Екатерина Очерк – Счастье в моменте (страница 11)
– Нет денег на такси? Вызвать? Оплатить? Что ещё от меня нужно? – пытаюсь угадать, зачем она идёт за мной.
– Я живу здесь недалеко…
– Ну и отлично! Провожать не стану, максимум – могу вызвать тебе такси.
– Тебе нужно обработать рану. У тебя кровь не останавливается, и вот… – она подходит ко мне ближе и тычет пальцем на мою светлую футболку, которая совсем немного запачкана каплями крови.
– Постираю, обработаю. Взрослый мальчик, разберусь, – достаю телефон, чтобы заказать ей тачку и поскорее распрощаться с ней, пока она ещё чего-нибудь не выкинула.
– И чем же? – она закрывает своей рукой экран смартфона, на котором уже развернулось приложение такси.
– Что, чем?
– Ты живешь на арендованной вилле, разве у тебя там есть аптечка?
– Откуда ты …? – свожу брови.
– Виталик рассказал, – выдаёт она ответ на вопрос, который ещё не прозвучал.
Устало мотаю головой, мол, «всё понятно».
– И? – всё ещё не понимаю, чего она от меня хочет.
– Мой дом уже близко. Пойдём, я обработаю тебе рану.
– Нет, не включила, – говорю уставши.
– Что?
– Голову! Тебя что, совсем ничему не научила только что случившаяся с тобой ситуация? – напоминаю ей о домогательствах в баре. – Ты сейчас зовёшь незнакомого человека к себе домой… ночью. М? Ничего не смущает?
– Мы уже знакомы, – говорит она, посмеиваясь и прикрывая рот.
Закатываю глаза. Видимо её чокнутость неисправима.
– А вдруг я захочу воспользоваться тобой, и в первых же попавшихся кустах наброшусь на тебя. Что тогда будешь делать?
– Пошли, давай… – продолжает она посмеиваться, делая несколько шагов вперед.
А я ведь с ней сейчас не шутил.
*Хорошая девочка*
Апрель, четыре месяца назад.
Слышу взвизг где-то в коридоре, быстрее направляюсь на звук, чтобы разобраться, что там произошло. Вижу весьма любопытную картину. Моя мама стоит остолбенев со связкой ключей в прихожей, а напротив неё настолько же оторопелая Светка с мокрыми волосами, в одном полотенце только что вышедшая из душа.
– Ам… Здравствуйте, – в смущении здоровается с мамой моя полуобнажённая гостья.
– Здравствуй, Света, – также неуверенно отвечает та ей.
Света быстро скрывается с виду, направившись в спальню, а мама смотрит ей вслед растерянно.
– Я зашла вот… тут вот…
Она протягивает мне пакеты, не сдвинувшись с места, словно вросла в одну точку. Я же привычно обнимаю родительницу в знак приветствия и приглашаю пройти. Всё-таки не виделись месяц. Мы с мамой проходим на кухню, я завариваю нам кофе, а она тем временем выставляет на стол пироги собственного приготовления, которые даже не успели остыть.
Ключами от этой квартиры мама пользуется исключительно в моё отсутствие, хотя имеет полное право появляться здесь в любой момент. С девятнадцати лет я живу в родительской квартире совершенно один, а когда-то здесь всё было иначе. Раньше она была наполнена уютом полноценной, счастливой семьи, которая навсегда останется таковой только в наших воспоминаниях и на снимках в фотоальбоме.
Моя мама отличается исключительным чувством такта, и она никогда не станет нарушать границы личного пространства. Сегодня же случилась ситуация из разряда банального недоразумения. За эти годы, что я работаю командировками, у нас сложилась, так скажем, традиция. Эта прекрасная женщина, по имени Наталья Евгеньевна, наготавливает всякого домашненького и наполняет этим мой пустой холодильник примерно за пол суток до моего приезда. Чаще всего я возвращаюсь в родной город одним и тем же поездом, что прибывает в середине ночи. А бывает, удачно выгорают билеты на самолет по приемлемой цене для компании, и я оказываюсь дома на день-два раньше, как в этот раз. Мама прекрасно знала дату окончания командировки, но вот то, что я окажусь дома на сутки раньше, – нет. А вот Светка – да, и сразу же вчера вечером оказалась здесь.
– Свет, ты завтракать идёшь? – кричу, чтобы та услышала меня, находясь в спальне.
Она вскоре появляется в кухонном проходе с высушенными волосами, одетая, держа на локтевом сгибе сумку и смартфон в руках.
– Нет, спасибо, я не останусь на завтрак. Очень тороплюсь.
Не припомню, чтобы она говорила о каких-то делах с самого утра, но уговаривать остаться всё же не стану. Провожаю Свету до двери и возвращаюсь в кухню позавтракать вместе с мамой.
– А ты чего такая? – смотрю на маму, которая как-то подозрительно заискрилась в улыбке.
Не припомню, чтобы она раньше именно так выражала радость при виде меня через месяц отсутствия. К моим постоянным командировкам и семья, и друзья уже давно стали относиться как к чему-то само собой разумеющемуся.
– Андрюша, я так рада. А почему ты раньше мне не говорил, что у тебя появилась девушка?
– Мам, да я и сейчас тебе ничего не говорю, – хмыкаю.
– И давно вы со Светой встречаетесь? Хорошая девчонка, я её помню со школы.
Рассказывать маме, что на самом деле меня со Светой связывают лишь только интимные отношения, было как-то не очень. После того вечера встречи у нас со Светкой была ещё пара подобных встреч. Потом вскоре я уехал в командировку, и мы на расстоянии изредка поддерживали связь по переписке. В этом нет ничего серьёзного, и нас обоих устраивает эта свобода. Светка только вырвалась из непростых супружеских отношений. Я же постоянно в разъездах и за годы холостяцкой жизни привык к этому, что даже думать не хочу в сторону каких-либо обременений на этот счёт. А вот моя мама не так давно стала выговаривать своё беспокойство о моём одиночестве. Считает, что в мои двадцать семь уже пора бы задуматься о серьёзных отношениях, ведь всё остальное: квартира, образование, стабильная работа с достойной оплатой – у меня уже есть.
– Пироги, конечно, отвал башки, ма. Как всегда. На высшем уровне, – уплетаю с аппетитом выпечку родительницы, плавно уходя от темы о Свете.
Глава 8. В темноте комнаты
Лола. Август.
– Ну и почему мы здесь стоим? – интересуется Андрей, когда мы оказываемся у заднего входа в дом. Точнее, пока только у забора.
– Всё, мы пришли. Сейчас нам нужно перелезть через этот забор.
– Не понял? А почему мы не можем зайти внутрь через калитку, как обычно это делают нормальные люди? – с неподдельным удивлением спрашивает Андрей и тут же меняется в лице и интонации. – А-а-а. Я понял. На самом деле ты здесь не живёшь, и мы должны пробраться в этот дом, чтобы стащить из него аптечку и ещё чего-нибудь прихватить?
Я лишь хихикаю.
Не знаю, как мне удалось уговорить пляжного, то есть Андрея, пойти со мной, но всё же получилось. Я так боялась, что он уйдёт к себе, и я его больше не увижу. Мне хочется хоть как-то искупить свою вину перед ним, ведь его рассеченная бровь полностью моя вина. Если б не злосчастный перстень Вити на правой руке, возможно, не было б таких последствий от удара.
– Да, правда, я здесь живу. Вот там моя комната, – я привстаю на кованый рисунок в заборе и указываю пальцем прямо на неё.
– И всё-таки, что не так с центральным входом? – с той же издёвкой в голосе интересуется он, смотря с упором в мои глаза.
– Мы не можем там пройти потому, что автоматически сработают датчики движения и загорится свет, а я как бы не одна. Нас не должны увидеть. Понимаешь?
– Слушай. Я, пожалуй, пойду к себе. Мне правда, уже достаточно приключений на сегодня. Будем считать, что я тебя просто проводил и ты можешь зайти спокойно через дверь одна.
– Да всё будет хорошо. Смотри.
Перекидываю туфли через преграду, ловко перелезаю через забор и повисаю на нём с другой стороны, дожидаясь действий Андрея.
– Боже! Что я делаю – он отрицательно мотает головой, корчит недовольное лицо, но всё же перелезает следом за мной.
В его манере это простое действие выглядит неуклюже, и я тихонько посмеиваюсь над Андреем. В отличие от него, я часто покоряю эту преграду, когда сбегаю поздно из дома и возвращаюсь таким же путём. Но я никогда не приводила сюда подобным образом своих подруг и уж тем более парней.
Перед нами четырёхэтажный гостевой дом, где верхние его уровни сдаются в аренду приезжим на отдых, а первый полностью заселен семьей владельцев. В правом крыле первого этажа расположены: большая столовая, совмещённая с гостиной, и спальня тёти Марты с её мужем – дядей Серёжей. А в левой части находится комната их сына Виталика и моя с ним по соседству.
Несмотря на то, что дом стоит на высоком фундаменте, мы с Андреем без особого труда преодолеваем низкое ограждение террасы, что расположена по всему периметру дома. Через оставленную открытой изнутри дверь для выхода на террасу мы попадаем прямо в мою комнату. Я включаю ночную лампу, и в помещении вырисовываются очертания.
– Ты подожди меня здесь, я схожу за аптечкой, – говорю Андрею.
Прокручиваю дверной замок, тяну ручку на себя и… останавливаюсь. Он вопросительно смотрит на меня.
– Отвернись.
– Что? Зачем ещё?
– Пожалуйста, – прошу его я без лишних объяснений, и он отворачивается к выходной двери на террасу, через которую мы зашли сюда.
Я быстренько стягиваю с себя платье, которое одолжила у Лерки. Хватаю шорты и топ со спинки стула и торопливо натягиваю на себя домашнюю одежду. Этим самым я решаю подстраховаться на тот случай, если вдруг встречу Марту или её мужа, которого часто мучает бессонница. Мои опасения были напрасны, во всём доме царит тишина, даже на верхних гостевых этажах.