Екатерина Насута – Кицхен отправляется служить (страница 70)
Старое зеркало отразило картину, в общем, довольно привычную. Разве что волосы после мытья дыбом поднимались. И побриться не мешало бы.
И вообще собраться, а то тоже хорош.
Комендант.
— И предам тебя, уродище криворожее, смерти…
Ударился в страдания.
Крепость не та.
Люди не те.
Всё не то. Как будто кто-то когда-то обещал, что будет легко.
— Так, — Трувор произнёс это, глядя на своё отражение. — Во-первых, пора провести собрание. Во-вторых, толковую инвентаризацию.
Чтоб… она не на один день затянется. Но, по-хорошему, с самого начала стоило озаботиться.
— Комиссию собрать. Пройтись. Сличить всё по описи до последней доски. Свести воедино. Добавить перечень недостатков. В доклад. В нескольких экземплярах, — Трувор кивнул отражению, чувствуя, как раздражение и бессилие сменяются здоровой злостью.
С какого он вообще расклеился? Давно пора было действовать.
И выходит, что ему нужно было купание в луже тухлой воды, чтобы очнуться?
— Отправлять не только по прямой линии, — Трувор произнёс это чуть тише. Судя по тому, как легко прошло его назначение, о происходившем в крепости знали. Может, не всё, но многое. Следовательно, его доклад в лучшем случае потеряют.
В худшем, его же и выставят виноватым.
Тогда…
Отцу отписать? У него, кто бы там что ни говорил про родовитость, хватает разного рода знакомых. Найдутся и те, кто вхож, если не к королю, то к канцлеру. И ещё один экземпляр — тайникам. Пусть они и занимаются заговорами и угрозами безопасности, но состояние, в котором находится крепость, угрозой и является.
— Именно, — Трувор подтвердил мысль вслух.
Вот так-то лучше.
— Дальше. Выяснить, кто из магов на что способен. И приставить к делу…
— Чудесно! — раздался нежный голос, заставивший Трувора резко обернуться. — Позвольте сказать, что решительные мужчины всегда внушают уважение.
Что за…
— Вы кто? — осторожно поинтересовался Трувор, пытаясь понять, откуда в его покоях взялась эта дама средних лет.
Узкое личико. Круглые очки. Волосы, зачёсанные гладко. Аккуратный пучок на затылке. И серое скромное платье, которое прилично носить гувернанткам и экономкам. Может, конечно, и ещё кому.
— Тэра Урсула, — в руках дама держала книгу в яркой обложке. — Прошу простить моё неуемное любопытство, но, понимаете, когда столько лет ты привязана к одному месту и вдруг чудесным образом оказываешься в другом, то…
Она шагнула и, оказавшись напротив зеркала, нахмурилась.
— Никогда этого не понимала! Кто придумал дурацкое правило?
В зеркале дама не отражалась.
И как-то вот в комнате похолодало. Ощутимо. И по спине побежали мурашки.
— Нет, нет, не стоит переживать! Я приличный призрак, — тэра Урсула взмахнула рукой. — Просто очень любопытный. Маленькая, знаете ли, женская слабость.
Трувор кивнул.
Так.
Маг смерти.
Или некромант.
Кто из этой парочки отличился?
— Одна радость в смерти, что можно позволить себе маленькую женскую слабость, но тоже… знаете, меня учили, что тэра в любой ситуации сохраняет достоинство.
А главное, тон у неё характерный. Точно так же разговаривала гувернантка сестры. И да, выглядела весьма похоже, разве что очки у неё были несколько круглее, а воротничок скрепляла сердоликовая камея.
— Вы не представились, — тэра Урсула отошла от зеркала. — Это несколько невежливо.
— Простите мои дурные манеры, — Трувор поклонился. — Тэр Трувор дэр Броуни, комендант крепости Таут-ан-Дан, в которой вы имеете честь находиться. Могу ли я узнать, как вы сюда попали?
И кого за этакий подарок обматерить.
— Безусловно, — тэра Урсула проплыла по комнате, остановившись у стола. — Вам не говорили, что своё рабочее место нужно держать в порядке? Что порядок на столе приводит к порядку в мыслях и устремлениях?
Точно, гувернантка.
— Как вы сюда попали? — повторил Трувор вопрос.
И заодно попытался вспомнить, что он слышал о призраках.
Потерянные души, связанные или словом, или проклятьем, или незавершенным делом. Бродят меж миров, но людям повредить не способны.
Кажется.
— С мальчиками приехала, конечно.
Кто бы сомневался.
Каэр.
Снова Каэр.
— Но вы им не говорите. Я стараюсь не попадаться на глаза. Карлуша такой впечатлительный… — она сложила руки на груди. — Не хотелось бы его волновать.
Ну да, мага смерти действительно лучше не волновать.
— А вы им кто?
— Я? Гувернантка. Ах, это было чудесное время! — Урсула крутанулась, и юбка её тоскливого наряда на мгновенье изменила цвет, полыхнув алым. — Меня пригласили помочь с воспитанием детей. Конечно, о Каэр ходили разные слухи, но аббатиса Ноэр заверила, что не стоит им верить. Да и каков выбор у той, кто не имеет ни связей, ни родни, ни приданого? Тут же и оклад положили втрое против обычного, и полное содержание. И переезд оплатили.
Урсула вздохнула.
— Я и сейчас помню своё волнение. И даже страх. Но меня приняли, как родную… как дорогую сестру…
Только, видать, в конце концов всё-таки замучили.
— А детишки? Прелестные малыши!
Это она про тех, что ли?
Трувор поскрёбся и всё-таки понюхал пальцы.
— Между прочим, это крайне неприлично, обнюхивать себя во время беседы с дамой. Позвольте дать вам небольшой совет. Даже если вам кажется, что от вас исходит не самый приятный аромат, стоит держаться с видом независимым и спокойным. И ни в коем случае не злоупотреблять ароматной водой. Это лишь усугубит проблему. Постарайтесь просто соблюдать гигиену, чаще принимайте ванну…
Хотя, может, и не зря её Каэры-то…
— Я учту, — сухо ответил Трувор. — Значит, вы их учили?
— Их в том числе.
А может, она сама на тот свет отправилась? От перенапряжения? Переусердствовала, так сказать, в процессе донесения знаний? Что-то сомнительно, что Каэры были идеальными воспитанниками?