Екатерина Насута – Ведьмы.Ру 3 (страница 93)
И не будет.
Милочка… Милочку поэтому и берут на этого паренька, как на наживку. И она ведь клюнула. Такая хладнокровная и расчётливая, но всё одно живая, если не для любви, то для ненависти.
Ничего.
Милочка, конечно, многое знает, но знания её надёжно закрыты. Он в тот раз ещё не поскупился. Сама она сообразит, что надо молчать. А остальное — дело техники. И времени.
Времени ему как раз обычно и не хватало.
И сейчас оно уходило песком сквозь пальцы… но в ушах звучал голос ведьмы. Прямо пойдёшь… как будто он может пойти иначе. Хозяин набрал номер Вахрякова.
Абонент по-прежнему был не доступен.
Глава 39
Где приходится принимать решение
Сердце стучало.
Быстро так.
Тук-тук-тук. И это было не её, Ульяны, сердце. Другое. Оно находилось рядом, но почему-то никто, кроме неё, не слышал.
— Да вы поймите, нет нужды что-то откладывать! Эта контора точно завязана в делах по самые уши! — горячился Данила, доказывая усталому лысоватому человеку, что коллекторов никак нельзя оставлять в покое. И надо брать, причём прямо сейчас. — Вам и делать ничего не придётся! Мы с Вильгельмом всё спланировали!
Коллекторы.
Люди.
Суета.
Вот к чему суетится, если можно просто сидеть и слушать, как стучит сердце. Тук-тук.
И ещё — тук.
Оно рядом. Ульяна знает, что если захочет, то может взглянуть. Но не знает, хочет ли смотреть.
— Я понимаю ваш энтузиазм, молодой человек, однако любая операция должна быть тщательно подготовлена…
Тук-тук-тук.
Кто там?
Никого. Все тут. На лавочке у стены Стас устроился, прислонился к этой самой стене и изо всех сил старается не пялится на Лялю. Только взгляд его рассеянный то и дело возвращается к ней. И тогда на губах появляется совершенно идиотская улыбка. А вот Марго и Элька держатся за руки, будто боятся, что снова потеряют друг друга.
И немного завидно.
У Ульяны никогда не было таких подруг.
У неё вообще не было подруг. И эти… они, как и все другие, не друзья, а просто решают свои проблемы за счёт Ульяны. Всегда так было. И ничего не изменилось.
Тук-тук-тук. Будто быстрее.
— Смотрите, мыши тайно проникнут в хранилище и вынесут все документы, затем…
Данила излагает бодро. Но от его голоса внутри вспыхивает раздражение, потому что голос этот перекрывает стук сердца. Ульяне же хочется слушать сердце, а не Данилу.
Бестолочь.
Что он себе вообразил? Постоянно действовал на нервы, изматывал, издевался, а теперь вот жених. Он и прощения-то не попросил за то, что было. Выкинул из памяти и всё. Решил, что ему, как жениху, всё прощено и дозволено? Вон, распоряжается в её доме, как в собственном. Планы какие-то строит. И даже не поинтересовался, что Ульяна об этих планах думает. Думает ли хоть что-то.
Она коснулась головы, пытаясь справиться с этими мыслями.
— Медлить нельзя! Как только поймут, что «Птица» всё, то и начнут заметать следы.
— Не заметут. Мои люди ждут приказа. И поверьте, у них большой список объектов. За господином Потыниным мы также ведём наблюдение. И «Вектру» возьмут быстро.
— Так тем более… Вильгельм готов к завоеваниям! Пользуйтесь!
Что-то говорят.
Обсуждают.
Как они все надоели. Ляля, что уселась в углу, забравшись на табуретку с ногами. Сгорбилась над телефоном. Что она разглядывает? Свадебные наряды? Ульяна тоже посмотрела бы, но…
— Прошу простить за вторжение в личное пространство, — голос демона отвлёк от злости, что вспыхнула внутри. — Однако я ощущаю колебания силы. И мне слышится в них некоторый диссонанс.
А ему что надо?
Что им всем от Ульяны надо?
— Тебе плохо? — Василий склонил голову. А рожки подросли. Смешные. Чуть загибаются и выглядят совершенно несерьёзными.
— Да. Это…
— Сила источника вступает в конфликт с печатями.
— Да нет. Просто… просто всё непросто. В том смысле, что сложно. У меня голова трещит, — пожаловалась Ульяна. — Все тут и…
Игорёк о чём-то тихо разговаривает по телефону. А Никита забрался на колени к Марго и растянулся, притворяясь обычной собакой.
Но Ульяна их всё равно ощущает.
Здесь.
Всех и каждого.
— Избыток одарённых в малом объеме пространства может оказывать негативное влияние на энергетическую стабильность данного пространства, что в свою очередь будет сказываться…
— Вась…
— Тебе стоит сменить место дислокации, — он вдруг понял то, что не понимала сама Ульяна. — Я могу тебя сопроводить. Кроме того, я бы хотел поговорить с тобой.
— Хорошо…
Она встала. И все вдруг замолчали.
— Я выйду, — сказала Ульяна. — Во двор. Просто во двор. И не надо меня сопровождать! Пожалуйста… и грабить коллекторов тоже не надо. Это была идея, но… но сейчас в ней особого смысла нет. А вы лучше в подвал сходите. Познакомьте Фёдора Фёдоровича с Вильгельмом. Пусть устанавливает дипломатические отношения и совместно решают, кого и когда завоёвывать.
А если установит?
И посольство откроет? Вот прямо в подвале. Ладно, мышиная империя. Она не особо и мешает, если так-то. Но посольство — совсем другое дело.
И тьма колыхнулась.
Опять заныло, что надо их прогнать. Всех. Что никто-то из них Ульяне не нужен. Сама справится. Всегда ведь и со всем справлялась, и значит, сейчас тоже.
Она поспешно выскочила во двор, кажется, даже дверь за собой не придержав.
— Уль… — Данила выставил руку и дверь хлопнула о неё, а не о косяк.
— Он испытывает волнение, — заметил Василий, выходя следом. — Я поставил его в известность, что мы будем иметь приватную беседу. Он сказал, что набьёт мне морду. Мне показалось, что это очень личное.
— Да… — на улице действительно стало легче дышать. — Бить морду — это очень личное.
Трещали кузнечики в траве. И пахло ночью, а ещё сыростью и прудом, который, кажется, подобрался вплотную к участку. Ещё не хватало, чтобы тут болото появилось.