Екатерина Олина – Минуту назад (страница 4)

Было холодно, и моросил мелкий дождик. Я поежилась и прикинула, куда бы мне пойти, пока Пупыркина не приедет. Кроме клуба тут была пиццерия, но она уже закрылась. Еще парикмахерская. Не подходит, так идем дальше. Все закрыто или не то. Когда моя злость прошла, мне действительно стало стыдно за то, что я накинулась на официантку. В конце концов, не она же готовила тот злополучный кофе. Да и на Пойну я зря рычала. Я уже пятнадцать минут просто ходила взад-вперед около клуба.

Странно, однако. Почему никто не вышел за мной? Боятся? Вряд ли. Обиделись? На что? Не я же начала ковыряться в их личной жизни. А черт с ними. Чего вечно я обо всех должна думать и для всех быть хорошей? Я прекрасно жила, пока не познакомилась с темными… и со светлыми. Вот что интересно, зачем Владимир Романович притащил меня на эту конференцию? Зачем ему надо было, чтобы я впитала все умения и знания светлых? Готовит к битве? С кем? С темным властелином?

Я засмеялась. Это же действительно смешно. С кем тут воевать? Однако холодно на улице. Я вернулась к реальности. Темно и холодно. Прямо как тогда… два года назад… я сразу же отмела воспоминания. Я бродила вдоль дороги. Пару раз меня слегка обрызгали. Промокла и замерзла. Подъехала красная «Калина». Я обрадовалась и побежала к машине. Уселась на переднее сиденье. Тамарка подозрительно смотрела на меня.

— Я тебя не узнаю, — сказала она вместо «привет», — и давно ты по клубам ходишь без денег?

— Я туда с компанией пришла, и… — я замялась, — и мы поссорились. Поехали, а?!

Пупыркина все еще косилась на меня, но мы тронулись с места. Я блаженно грелась в теплом салоне. Изредка отвечала на вопросы подружки, и вроде все как было раньше. Снова мы вдвоем катаемся на машине. Болтаем про всякую дребедень. Нет никаких темных и светлых. Нет проблем!

Подружка притормозила у моего подъезда, и все вернулось: и проблемы, и темные, опа, светлые тоже тут! Я попрощалась с Тамаркой, и та отчалила домой. Я нехотя шла навстречу всему семейству Лилейных и Саше. Он тоже был здесь!

— Доброй ночи! — устало поздоровалась я со всеми.

Все молчали и смотрели на меня. Я пожала плечами и зашла в подъезд. Ни консьержа, ни охранника на месте не оказалось. Уж не стараниями всей честной компании?.. Подошла к лифту, нажала на кнопку. Двери раскрылись, и вместе со мной зашел Саша. Он нажал кнопку нужного этажа, и мы поехали наверх.

Двери разъехались, и я вышла из лифта. Саша помедлил и тоже вышел. Двери лифта закрылись. Я вопросительно уставилась на напарника. Тот все молчал и смотрел на меня как-то виновато.

— Будешь чай или кофе? — решила я нарушить молчание, открывая дверь в свою квартиру.

— Я не могу зайти к тебе… — Саша замялся, — слишком темно.

— Я включу свет, — улыбнулась я.

— Я не в том смысле, — хихикнул он, — в твоей квартире слишком много темного.

— Хотя бы в прихожую? — я жестом позвала его зайти.

— Только если в прихожую, — он послушно зашел, но дверь закрывать не спешил.

— Что плохого в моей жилплощади? — усмехнулась я, снимая куртку и разуваясь.

— Плохого ничего, — Саша сел на пуфик и стены, — просто светлым здесь не рады…

Не договорив, он начал кашлять. Я поначалу не обратила на это внимания, продолжала просто стоять напротив него. Потом меня начало волновать состояние напарника. Все его лицо покраснело. Он все кашлял и кашлял. Я соображала, как ему помочь… сама не знаю зачем, я схватила его за плечи и потянула на себя. Мы оба упали на пол, я оказалось под задыхающимся светлым. Спихнув его с себя, я снова потянула его за куртку к двери. М-да, госпожа Аврора! Слабы вы в перетаскивании молодых людей!

У Саши губы посинели. Я уже из последних сил потянула его за руки за порог. Ведь ему стало плохо только в квартире… Так, по полу он хорошо скользил, а вот порог был высокий, и просто так его не вытащишь… у меня навернулись слезы, напарник уже почти не дышал и даже глаза закрыл… я отпустила его руки и попыталась приподнять его за подмышки, чтобы преодолеть порог. Вроде бы он такой худой, а поднять его у меня практически не получилось.

Я приподняла его голову и опустила ее на порог. Саша чуть дернулся. Снова попыталась вытащить его в подъезд, держа за куртку. Ничего не вышло, и я сама упала на спину. Тут из лифта вышли Анайдейе и Сумман. Долю секунды они созерцали то, как я, вытирая слезы, встаю с пола и снова тяну Сашу за куртку. Темные тут же помогли мне, и в себя напарник пришел, лежа на плиточном полу моего подъезда. Я приподняла его за плечи.

— Я же говорил… — Саша еще раз кашлянул. — Темно у тебя там.

— Ну и шел бы подальше, — буркнул Най.

— А я и не к тебе пришел, — светлый начал вставать, опираясь на меня, было тяжело, надо признать.

Сумман подхватил пострадавшего, когда мы на пару начали снова падать на пол, и мне стало куда легче. Най помог брату, и я уже была свободна.

— Отведем его к тебе? — спросила я у брюнета, тот скривился.

— Не надо, — сказал Саша уже почти нормально, — прислоните меня к стене, и я отдышусь.

Темные тут же выполнили его пожелание. Все стояли молча.

— Вы можете идти, — обратилась я к Лилейным, — спасибо за помощь.

Лифт привез всех остальных темных, и они удалились в квартиру Анайдейе. Мы с Сашей снова стояли в подъезде. Я босиком, кстати. Опомнившись, я забежала к себе, нацепила тапочки и снова вышла.

— Ты хотел поговорить? — решила я начать разговор.

— Хотел сказать «спасибо», — Саша отлепился от стены и уже вполне самостоятельно стоял на ногах, — я так и не отблагодарил тебя за то, что ты сняла проклятье с моей семьи и спасла жизнь сестренке. Да и за помощь твою тоже спасибо.

— Какую помощь? — удивилась я.

— Да, ладно тебе, — усмехнулся шатен, — я давно почуял твое внедрение в мои финансовые проблемы. Правда, ты хорошо внушала мне, что это я везде платил, но прокололась, когда слишком увлеклась с ложными воспоминаниями. Зачем ты внушила мне, что я хочу повести сестер в театр?

— Да, прокол, — улыбнулась я, — извини. Я не знала, что ты не театрал. Хотела приобщить твоих сестер к великому и прекрасному.

— Я хотел еще кое-что тебе сказать, — он посмотрел мне прямо в глаза, — ты что-нибудь слышала про хранилище артефактов?

— Какое хранилище? — вытаращила я глаза.

— Вот и хорошо, — Саша пошел к лифту, — это все что мне требовалось.

— Стой! — я подошла к нему. — Что за хранилище?

— Там мы храним всякие интересные штуки. — Он вызвал лифт.

— Ясно, — я пару секунд колебалась, но потом все же решилась спросить: — А ты знаешь что-нибудь про какую-то украденную клетку?

— Ее то и украли из нашего хранилища. — Двери лифта открылись и напарник зашел внутрь. — Но ты уже вне подозрений. Пока.

Двери закрылись, и Саша уехал вниз. Я глубоко вздохнула и пошла к своей двери, постояла на пороге пару секунд и пошла к двери Анайдейе. Мне же нужно вернуть телефон. Дверь открыла Лисса и проводила в гостиную. Лилейные сидели молча. При моем появлении Аластор встал и, подойдя ко мне, отдал мою собственность. Я взяла телефон и хотела убраться восвояси, но тут глава темного семейства тоже встал и резко сказал:

— Твое поведение неприемлемо!

— Прошу прощения, — спокойно ответила я и, развернувшись, пошла к выходу.

— Я с тобой не договорил! — бросил он мне в спину. — Ошибка природы! Таких как ты вообще не должно быть!

Я замерла на месте. Было страшно обидно услышать подобное хоть от кого, но от Танатоса это было вдвойне. Хотелось убежать отсюда. Спрятаться и хоть немного прийти в себя. Слишком много всего для одного дня. Я опять начала двигаться прочь из гостиной.

— Безродная истеричка! — Танатос шел за мной. — Ты даже ничего ответить не можешь!

Все остальные сидели и старались не смотреть на меня. Я уже вышла в коридор. Еще несколько метров и я уйду… молча.

— Ты ни одно дело не можешь довести до конца! — Танатос добавил в голос стальных нот.

Я снова остановилась. Зачем он это делает? Опять проверка? Чего он добивается? Я с трудом сдерживалась, чтобы не ответить каким-нибудь ударом на его слова.

— Об тебя можно ноги вытирать, — Танатос был уже совсем близко от меня, — а у тебя не хватит духу ответить!

Ярость во мне закипала. Я уже мысленно представила, что я ним сделаю… еще одно слово и тебе конец, свекор! Я снова пошла к двери, уже ничего не слыша и не видя…

— Аврора! — позвал он.

Я словно перестала сама себя контролировать. Походка у меня изменилась. Шаги стали шире и увереннее…

— Диспатер! — снова позвал Танатос.

Я обернулась и завладела волей Лилейного. Все остальные тоже выбежали в прихожую. Другой рукой я сжала Танатосу сердце.

— Так вот что вы думаете обо мне?! — прорычала я почти не своим голосом — значит, я ни одно дело не могу довести до конца?! Это у меня духа не хватит?!

— Остановись! — закричала Сибилла.

Я заставила ее замолчать невидимым ударом. Аластор помог матери встать. Остальные получили по огненному шару, но Лилейные тоже не простаки. Все увернулись, а Пойна поймала мой шар и метнула обратно. Я возвела серебристую сферу, и шар огня просто растаял, коснувшись ее.

Гнев начал понемногу проходить, и я снова стала сама собой. Танатоса я отпустила, но сферу убирать не спешила. Кто их знает этих темных?

— Диспатер слишком завладел твоим сознанием, — Танатос уже отдышался, — сама ты бы никогда не напала.