если речь идет о другой стране: возможно ли думать, как твой враг, предугадывать его действия, если не знаешь хотя бы, в какой атмосфере он вырос?

А сейчас… Сейчас я не понимала почему, но мне не хотелось погружаться в эту среду. Может, потому что я была тут пленником, может, боялась застрять тут, а может, просто переживала, что мне понравится. А враги не должны нравиться. К врагам нельзя испытывать никаких эмоций.

От размышлений меня отвлек вид, развернувшийся за одним из зданий, которые мы обходили. Мы вышли на небольшую площадь, на которой величественно возвышался храм. Я остановилась и, не в силах сдержать восхищение, открыла рот. Это была самая монументальная постройка во всем Институте.

Вход охраняла устрашающая шестерка богов со звериными мордами, высотой как четыре меня. Из них я узнала одну: львицу Сехмет – богиню ярости, мести и войны. Они стояли, выставив одну ногу вперед, словно вот-вот собирались сделать шаг, длинные руки были вытянуты по швам, а массивный потолок опирался на их головы. Сам проход будто был рассчитан на рост божеств, а не на миниатюрных девушек, снующих туда-сюда по площади.

Стены фасада пестрели росписями, от которых невозможно было отвести взгляд. Над нами возвышались огромные фигуры богов и царей, изображенные в профиль. Несмотря на простоту изображения и отсутствие перспективы, что было непривычно моему глазу, я невольно залюбовалась. Вся поверхность храма была покрыта сложными узорами, а колонны расписаны символами вечности, сценами побивания врагов и торжественными жертвоприношениями. Верхние части стен украшали ряды картушей[8], среди которых, вероятно, было выгравировано имя Небтауи, сына Сенусерта III и нынешнего правителя Масерии.

Цвета были насыщенными, почти ослепительно яркими: внутри виднелся синий потолок, на котором было изображено ночное небо, усыпанное золотыми звездами, красные и зеленые линии оплетали капители колонн, а золотисто-охристый фон подчеркивал плоскость изображенных фигур. Колонны напоминали гигантские стебли лотоса и папируса, увитые декоративными узорами и надписями, их вершины разрастались, словно раскрытые цветы.

Над входом, прямо над головами статуй, высеченные барельефы изображали сцены битв и триумфов богов, напоминающие о вечном порядке, установленном высшей волей. Казалось, будто сами стены источают могущество и древнюю силу, застывшую в камне.

Ярет довольно хмыкнула, заметив, что я остановилась:

– О, это только начало, Наура! – улыбалась она. – Я не люблю читать, но вот гулять до Дома книги уже стало моим хобби.

И она направилась по площади в сторону входа в сад, который вздымался зеленым облаком за храмом.

– Справа от нас, кстати, музыкальные и учебные дома, – наконец решила объяснить Ярет, показывая на достаточно вытянутое здание рукой. Все его стены были испещрены голубыми и зелеными иероглифами, аккуратно выбитыми по камню. – А вот там, слева, жилье хенеретет.

На последнем слове ее носик сморщился, словно она почуяла неприятный запах. Домики хенеретет и правда казались довольно маленькими и скромными по сравнению с гостевыми и напоминали скорее больше песчаные коробки, чем чьи-то жилища.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.