Екатерина Овсянникова – Исцеляющее сердце (страница 58)
Сказав это, я закрыла лицо руками и залилась слезами, а Ноа крепко обнял меня и опер мою голову на свою грудь.
— Сестренка, милая, ну что ты! Может оно даже и к лучшему? Уедем, найдем себе пристанище и заживем лучше, чем прежде! А главное — ты будешь рядом!
— Ты не понимаешь… Мне нравилось жить с Уильямом! Даже несмотря на этот ужасный долг… Есть в Уилле что-то такое, что дарило радость от одного лишь его присутствия. А теперь после нашей ссоры на душе лишь пустота…
Ноа затих и тихонько поглаживал меня по плечу чтобы успокоить.
— Не нравится мне, конечно, твое влечение к нему… Но не грусти, сестренка! Я уверен, что все образумится
Я отпрянула от плеча брата и вытерла лицо еще мокрым рукавом.
— Ты так думаешь?
— Я уверен, сестричка! А пока дождь не кончился погреешься у нас — еще не хватало чтобы ты заболела!
В комнату как раз зашла Лэйла с чистым и сухим платьем. По сравнению с теми, что мне дарил Уильям, оно было достаточно простым. Думаю, такое вполне носят деревенские жительницы.
Приняв одолженный подругой наряд, я выжидающе уставилась на брата.
Ноа понял все без слов и уже через пару секунд исчез из комнаты.
Лэйла помогла мне одеться и унесла мокрое платье к остальному белью, что нуждается в стирке, после чего вместе со мной села на двуспальную кровать, где еще недавно я застала их пару врасплох.
— Мнежаль, что Уильям разбил тебе сердце, подруга. — подбадривала она меня. — Зато теперь ты свободна! Найдешь себе занятие по душе, а там и замуж выйдешь по-настоящему.
Я отрицательно замотала головой, не сводя глаз с горящего камина.
— Я не уверена, что хочу этого. Мне хватало того, что у меня уже было, и другого мне не надо!
Лэйла крепко обняла меня и прижала к себе.
— Тогда я буду молиться богине, чтобы она помогла тебе помириться с Уильямом!
— Спасибо… — прошептала я в ответ, покачиваясь в ее дружных объятиях.
Когда подруга ослабила хватку, на ее безымянном пальце предательски сверкнуло кольцо. По ценности оно вряд ли бы сравнилось с изделиями из шкатулки лорда, но ведь главное сам факт такого подарка!
— Сегодня Ноа сделал мне предложение, — пояснила Лэйла, смущенно теребя украшение на пальце. — Конечно, еще не известно когда мы сможем заключить настоящий брак, но для себя Ноа уже нарек меня своей супругой.
Мое красное от слез лицо украсила искренняя улыбка. Пожалуй, это единственная прекрасная новость за сегодня. Ноа и Лэйла теперь настоящая пара! Как же я за них рада!
Дождь так и лил до позднего вечера и лишь под ночь мне удалось попасть в дом. С собой я забрала мокрое платье, которое положила потом к остальному грязному белью. Прислуга может делать с ним что угодно — хоть сами носить! Мне оно лишь будет бередить перенесенные раны.
Утром нас и правда ожидала тройка лошадей. Уильям даже не вышел попрощаться, а вот мадам Роза принесла нам в дорогу целую корзину еды. Овощи, фрукты, копченое мясо, немного хлеба, миниатюрная керосиновая лампа и вода — внутри было все необходимое, чтобы в случае чего не умереть с голоду нашей небольшой компании.
Озарив особняк прощальным грустным взглядом, я села на жеребца и, присоединившись к друзьям, поскакала в лес по пути, что указывал нам брат.
Глава 18.2
Уильям
Еще не помню на своей памяти, чтобы ярость так сильно одолевала мой разум. Она жгла и ранила, оставляя на сердце рубцы… Я привык, что для жителей Вестианских земель я стал чудовищем, но к тому, что я буду таким в глазах Клары, я не был готов.
Что ж, раз ей и ее брату хочется свободы, то она ее получит…
С тяжелым сердцем я под присмотром любопытного друга заполнял особенный документ.
— Что пишите? — Ханс вытянулся, словно школьник, который подсматривал как решить задачу.
— Я пишу письмо, которое поможет защитить Клару в случае вопросов от людей Императора. Будто ей срочно понадобилось уехать по важному делу и я сам ее отпустил. В случае каких-нибудь неприятных последствий моего решения с супруги и ее брата будут сняты все обвинения…
Дворецкий одарил меня непонимающим взглядом.
— Не понимаю я вас, господин. Что если вы и вправду неправильно все поняли? Лишь от одной отмены вашего совместного завтрака леди Кларе уже было не по себе. Она переживает за вас…
— Еще бы она не волновалась, — усмехнулся я. — После того-то, что она наговорила… Нет, Кларе лучше уехать. Хотя бы одна молодая девушка, что побывала со мной в браке, останется в живых… Брачной ночи не было, поэтому проблем с замужеством у нее не возникнет. Разве что с расторжением брака будут затруднения, ибо если сделать это слишком рано — люди Императора придут ко мне с вопросами.
— Господин, можно я дам вам совет?
Я поднял на дворецкий свой заинтересованный, но все еще источающий гнев взгляд.
— Не торопитесь со всем этим… Даже такой простак как я видит, какая яркая искра сияет между вами. Не давайте ей угаснуть такими поспешными решениями.
Выдохнув и отхлебнув коньяка, я повернулся к Хансу.
— Друг, я понимаю твое волнение за меня, но я уже все решил. Лучше закажи трех жеребцов для отъезда леди Клары и наших гостей, а мадам Розе передай просьбу собрать в корзину побольше продуктов. А еще… — я украдкой протянул дворецкому конверт с деньгами. — Когда Клары не будет в комнате подкинь ей это на туалетный столик.
Тихонько угукнув и услужливо поклонившись, Ханс оставил меня в своем кабинете за дальнейшими приготовлениями.
Как же не хочется расставаться с Кларой… Прямо сейчас прижал бы ее к стене и не отпустил бы, когда вдоволь не насладился нашими объятиями… Только вот та, к кому я питаю такие прекрасные чувства, видит во мне лишь чудовище.
Когда я, занимаясь своими делами, шел по одному из коридоров особняка, я, разумеется, наткнулся на Клару. Чтобы сдержаться и не сорваться на откровенный гнев, я ускорил шаг и, не поворачиваясь к ней лицом, разговаривал максимально холодно.
— Уильям, пожалуйста, постой! — крикнула супруга, спешно перебирая ногами в длинном платье. Дабы дать ей догнать меня, я притормозил и стал ждать что она скажет дальше.
Отдышавшись, она задала ненавязчивый вопрос о моем самочувствии.
Слегка прикусив губу чтобы успокоиться, я выдал ей холодный ответ.
— Спасибо, нормально. А теперь извини, но я немного занят, — я нагло соврал, но желания продолжать беседу не было никакого.
Пока Клара обдумывала мой ответ, я уже успел уйти из поля ее зрения, а после и вовсе ушел к себе в кабинет, где продолжил оформление документов. Дел было невпроворот и я надеялся, что работа с бумагами подарит мне успокоение. Но на самом деле было только хуже: этот противный шелест, пробирающий до мозга костей, просто сводил меня с ума, лишая возможности трезво мыслить. Пришлось успокаиваться любимым коньяком — от его вкуса даже ярость утихнет…
Спустя время в дверь послышался знакомый стук. Похоже Кларе никак неймется поговорить со мной по душам.
— Войдите, — произнес я сквозь зубы, не отводя взгляда от уже опостылевших документов. Словно желая привлечь мое внимание, Клара подошла к столу и громко кашлянула в кулак.
Вздохнув и слегка скривив губы, я поднял глаза навстречу знакомому изумрудному взгляду.
— Ты что-то хотела?
— Уильям, мне не по себе, — откровенничала супруга. — Все говорят, что ты чувствуешь себя хорошо, и я этому, несомненно, очень рада. Но почему ты отменил наши встречи в столовой? И почему ты сейчас смотришь на меня так странно… Словно на врага…
Здесь она не ошиблась. От одной лишь мысли о вчерашнем ярость начинала разгораться сильнее. И сейчас в присутствии Клары становилось лишь хуже.
Недовольно пшикнув, я перевел взгляд на уже знакомую бумагу, которую недавно оформлял для супруги.
— Как будто жуткому клыкастому чудовищу положено вести себя как-то иначе, — пробубнил я, продолжая выписывать ручкой буквы.
Супруга замолчала, а ее изумрудные глаза как-то странно забегали из стороны в сторону. Похоже до нее потихоньку доходит осознание своего поступка.
— Уильям, я немного не понимаю.