Екатерина Насута – Кицхен отправляется служить (страница 84)

Даглас принюхался.

Потом снова.

И опустился на четвереньки. Нет, не показалось.

— Даже спрашивать не хочу, господин капитан, что вы теперь делаете.

— Руку, — потребовал Даглас. И Персиваль молча протянул.

Да, так и есть.

Другой.

От лейтенанта несло туалетной водой и потом, смесь в итоге получалась ядрёная, а главное, уникальная.

— Отойди…

— А мне казалось, что ты маг.

— Маг. И убери ещё слой… давай, по максимуму.

Место же отличное. Ель старая. Условия не те, чтоб высокой вышла, но вширь вытянулась, растолкала молодые сосны колючими своими лапами. Те и стекают сверху естественным шатром. Самое милое дело привал устроить. И снаружи незаметно, и изнутри, что надо видать, и в целом-то.

Даглас сосредоточился и сделал глубокий медленный вдох, прочищая нос. Сразу закололо, засвербело, зачесалось.

— Объяснишь?

— Куда я денусь, — Даглас поморщился, надеясь, что получится. В конце концов, он всё-таки даже не полукровка, а… как это назвать, когда нужной крови не половина, а одна шестнадцатая?

И та просыпается время от времени.

— Моя прабабка была из иных.

— Оборотней?

— Двуликих. Оборотни — это не вежливо.

— Ну да, — Персиваль потёр шею. — С прабабками и бабками нужно быть предельно вежливым.

Показалось, что сказано это было искренне и на основании большого жизненного опыта.

— Я её не застал. Да и кровь уже сильно разбавлена. Я не то что обличье не сменю, я… в общем-то ничем от человека не отличаюсь. Разве что при нужде могу вот запахи чуять.

— Неплохо.

— Да как сказать… лучше обычного человека, но куда хуже любой собаки.

— Собаки, может, и чуют чего, но вот обычно о том не рассказывают. А ты постоянно так? С запахами?

— Нет. Напрячься надо. Сосредоточиться. Силу перенаправить, одной крови тут будет маловато. Да и так хватит меня минут на десять, а потом всё… и получается через раз, честно говоря.

Но сегодня получится. Правда, сегодня Даглас запахи чувствовал особенно остро. И тот, что принадлежал Персивалю, ушёл с иглой. А ведь её и вправду подняли снизу, потому что пахла та уж больно характерно — прелой сытной землёй.

— Мой дед до того, как с лошадьми связался, служил, — Даглас сосредоточился на рисунке запахов. Хотя говорить это не мешало.

— И не в простых войсках?

— Да. Он и дядьку учил кое-чему, хотя тот куда слабее… а я и вовсе. Не важно. Ещё снимай. Только чуть-чуть, буквально сверху. Стоп.

Вот и нужный слой. Здесь и иглы более светлые, свежей зелени, и запах сохранили. Запахи.

— Трое, — Даглас втянул их, разделяя на нити.

Люди.

Точно люди.

И люди, которые довольно давно не мылись. Это хорошо. Для Дагласа.

Огонь.

Дым. Металл. Металл остаётся на коже надолго. Ещё пот. Едкий. Резкий. Моча… слабо. Те, кто прятались здесь, рядом не гадили. Да и костров не раскладывали. И запах дыма есть, но не застарелый.

Даглас крутанулся и выбрался из-под ели.

Поморщился.

Нет. Здесь он след не возьмёт.

— Трое, — повторил он. — От одного сильно пахнет металлом. И да, маги оставляют не только запах.

Персиваль молча протянул несчастную пробку. И Даглас, склонившись над ней, втянулвоздух.

— Да, — сказал он, пусть и не сразу. Голова заныла, предупреждая, что стоит быть аккуратней. — Он.

— А бутылка?

— Другой. Тоже маг, но… болото, что ли. И трава.

— Водник?

— Или природник. Я не различу, к сожалению, — он потёр нос, и запахи отступили. — Извини. Теперь заложит… эти двое сидели тут. Запах третьего много слабее. Более того, он такой… с табаком, с перцем. Неприятный.

— Собака не возьмёт?

— Собака — определённо. Как будто…

— Нарочно?

— Да. И эта вонь напрочь перекрывает его собственный.

— Но он маг?

Даглас задумался на долю секунды, но всё-таки кивнул. Было в запахе что-то такое, сложно объяснимое.

— Так… три мага, которым вдруг что-то понадобилось на местных болотах, — Персиваль взмахнул рукой, выпуская дюжину ветерков. — И которые настолько скромны, что предпочитают жить под ёлкой, дабы не стеснять присутствием своим хозяев.

— Они очень давно под ёлкой живут. Не конкретно под этой, но в принципе, — Даглас потрогал нос, который нестерпимо чесался, причём изнутри. — Пот застарелый, едкий. И моются они, когда выходит, в том же болоте.

— Ага… три мага на болотах. Слушай, это одному мне подозрительным кажется?

— Нет.

Герцог послал?

Но зачем?

Чтобы проследить, как Даглас выполняет договор? И выполняет ли вовсе? Нет, ерунда. Во-первых, нанять магов недёшево. Во-вторых, что они могут проследить, сидя на болотах?

— Слушай, а ты по следу не пройдёшь? Ну, чисто теоретически?

— Даже теоретически, — голос прозвучал гнусаво. Значит, скоро Даглас окончательно потеряет возможность дышать носом. И будет сопеть через приоткрытую пасть. А потом, уже к вечеру, сопли потекут, добавив образу нужного романтизму.

Всем же известно, чем сопливей кавалер, тем он милее.

— Жаль, — сказал Персиваль как-то очень уж легко. — Итак, что мы имеем. Три мага торчат в этой глуши, сидят под ёлкой…

— Два. Два сидят. Один уходил и приходил.