Екатерина Огнева – За край света (страница 4)

Лоссо как раз раздвигал верхние панели, чтобы добраться до самых нижних слоёв карт, когда в зал вошёл двоюродный дедушка Аристид.

– Что ты здесь делаешь, Лоссо? – спросил он. – Новая забава с друзьями из башни Катарен?

– Нет, просто смотрю, – Лоссо попытался задвинуть панель обратно, но она с грохотом поехала на колёсиках в другую сторону.

Лоссо и Аристид уставились на открывшуюся пустоту.

– Здесь тоже должны быть карты?

– Да, припоминаю что-то. Виллем распорядился их снять, чтобы отремонтировать.

Лоссо кивнул. Значит, здесь карт юго-восточной стороны нет, а загадочная Симиара должна быть на этих панелях, он уверен.

Можно напрямую спросить у Энцо Конти. Но тогда взрослые быстро догадаются, о чём он думает. А он сам хотел понять, как найти дядю Лоссо. Бывает же так, что взрослые не понимают загадку, а дети её сразу отгадывают? Он был уверен, что здесь то же самое.

За тот случай с туфлей Лоссо почти не ругали. Видно, все очень обрадовались, что можно поговорить о чём-то другом, а не о пряжке, из-за которой расстроился дедушка. Энцо Конти принял в тот вечер извинения Лоссо и ещё раз, специально для него, повторил свои истории. Потом он почти каждый день приходил в гости с новыми рассказами.

– Карты уже не те, – ворчал Аристид, разгуливая по залу. – Раньше и бумага была прочнее. Или на пергаменте рисовали, а это такая вещь, скажу тебе… Когда мы застряли из-за полного штиля посреди облаков над Кремниевым хребтом, а еда вся закончилась, то пришлось варить карты в котле, и они нас очень выручили, даже привкуса чернил почти не было.

– Неправда! Это же дядя Лоссо так застрял, бабушка рассказывала.

– Может быть, – пожевав губами, согласился Аристид. – Юстина на два года и семь месяцев младше меня, вероятно, она помнит лучше. Не будем её расстраивать.

– Конечно, – закивал Лоссо. – Дядя Лоссо столько всего совершил, ты просто забыл.

– Послушать тебя, так кроме него здесь больше никто и не работал, – проворчал Аристид.

– Это нечестно! – выпалил Лоссо. – Он был герой, настоящий, а вы все из-за этого злитесь! И папа, и ты! Думаешь, я не понимаю, что вы завидуете?

В зале карт воцарилась тишина.

– Я думаю, – наконец тихо сказал Аристид, – что ему достался хороший художник. А нам не повезло, да.

Лоссо бежал по ступенькам быстрее, чем стоило. Он никогда раньше не грубил Аристиду, да и никому в семье. Но что делать, если они не желали признавать заслуги дяди? И разве человек виноват, что хорошо получается на портретах?

В галерее было очень много семейных портретов, Лоссо не был уверен, что всех помнит. Портреты были скучные: голова да плечи. Дедушка Аристид был нарисован молодым, но уже в своей любимой меховой ушанке, и смотрел так же недоверчиво, как сейчас.

Портрет дяди Лоссо распорядилась нарисовать бабушка Юстина, и художник следовал всем её указаниям. От неё Лоссо впервые услышал истории о своём дяде. Разве бабушку можно винить, что она хотела рассказывать только о младшем сыне, ведь он столько всего совершил!

В картографической мастерской тоже было тихо. Лоссо прошёлся мимо верстаков с лежащими картами, с уважением поглядывая на сияющие медные инструменты, которыми отмерялись точнейшие расстояния. Карты лежали на верстаках и широких столах, висели на стенах, на громадных деревянных щитах, которые можно было переворачивать, как страницы книги для великанов. Моря, горы, караванные пути, роза ветров – для летающих кораблей.

Лоссо дошёл до шкафа с табличкой «Временное хранение», потянул на себя дверцу – и на него вывалился ворох карт. Лоссо утонул в них, как в бумажном море. Он выныривал то в одном, то в другом месте, отбрасывал карты с ненужными названиями, пока не нашёл ту, единственную.

Симиара обозначалась двумя башенками. Это значило, насколько он помнил, что город не самый большой, но и не маленький. К ней вело несколько дорог, а у одной из башенок был нарисован маленький синий кораблик. Значит, пристань для воздушных кораблей там тоже есть. Выше Симиары карта была закрашена жёлтым. «Степи» – пояснял неизвестный картограф. Ещё выше жёлтый цвет переходил в размытый серый. «Здесь обитают чудовища». Лоссо знал, что это обычное обозначение для тех мест, где никто ещё не побывал, но кожа всё равно пошла пупырышками.

Послышались голоса, и он поглубже зарылся в карты.

– На собрании семей ничего нового не будет, – говорил дедушка Виллем. – Так что лети смело, а я посплю на заседании.

– Я слышал, Погодники снова будут просить, чтобы им вернули башню Ветров, – а это папа. – Они утверждают, что будут осторожнее.

– Исключено!

– Я бы дал им некоторую надежду, всё-таки столько лет прошло, и мы до сих пор не знаем, что там случилось. Может, открыть хотя бы часть помещений в башне? Мы её ремонтируем, но не используем, это глупо.

– Я против, – отрезал дедушка. – И остальные меня поддержат. Ты ещё не родился, даже меня не было, когда это началось. Всё это время у нас куча неприятностей из-за Погодников и Атаназиуса Ворта. Зайдём в хранилище?

– Сейчас догоню, – сказал папа. – Надо справиться кое о чём в картах.

За дедушкой хлопнула дверь, а папа подошёл ближе к бумажной куче.

– Лоссо, здесь есть очень ценные карты.

– Я бы всё собрал!

– Именно это я и хотел предложить. Давай помогу.

Они быстро справились. Папа помогал молча, потом сказал:

– Я улетаю завтра утром.

– Угу, – отозвался Лоссо. Он вспомнил, что всё ещё сердится на всех.

– И мы с мамой думаем, что в следующую поездку на материк я могу взять тебя с собой.

– Правда? – прошептал Лоссо.

– Правда, – папа кивнул. – Прости, надо было сделать это гораздо раньше.

– Но бабушка…

– Мы поговорим и всё решим. Мы же семья. Так что дождись меня и не пытайся больше покушаться на Энцо Конти, двух раз хватит.

Лоссо был готов пообещать всё что угодно. А главное – папа не просил прекратить искать дядю (он, конечно, не знал, что Лоссо этим занимается, но всё же), так что можно продолжать поиски. И он знал, кого попросить о помощи.

Секретное совещание

Марину Катарен Лоссо нашёл на Облачной площадке. Там везде были зеркала, вертушки, барометры, стелились по ветру широкие рукава ткани. Здесь следили за движениями воздуха и воды, записывали данные в разные книги, как делала сейчас Марина.

Иногда Лоссо ей завидовал. Не потому, что она всегда знала, чего хочет, а потому, что Марина ставила себе цели и шла к ним. Решила, что хочет работать с Погодниками, и проводит все дни на площадке, хотя в её семье принято считать товары, переводить одни меры в другие. Но Марина родителей уговорила за несколько дней, а он, Лоссо, ни разу не смог убедить дедушку взять его на какую-нибудь ярмарку на материке. Хотя у Погодников слишком много строгих правил, например, они не могут покидать Строганцу одни, только вместе с представителями других гильдий, и так вроде тоже было не всегда. Никто из ребят не знал толком, в чём дело, но распоряжение было обидным.

– Дедушка сказал, Погодникам, скорее всего, опять не отдадут башню Ветров, – поделился Лоссо, усевшись на один из ящиков на площадке. – Всё из-за какого-то Астроназиуса.

– Атаназиуса, – отозвалась Марина. – Атаназиус Ворт был главой гильдии давным-давно. При нём Погодников ещё пускали в башню. А потом что-то случилось, в галерее гильдии есть его портрет, но поверх него нарисовали покрывало, и теперь никто не знает, как он выглядел и что сделал.

По спине у Лоссо прошла дрожь. Но вообще-то древние истории его не интересовали.

– Работать можно в любом месте, вот здесь тоже неплохо. Знаешь, что глава Погодников нам всё время говорит? «Не важно, сколько вы сейчас сможете сделать – просто делайте». Жеан, сколько можно искать в списке? Там всё по алфавиту.

– Я зачитался! – откликнулся её брат. – О, Лоссо, привет! Ты знаешь, сколько ветров существует?

– Гораздо больше, чем здесь записано, – строго сказала Марина, забирая у него тетради. – Мы даём ветрам имена, чтобы их можно было узнать и правильно себя с ними вести при встрече, но в мире ещё столько ветров без имени!

– Мечтает дать какому-нибудь ветру своё, – закатил глаза Жеан.

– Что бы ты понимал, – без обиды сказала Марина. – Столько всего надо сделать: найти ветер, описать его свойства, зону обитания, музыкальные регистры, в которых он завывает или свистит. Договориться с ним, наконец. Мне бы поучаствовать в таком, хоть подмастерьем. Последний раз новому ветру давали имя лет пятнадцать назад.

О работе Погодников она могла рассказывать очень долго, но Лоссо сегодня пришёл не за этим. Он обрадовался, когда на площадку поднялись Мальтус Бинно и Розина Фарри.

– Тоже получили твоих пчёл, – сказал Мальтус. – Ничего не понятно.

– Ты хочешь сбежать из дома? – спросила Розина.

– Нет, я хочу найти дядю. Это быстро, вот, слушайте.

Лоссо рассказал им всё, что узнал за последние дни. Друзья помолчали. Историю дяди Лоссо здесь тоже знал каждый, в конце концов, он был героем.

– Меня просто никто больше не захочет слушать, – сказал наконец Лоссо. – Никто не летает на восток – и точка.

– Симиара далеко, – сказала Марина. – Вроде бы у них закрылись постоянные торговые пути. Был интересный город – теперь унылый. Так бывает, сам знаешь. Туда нет регулярных маршрутов, надо искать корабль.

– Да, с полётами на восток всё плохо, – подтвердила Розина Фарри. – Бабушка сказала, там неподалёку появились кочевники.