Екатерина Орлова – Бестия (страница 3)

Сегодня суббота, и обычно я бы горбатился в офисе, превозмогая тошноту и головную боль, но в честь подписания выгодной сделки я заслужил выходной.

Мне нравится заниматься по выходным с утра, потому что в зале в это время наименьшая концентрация охотников за красивыми телами. И я сейчас говорю не о тех, кто совершенствует свое, а о тех, кто приходит в зал в поисках наиболее совершенной особи противоположного пола.

Покинув раздевалку, разогреваюсь на дорожке и приступаю к упражнениям. Однажды я сделал для себя открытие: с потом быстрее уходит похмелье и очищается разум. Хотелось бы еще сказать о том, что наступает просветление, но, боюсь, наступает оно только мне на горло. В очередной перерыв между подходами сажусь на скамейку и, вытерев лицо полотенцем, заношу бутылку с водой, чтобы попить, но застываю, так и не донеся ее до рта. Потому что в зеркале вижу отражение великолепной задницы, обладательница которой истязает себя гиперэкстензией. Ее округлые ягодицы так эротично сокращаются и расслабляются, натягивая темно-синие штаны в обтяжку, что я слежу за ними, как завороженный. У девушки на голове нечто похожее на широкую повязку, скрывающую волосы почти целиком, но кое-что мне удается рассмотреть.

Яркие. Рыжие. Локоны.

Я прищуриваюсь, не веря в свою удачу. Присматриваюсь лучше. А потом сижу и, как идиот, жду, пока она закончит упражнение, чтобы я мог разглядеть ее лицо. Она разворачивается на римском стуле и, упершись попкой в мягкую обшивку, подносит к губам бутылку с водой. Я тяжело сглатываю, то ли от увиденного, то ли от того, что до сих пор так и не утолил свою жажду. Хватаю свою бутылку и жадно глотаю живительную влагу, пока слежу, как девушка перемещается к следующему тренажеру.

Все это время я не думаю ни о чем, кроме того, что должен все же с ней познакомиться. Как она меня, да? Стоило ей раз надуть губы в ресторане ― и я на крючке. А если бы она просто улыбнулась мне или сделала вид, что не замечает, уже через час я бы даже не вспомнил ее. А тут даже через два дня не перестает торкать.

Но тут я разозлился, что меня зацепила какая-то случайная девка, поэтому решил, на хер ее, я в спортзале не за этим, и продолжил тренироваться.

Лежу на мате, повернув ногу в сторону, чтобы растянуть бедренную мышцу, и пялюсь в потолок. Тело измотано, но в то же время из меня буквально бьет энергия. В какой-то момент над головой нависает тень, а потом перед глазами появляется она, с широкой улыбкой на красивом лице, от которой, откровенно говоря, сложно отвести взгляд. Девушка сняла повязку, и сейчас ее яркие кудри падают на лоб.

– Привет, ― здоровается она. Я хмурюсь и ничего не отвечаю. Негодяйка сломала мне план забить на нее. ― Ты сегодня такой бука, ― говорит она и вновь выпячивает эту чертову губу. Ну вот что в ней есть такого, чего нет в остальных? ― Так и будешь молчать, красавчик?

– Чего ты хочешь? ― спрашиваю я, усаживаясь на мате.

– Чтобы ты угостил меня кофе, это же понятно.

– С чего ты взяла, что я хочу это сделать?

– Посмотри на меня. Нет, внимательнее посмотри. А теперь по сторонам. Видишь? Все хотят угостить меня, и не только кофе. ― Она подмигивает, а я хмыкаю.

– Наглая, ― констатирую коротко.

– Именно поэтому ты уже два дня мысленно орудуешь в моих трусиках.

Вот клянусь, это первая женщина, которая словесно уделала меня всего за несколько секунд. А все потому, что говорит правду. Я действительно в своих фантазиях ее нагнул уже с десяток раз.

– Так хочется кофе? ― спрашиваю с ухмылкой, поднимаясь.

Она выпрямляется и выпячивает грудь, привлекая к ней внимание. Аппетитные полушария сдавлены спортивным лифчиком, но это не мешает мне дорисовывать соблазнительные изгибы, которые я отметил еще в ресторане. Девица с интересом смотрит на мою реакцию.

– Если хочешь поразить меня своими сиськами, тогда тебе лучше стянуть все эти тряпки.

– Ты грубиян.

– Не вижу, чтобы ты была слишком деликатной.

– Люблю грязные разговорчики.

– Тогда ты по адресу.

Не замечаю, как мы все ближе придвигаемся друг к другу. Я уже чувствую ее дыхание на своих губах, как прелесть момента прорезает возглас моего приятеля Сани. Того самого, который трахал шлюх в моей постели.

– Эй! Олежа!

Я закатываю глаза и делаю шаг назад от Бестии. Она же коварно улыбается, закусив губу. Саня подлетает и с интересом рассматривает девушку напротив меня.

– Привет, я Саша.

Этот клоун тянет к ней руку и, как только она вкладывает свою ладонь, наклоняется и целует костяшки ее пальцев. Щеки Бестии мило розовеют, и она хихикает. Вот уж чего точно не ожидал от такой фурии.

– Сейчас твоя очередь называть свое имя.

– Белла.

– О, итальянское?

– Польское.

– У тебя кто-то из родителей поляк?

– Папа.

Я едва улавливаю, но рыжая как будто немного скисает на долю секунды, а потом снова возрождается, как птица феникс из пепла. Белла поворачивается ко мне и широко улыбается.

– Так мы идем пить кофе?

– О, я тоже люблю…

– Заниматься спортом, ― цежу сквозь зубы, перебивая Саню.

Он вянет на глазах. Но ему и так утром неслабо перепало от сговорчивых девочек, так что теперь его удел ― штанга, а мой ― рыжая-бесстыжая Белла. И почему, когда я мысленно произношу ее имя, то понимаю, что оно ей совершенно не идет? Как будто чужое. Может, она, как и многие девушки, его придумала? А на самом деле она какая-нибудь Таня или Света? Ладно, узнаю со временем.

Я приобнимаю Беллу за талию и веду на выход из зала.

– Сколько времени тебе нужно на душ?

– Если пойду одна, то минут двадцать.

Я туго соображаю вначале, но потом до меня начинает долетать смысл сказанного. Мои глаза округляются, а вся кровь резко устремляется в пах. Невольно сжимаю руку на ее талии.

– Эй, ковбой, притормози, ― говорит со смехом Белла, а потом наклоняется ко мне и шепчет на ухо: ― Не вздумай передернуть в душе, остальные мужчины неправильно поймут.

– Ты же в курсе, что там отдельные кабинки?

– Ты вряд ли сможешь вести себя тихо. Будет странно, если в мужском душе будут раздаваться твои стоны.

– Я умею быть тихим, ― шепчу доверчиво.

Белла слегка прищуривается и пару секунд смотрит мне в глаза. А потом облизывает губу и отвечает:

– А я ― нет.

Она выворачивается из моих объятий и скрывается за дверью женской раздевалки, а я, как дебил, остаюсь стоять посреди прохода с палаткой между ног.

Глава 4

Нетерпеливо отстукиваю ритм носком кроссовка, то и дело поглядывая на дверь женской раздевалки. Почти каждая девушка, выходящая оттуда, замечая мой пристальный взгляд, начинает улыбаться. Я отвечаю взаимной улыбкой, но потом отвожу взгляд, давая понять, что жду не ее. Рыжая все никак не выходит. Не только из раздевалки, но и из моей головы. Запретив мне дрочить в душе, она как будто нажала какую-то очень правильную кнопку. Рука то и дело тянулась к налившемуся кровью члену, а в голове голосом рыжей стояло на повторе: «Прикоснись. Обхвати член и погладь его», – поэтому я помылся в рекордно короткие сроки, чтобы не сорваться. Этот прием был сродни тому, как если сказать человеку: «Не думай о розовом слоне». И он по-любому будет именно этот образ прокручивать в своей голове.

Вскакиваю с места и делаю круг почета у ресепшена. Девчонки, сидящие за ним, поглядывают на меня и тихонько хихикают. Чтобы развлечь себя, подхожу к ним и опираюсь на стойку.

– Маша и Даша, ― произношу низким голосом. ― Вас по именам сюда специально отбирали? ― спрашиваю и подмигиваю им, вызывая новое хихиканье.

– Мы еще и подруги, ― отзывается Даша. Видимо, самая смелая в их тандеме.

В другой раз я бы с удовольствием представил, что мог бы сделать с этими подругами в своей постели. Но, во-первых, меня ждет лакомство повкуснее. А во-вторых, я не гажу там, где ем. Если не занимаюсь дома, то всегда посещаю именно этот спортзал. Не хочу потом косых взглядов в свою сторону.

– И как давно вы…

Я не успеваю задать вопрос, как слева от меня мелькает рыжее пятно, а потом дверь в спортзал захлопывается. Только через пару секунд я догоняю, что моя Бестия свинтила, даже не попрощавшись.

– Вот черт. Пока, девочки! ― выкрикиваю я, подхватываю сумку и вылетаю на улицу.

Если бы сейчас меня увидел кто-то из друзей, они бы постебались от души. Мне тридцать, в конце концов, и я знаю себе цену. И уж точно давно не бегаю за девушками, тем более, за малолетними. А вот за рыжей Беллой сорвало, я даже не успел до конца осмыслить происходящее. Выбегаю и торможу. Немного левее от входа Белла прижалась спиной к стене и с явным наслаждением делает долгую затяжку от тонкой сигареты. Сглатываю слюну. Внезапно так захотелось покурить из ее изящных пальцев с агрессивным красным маникюром, что даже скулы свело.

Я медленно подхожу ближе и встаю рядом. Ее глаза полуприкрыты, и она подставила лицо солнцу. Весенний ветер легонько треплет пряди у ее лица, а солнечные лучи щедро золотят светлую кожу с редкой россыпью веснушек. Это могло бы быть очаровательным. Но такое слово совсем не подходит Белле. Дикая, сексуальная, крышесносная, необузданная ― это все про нее. Очаровательная ― нет.

– Нащебетался со своими поклонницами, животное?

– Ты назвала меня животным? – усмехаюсь я.

– Ты обижен?

Я пытаюсь прислушаться к себе, но быстро качаю головой. Обижаться могут девочки, у мужчины такой опции нет.