Екатерина Неками – Не целуй злодея! (страница 4)

Но вот другие сомнения начали заползать в ее голову. Покусывая губы, Наён думала, что, возможно, она слишком предвзята к внешности Ли Тэхо. Да, он не старик со шрамом, но актер хороший. Точно лучше, чем она.

Это осознание было болезненным, так как Ли вел себя с ней отвратительно. Воспоминание о его прикосновении жгло изнутри. Наён запустила руки в волосы, пытаясь повторить путь его пальцев по коже, чтобы стереть и забыть, но лишь растревожила свежие раны.

Снять одежду проще, чем образ. И нужно ли его далеко прятать, когда завтра предстоит снова натягивать на себя, как вторую кожу?

Тэхо с педантичностью разложил костюм и повесил его в шкафу гримерной, сменив на более современную версию образа злодея – черные брюки и рубашка. Он пересчитал пальцами пуговицы, оставив пару расстегнутыми на груди. Рука невольно потерла шею, сбросив тяжесть шелка и прошедшего дня.

Он выжил. Первая смена на съемках после годового перерыва была… нелегкой. Тэхо и не ожидал, что будет просто, но странная и неловкая девчонка превратила день в настоящее испытание.

«Вы отвратительно играете», – эхо прошлого изящными ножками топталось по его самолюбию.

«Вам так важно доказать мне, что вы способны его сыграть?» – Ей ли Тэхо что-то доказывал на самом деле или другой женщине, которая однажды чуть не сломала его?

Тэхо, проверяя запонки, бросил на себя внимательный взгляд в зеркало и встретился лицом к лицу с уставшим мужчиной.

Он не похож на злодея?

Губы невольно сложились в волчий оскал, пытаясь отвоевать свое право быть злым… отвратительным… настоящим.

Он должен доказывать что-то только себе.

Более пяти лет он играл хороших парней или… очень хороших. Агенты нашли его еще в школе, так что сниматься в сериалах он начал до того, как поступил на первый курс Корейской Академии Киноискусств.

Одна романтическая дорама за другой. Безумно похожие друг на друга роли. Одноклассник, лучший друг, тот самый парень из кафе и снова старшеклассник, потом коллега.

Агентство, поймав волну успеха среди школьниц и домохозяек, бульдозером катило вперед, подминая его личность и жизнь под себя. В один момент образ приятного соседского красавчика стал больше, чем просто роль. Он превратился в настоящую публичную маску, которой ни одно интервью и ни одна встреча с поклонницами не должны были противоречить. Улыбка, вежливость, поклон перед фанатами и уж точно никаких романов. Ни с кем и никогда.

Легкий старт, поступление без каких-то проблем, поклонницы. Кажется, тогда он даже больше походил на самовлюбленного злодея, чем сейчас. Слишком быстрая известность, вскружившая его голову прежде, чем он дорос до такой карьеры. Ли Тэхо ненавидели многие из однокурсников. Иммунитет к чужой зависти – то, что быстро приобретаешь в токсичной среде. А вот преподаватели… одна преподавательница…

«Вы отвратительно играете, Ли», – он до сих пор слышал ее голос, полный издевательской насмешки. – «Вы же одинаковый всегда. Что вы еще можете, кроме сладкой улыбки?»

Она появилась в академии в год выпуска и переломала ему хребет, показав, что его карьера ничего не значит. Так вмиг вся его уверенность в своем таланте пошатнулась и распалась как карточный домик.

Выдохнув, Тэхо отвернулся от зеркала. Он забрал пиджак со спинки стула и вышел. Свет в коридорах опустевшей площадки приглушили. Он чуть не задел девушку, сидящую, поджав ноги, на мягкой скамье возле дверей и читающую книгу.

– Простите, – он осекся, скользнув по сползшим на кончик носа очкам. Это оказалась не-актриса Чон. Он чудом ее узнал без сценического розового шелка и золота в волосах. В футболке и джинсах, в этих огромных очках она выглядела совсем юной и милой.

– В очках лучше… – не специально, но это утверждение прозвучало как вопрос с издевкой. Тэхо напрягся: как она отреагирует теперь?

Наён поджала губы и вернула очки на переносицу. Девушка окинула его долгим взглядом, и Тэхо заметил, как ее плечи едва заметно опустились, а на лице промелькнуло нечто похожее на согласие.

– Безусловно, – ответила Наён.

Он увидел свое отражение в стеклах ее очков – абсолютно черный костюм, расстегнутый пиджак, руки в карманах брюк – расслабленный вид хищника, ни больше ни меньше. Уверенный в себе мужчина, который знает, что делает.

– Наён! – окликнул ее голос с другого конца коридора. Костюмерша Пак Чиу спешила. Чон поднялась с места и торопливо засобиралась. Видимо, они дружили. Уходя, Чон лишь полупоклонилась ему.

– До завтра, Ли-сси.

Он сдержанно кивнул вдогонку:

– До завтра…

Тэхо задумался, чего в этих словах больше: вежливости или обещания. Он хотел снова встретиться с Чон. Когда он наконец отвел взгляд от ее спины, то заметил на белой скамейке книгу. Ту самую, с которой началось их знакомство.

Наён – неловкая девчонка – снова оплошала, забыв свою драгоценность. Взяв книгу в руки, Тэхо хотел было окликнуть Чон, но фигура девушки уже растворилась в темном коридоре. Закладка с кисточкой вновь отметила место, до которого она дошла.

Он открыл книгу в этот раз с большим интересом. Чон закончила там, где Роан впервые встретил Ён Хари. Он усмехнулся. Карандашная пометка Чон спрашивала:

«Что чувствует Роан, видя Ён Хари? Он видит глаза Императрицы, оберегаемое сокровище или слабое звено в окружении врага?»

Тэхо не читал оригинал, стараясь создать уникальный образ. Но сейчас не смог подавить в себе соблазн посмотреть на все глазами девчонки, обвинившей его в фальши.

4

Ли Тэхо ей не нравился

Наён гипнотизировала шкворчащий на гриле кусок говядины с таким усердием, будто пыталась силой мысли прожечь в нем дыру – или представить на его месте Ли Тэхо.

Щипцы подхватили мраморное мясо и перевернули его. Наён мельком заметила, что Пак Чиу поглядывала то на мясо, то на нее. Вокруг них в уютном щиктане[4] – маленькой забегаловке с грилем на столах – все кипело и шумело, несмотря на поздний вечер. Только Наён мысленно все еще была на съемках.

– Соджу? – предложила подруга, силясь хоть как-то спасти Наён.

– Нет, – мотнула головой она. С нее хватит головокружений и нелепых ситуаций на сегодня.

– Ты неплохо справилась для первого раза, – подбодрила Чиу. Мясо начало дымить, и она перекинула его на тарелку Наён. – Режь, ешь…

Чон выдохнула, растерянно оглядывая закуски, специи и листья салата.

– Что такого тебе сказал Ли там, а? – будто невзначай спросила подруга.

Чон знала, что вся площадка с замиранием сердца ждала их с Ли возвращения. Не то чтобы Наён уединилась с ним надолго, но кому-то и этого было достаточно для фантазий. Она, подумав об этом, покраснела и упала локтями на стол, чем выдала себя с потрохами.

– Ли Тэхо – красавчик и звезда… – Чиу явно пыталась поддержать подругу, чтобы той стало легче говорить о запретных чувствах.

– Он… – Наён не хотела больше называть его придурком. О, нет, Ли Тэхо точно был умным и неплохо так играл на ее чувствах. – Он просто поговорил со мной о роли.

– Правда? – саркастично хмыкнула Чиу. Очередной кусок мяса полетел на ее тарелку.

Наён втянула сквозь зубы воздух, как будто на ранку попала соль.

– Он мне не нравится, – заверила она подругу. – Честно говоря, это из-за него я попала с ролью Ён Хари… Он, кажется, мне мстит…

– В смысле? – Чиу замерла, сверля ее взглядом.

– Я сказала ему, что он не годится на роль Роана.

Пак Чиу поперхнулась лимонадом и залила все вокруг. Ей пришлось схватиться за салфетку, чтобы вытереть столешницу.

– Черт, я и не думала, что ты… Ай, у тебя вечно проблемы с языком, – Чиу сказала это не с укором, скорее, констатируя факт. По крайней мере, Чон хотелось верить в это.

Наён пожала плечами: что сделано, то сделано.

– Со стороны не выглядело, что он пытался тебя подставить. Скорее, спасал, – покачала головой Чиу.

– Ну, Ли все-таки хороший актер… – Наён сказала это скорее с досадой. Она так и не смогла справиться с переплетением мыслей и чувств к Ли Тэхо. Он то вел себя крайне отвратительно, то, как выразилась Пак, спасал ее. – А ты что-нибудь о нем знаешь? – спросила Наён, пытаясь в этом пазле собрать хоть какой-то понятный узор.

Только завернув кусочек сочного мяса в салатный лист, Пак Чиу ответила:

– Ли Тэхо несколько лет назад был достаточно популярен. Много ролей и поклонниц. Спроси свою мать. Она наверняка хорошо его знает.

Наён цокнула языком: спрашивать о звездах Миру Чон себе дороже. Мать имела всего одно увлечение, но посвящала ему всю себя – романтические дорамы. Может быть, фанатская жилка и досталась Наён от матери, но дочь меньше всего хотела походить в этом на нее. Одержимый блеск в глазах Миры Чон иногда пугал.

– Мне нужна короткая версия без восторженных эмоций, а не пересказ всех сериалов, в которых он играл, – ответила с укором Наён.

Чиу поморщилась от слишком острой приправы.

– Он был вполне успешным, но что-то пошло не так. Ли прекратил сниматься на год или около того. Честно говоря, эта его первая роль после возвращения. Поговаривают, что новость о нынешнем касте дорамы будет бомбой.

Наён замолчала, задумавшись над этим. Пожалуй, ее критика правда звучала очень грубо после перерыва в карьере.

– Из-за чего он ушел?

– Ну… – пожала плечами Чиу. – Там был какой-то скандал с женщиной. Хотя, может, это СМИ приврали. Честно – спроси у мамы, у нее точно завалялась пара журнальных вырезок с этой историей, – сказала подруга, берясь за щипцы и ножницы, чтобы порезать еще кусочек жареного мяса.