Екатерина Насута – Ведьмы.Ру (страница 22)

— Я вернулся не так давно. Пару месяцев. Мы встретились и…

— Сюда, — Савельев распахнул дверь. — Анечка, будь добра, надо с молодого человека показания снять. А вы, Данила Антонович, давайте, раздевайтесь до белья и на кушеточку.

— Зачем? Вы же раньше как-то…

Савельев приезжал домой и делал замеры прямо в папином кабинете. И ничего там не надо было ложиться и тем паче раздеваться.

Анечка вытащила из-под кушетки жгут разноцветных проводов с присосками.

— Затем, что одно дело проводить домашнюю проверку, результат которой интересен лишь вам и вашим родителям, и совсем другое — медицинская справка по классической форме. Вот только не говорите, что боитесь?

И усмехнулся этак.

— Не боюсь… я… при поступлении же делали! Точно!

— Именно. Видите. Память у вас вполне цела. Кстати, будет любопытно сравнить показатели. Тогда вы, кажется, были не совсем в форме.

Мягко говоря.

Но…

Данила разделся, стараясь не смотреть на Анечку, которая по габаритам и возрасту давно уже должна была именоваться Анной или даже Анной Павловной. Кушетка оказалась холодной. Присоски тоже. На коже они держаться не хотели и было странно.

Щекотно.

— Расслабьтесь. Прикройте глаза и постарайтесь не сопротивляться. Будет немного неприятно… Анечка, давай с минимального потока.

Что-то загудело, а потом стало ещё более щекотно.

Внутри.

Данила ощутил, как щекотка входит через присоски и расползается по всему телу. От этого тело наливается силой, а та колышется, но как-то вяло, будто внутри не ядро нормального взрослого мага, а такой вот… киселёк?

Или целое кисельное озеро.

Море!

И вот оно колышется раз… колышется…

— Ой, Валентин Петрович!

— Стоять. Данила!

Данила открыл глаза. По коже бежали огоньки, мелкие пока, но шустрые. Данила поспешно втянул пламя в себя. Правда, уходили огоньки очень и очень неохотно. Даже пришлось усилие делать.

— Так, — взгляд Савельева не обещал ничего хорошего. — Анечка… а сходите-ка на обед. Всё-таки время уже…

— А вы?

— Мы тут побеседуем с молодым человеком.

Анечка кивнула всеми тремя подбородками и, поднявшись со стула, направилась к двери. Шла она неспешно и явно без особой охоты. Верно, подозревала что-то такое…

— Всё нехорошо? — спросил Данила, когда за Анечкой закрылась дверь. — Я могу… сесть?

— Садитесь, если будет легче.

Присоски отцеплялись с резким чпокающим звуком. И это тоже нервировало. А ещё Савельев вытащил из машины длинную ленту, которую презадумчиво разглядывал. Потом смотрел на Данилу.

И на ленту.

И снова на Данилу.

— Эм… мне собирать вещи? Следом за Стасом?

Шутка. Но как-то Савельев не смеётся.

— Сидите, — приказ этот звучит жёстко и руки стискивают голову. Целительская сила льётся потоком и уходит туда, в кисельное море. Чтоб его… — Странно.

— Что?

— Я был уверен, что вы что-то успели принять.

— Здесь⁈ — Данила что, дурак?

— Вы не поверите, но это не такое уж редкое явление. Однако вы чисты… — и взгляд опять задумчив.

— Это хорошо?

— В какой-то мере… в какой-то мере… во всяком случае, детоксикация не требуется, как и моё заявление. Сами понимаете, что при повторном… инциденте я обязан был бы сообщить. Ваш отец, конечно, многое сделал и для клиники, и для меня, но… это особый случай.

Огоньки поползли по рукам и погасли.

— Но справку я вам дать не могу.

— Почему?

— Уровень у вас высокий, но вот, — Савельев потянул ленту и, оторвав кусок, дал Даниле. — Видите?

Какие-то линии. Бумага скользкая и в клеточку. По ней ползёт синяя змея, где-то вверху, а под нею — красная, этакими скачущими горбиками. Причём одни маленькие, другие тонкие и длинные.

— Вижу. Но не понимаю, — честно сказал Данила.

— Синий цвет — это общий уровень силы. Обратите внимание, даже здесь имеется нестабильность. Она обычно свойственна молодым магам, дар которых развивается. Ядро полно силы, но она распределяется неравномерно. Пики — своего рода микровыбросы, а вот провалы — узкие места в энергетической системе.

У Данилы нет узких мест.

И какие, к демонам, микровыбросы, если он давно уже стабилен.

— Конечно, в вашем возрасте линия должна быть куда более сглаженной… неровность её говорит о незавёршённости развития или отсутствии внятного обучения. Поскольку второе невозможно, то я бы сказал, что уровень способен вырасти. Но вот это куда хуже.

Палец Савельева указал на красную.

— Это стабильность энергетического потока. Она тоже должна быть ровной… вот, чёрную видишь? Показывает подачу энергии извне. От машины в данном случае. И при нормальном контроле твоя сила дала бы линию, полностью повторяющую чёрную.

Ни хрена она не повторяет.

Вверх.

Вниз.

Вверх больше. И кочками какими-то.

— В естественном состоянии человек просто поглощает и распределяет внешнюю энергию. И то, как он это делает, отражается на диаграмме. Чем быстрее происходит процесс, тем меньше разрыв.

— А у меня…

— А у тебя, сам видишь… вот увеличение подачи энергии вызывает локальные микровспышки, и стихийный отклик твоей силы, потом она гаснет и снова даёт о себе знать.

— И… о чём это говорит?

— О твоей нестабильности, — Савельев забрал ленту. — Подобный рисунок свойственен детям.

— Но я…

— Давно не ребенок. Или магам, пережившим травму. Сильное истощение… о чём я и напишу.

— Но истощения не было?