Екатерина Наумова – Капитализм и культура: философский взгляд (страница 3)

Начиная с 1870 г., в истории становления понятия «капитализм» выделяется новый этап, который связан с вхождением понятия в научный оборот. Так, одним из первых экономистов, способствовавших распространению понятия «капитализм» в науке, считается Альберт Шеффле с его трудом «Капитализм и социализм» (1870). Однако, настоящий терминологический прорыв совершил Вернер Зомбарт, опубликовавший свою работу «Современный капитализм» (1902), где понятие «капитализм» получило научную легитимацию. Наряду с Зомбартом, Макс Вебер своей знаменитой работой «Протестантская этика и дух капитализма» (1904–1905) содействовал укоренению и широкому употреблению понятия «капитализм» в науке. Необходимо отметить, что вхождение понятия капитализм в научный оборот не означало установления консенсуса о его значении и употреблении в рамках научного дискурса. Кроме того, термин «капитализм», уже получив хождение в научном дискурсе, продолжал содержать в себе негативный эмоциональный оттенок, обусловленный его политико-экономическим происхождением.

Как нам представляется, ключевым моментом в статье Хилгер является постановка проблемы о соотношении «политической» истории понятия «капитализм» и его «научной» истории. Результатом совмещения и наложения этих двух историй является многозначность и окончательная неопределенность понятия «капитализм», прослеживающаяся до сих пор. Рожденное в ходе политических дебатов как антоним понятия «социализм» и получившее впоследствии широкое распространение в науке, понятие «капитализм» является причиной разногласий во мнении исследователей по поводу исторического периода его возникновения и возможности дать ему единственное, четкое и универсальное определение. В своем известном труде «Капитализм» (1918) Рихард Пассов (Richard Passow)[18] выделяет 111 различных значений и словосочетаний с понятием «капитализм» и связывает такое широкое разнообразие в толковании понятия с высокой степенью его неопределенности и с отсутствием консенсуса в возможности закрепления стабильного и однозначного содержания в форме самого понятия. Также Пассов отмечает, что понятием «капитализм» гораздо чаще пользовались юристы и историки, а не экономисты-теоретики. В частности, как уже было отмечено, Пассов отдает первенство в распространении понятия Зомбарту и Веберу, и в целом связывает его популяризацию с трудами представителей немецкой исторической школы, которые одними из первых сделали предметом своего рассмотрения «капитализм» и, в принципе, различные проявления капитализма. Они пытались распутать клубок противоречий вокруг понятия «капитализм», как в области его смыслового значения, так и в области исторический явлений и тенденций, связанных с появлением и развитием капитализма как феномена экономической и культурной жизни общества. В этом отношении традиция немецкой исторической школы определила тенденцию рассмотрения и обоснования понятия «капитализм» в качестве предмета исследования в области культуры, выдвинув на первый план ряд важных проблем, которые с течением времени оказались особенно важными для изучения в рамках научного дискурса. Всегда был актуальным и остается таковым вопрос о возникновении капитализма в качестве социального явления и явления культуры, т. е. вопрос о временных границах новой эпохи, которую обозначают как «капиталистическую», причём неугасающая политическая напряженность и критический потенциал такой постановки вопроса связан с ожиданиями и прогнозами заката капитализма. И здесь мы уже сталкиваемся с той трудностью, что изначально термин и описательное понятие происходят из совершенно разных исторических и культурных предпосылок, которые смешиваются друг с другом, когда речь идёт о «доиндустриальном» и «промышленном капитализме», о «пред-капитализме», «раннем», «высокоразвитом» и «позднем» капитализме. Типичным является то, что исследователи необоснованно объединяются понятия «доиндустриальный» и «докапиталистический», «доиндустриальный» и «раннекапиталистический» и т. д. На наш взгляд, данный плюрализм в отношении определения понятия «капитализм» свидетельствует о том, что довольно сложно выделить какой-то единый терминологический комплекс и единую группу авторов, которая предложила бы связную, единую и последовательную теорию становления и развития капитализма как особенного явления в экономике, политике и культуре. Однако, разграничение между термином «капиталистический способ производства» и понятием «капитализм» впоследствии привело к формированию двух основным направлений в осмыслении капитализма как феномена экономики и культуры, которые условно можно обозначить как «марксистский» дискурс о капитализме, представляющий критическое осмысление данного явления, и «либеральный» дискурс о капитализме, как научная и моральная легитимация последнего. В этом отношении «марксистский дискурс» о капитализме оперирует, вслед за Марксом, понятием «капиталистический способ производства», которое объясняют через понятия «прибавочная стоимость», «самовозрастающая функция капитала», «антагонизм классов», «буржуазия», «пролетариат». В то время как «либеральный» дискурс о капитализме использует понятие «капитализм», наполненное тем смыслом, которое в него вложили Шеффле и представители немецкой исторической школы в связи с обоснованием понятий «государство», «кооперация», «рациональность», «дух», «свобода». Важным моментом для нашего исследования является указание на то, что одним из ключевых понятий, которое впоследствии найдет закрепление в «либеральном» дискурсе о капитализме, является, разработанное в трудах Зомбарта и Вебера, понятие «дух». Именно понятие «дух» сыграло роль «проходного билета» для понятия «капитализм» в сферу научного дискурса, где оно было окончательно избавлено от негативных коннотаций и получило позитивное значение. В теории Зомбарта понятие «дух» определяется через феномен калькуляции и бухгалтерского учета, в то время как в концепции Вебера оно связывается с привнесением субъективного элемента в понимание капитализма. Хилгер отмечает в своей статье, что в связи с вопросом о «духе капитализма» в поле зрения историко-социологических исследований попал и феномен упорядоченного / стандартизированного образа жизни или рационализации повседневности. Необходимо сделать акцент на том, что, по мнению Хилгер, именно из концепций Зомбарта и Вебера происходит отдельная тема рациональности капитализма. Так, авторы проблематизировали и зафиксировали идею о том, что рациональность человеческого мышления и поведения проявляется в основном в капитализме. Следствием этого, как отмечает Хилгер, явилось то, что капиталистическая рациональность, которая вытеснила из поля зрения все другие виды экономической рациональности, стала напрямую связана с феноменом капитализма. Поэтому вне поля научного рассмотрения оказались докапиталистические и некапиталистические формы рациональности. Итогом этого стало то, что капиталистическая рациональность начала расцениваться как мерило для всякого иного типа рациональности.

Для нашего исследования эта идея имеет ключевое значение, так как в дальнейшем понятие капиталистической рациональности будет одним из предметов подробного анализа и критики с точки зрения содержания в ней иррационального момента. В этом отношении и само понятие капиталистической рациональности будет рассмотрено под новым углом зрения, более того, будет поставлена под вопрос действительная связь между рациональностью и капитализмом.

Анализ текста Хилгер в области истории понятия «капитализм» помог нам выделить не совсем очевидные, но необходимые для исследования моменты, которые в последствие станут ключевыми. Во-первых, многообразие и многозначность трактовок понятия «капитализм», которая наблюдается с самого начала зарождения понятия и на протяжении всей истории его развития, указывает на отсутствие в прошлом (аналогично, как и в настоящем) последовательного и единого дискурса о капитализме, разработка которого и станет задачей нашего дальнейшего исследования. Во-вторых, отмеченное в тексте размежевание понятия «капиталистический способ производства» и «капитализм» с различием закрепленных за ними значений, и последовавшая далее замена первого понятия вторым, послужили для нас ретроспективным объяснением истоков бинарной природы дискурса о капитализме, как способного удерживать и сочетать в себе противоположные определения. Этот пункт окажется ключевым для разработки идеи о том, что в гуманитарной традиции отсутствует дискурс «прямого высказывания» о капитализме, который не был бы прошит марксистской и либеральной риторикой. В-третьих, в тексте поднимается очень важная проблема капиталистической рациональности как явления непосредственно связанного с развитием капитализма, что послужило основой для анализа и разработки понятия капиталистическая иррациональность как неотъемлемой характеристики капитализма. Именно понятие капиталистической иррациональности и разработка целого ряда категорий, с ним связанных, позволит произвести анализ капитализма как явления культуры.

Для того, чтобы наши выводы не казались всего лишь обобщениями, сделанными на материале одного исследования в области истории понятий, нам бы хотелось представить анализ текста Ингомара Бога – автора, работающего в рамках методологии истории понятий.