Екатерина Насута – Громов: Хозяин теней (страница 28)
Глава 10
Глава 10
— … думаешь, окрутила старого маразматика и теперь в шоколаде будешь? — это змеиное шипение пробивалось сквозь писк приборов.
— Пусти.
А тут голос спокойный, уверенный. Главное, что незнакомый. Ну, мне так в первое мгновенье показалось. Но потом я вспомнил, что с Тимохиной матушкой договорился.
— У него уже есть женушка… такая же шлюха, как ты, только престарелая.
— Я сейчас охрану позову.
— И что мне эта охрана…
Я пошевелил пальцами, отмечая, что онемение никуда не делось. И вообще гнутся они так себе, с трудом гнутся. Но вот колечко на мизинце сдавить получилось.
И охранник тотчас заглянул в палату.
— Савелий Иванович? — голос его был встревожен.
— У… убери, — просипел я, указав на… кем он там мне приходится? Племянником по линии отца? Есть для этого родства особое название?
Без понятия.
Охранник уточнять не стал, подошёл и взял типчика под локоток.
— Вам пора.
— Вы… я жаловаться буду!
— Объясни… — я закашлялся, и женщина тотчас оказалась у кровати. Изголовье приподняла, как-то подхватила меня, повернула, нажала. И утку подставила, в которую и плюхнулся темный комок.
Дерьмо.
И по взгляду женщины… чтоб её, имя вылетело из головы, понимаю, что ничего хорошего.
— Врача…
— Попить дай.
Спорить она не спорит. И стакан держит. И меня. Сделать получается пару глотков.
— Ваша жена просила сказать, если вы вдруг очнётесь.
— Давно я в отключке?
Вода смывает вкус дерьма, да и губы разлипаются. И в целом говорить выходит.
— Третьи сутки.
И снова отворачивается.
— В покойники записали?
А она умеет улыбаться. Вроде разумная женщина. Как она в такое дерьмо, как бывший муж, вляпалась? Хотя… Ленка тоже вон разумная женщина, а в меня вляпалась, иначе и не скажешь.
И хотелось бы думать, что я лучше, чем тот придурок.
В чём-то точно лучше, но…
Тоже придурок.
Просто по-своему.
— Ваша супруга сказала, что вы так просто не сдадитесь. Я всё-таки должна сообщить…
— Выживают? — уточняю. И по взгляду вижу, что да. Она чужая. Клиника-то не из простых. И зарплаты здесь, соответственно, тоже повыше будут. А плюс ещё чаевые или как там принято. В общем, места здесь давно и прочно заняты. И мой каприз воспринят, как покушение на устои.
Мне-то никто и слова поперек не скажет. Как и вдоль.
А вот ей придётся несладко.
— Сообщай, — разрешаю. — И Ленке позвони… и этого кликни, кто там сегодня?
— Геннадий.
С охраной, стало быть, познакомилась.
Геннадий…
В упор не помню. Когда-то знал всех поимённо. Сам искал, подбирал, выбирал. И мнилось, что так будет всегда. А вот поди ж ты… чем больше предприятие, тем больше на нём народу. Пришлось учиться делегировать полномочия.
Геннадий отсутствует недолго. И возвращается, когда женщина — надо имя спросить, а то неудобно как-то — выходит.
— Как этот?
— Вывел. Пробовал оказывать сопротивление. Угрожал.
— Не бил?
Геннадий чуть головой дёрнул.
— Надо было?
— Нет.
Я поморщился. В груди нарастал другой ком. И значит, лёгкие отказывают. Или сосуды в них лопаются. А значит, скоро задохнусь, своей кровью захлебнувшись.
— Этот сразу жаловаться пойдёт. Вот что… будет к тебе особое дело. Пригляди. За этой…
— Полиной? — уточнил Геннадий.
— Именно.
Потому что чую, что муженёк её бывший то еще дерьмище. И если в моей палате он буянить не рискнет, то как знать, что там, за пределами. И под больничкою подкараулить станется. И у дома.
— Скажешь… что я тебя по особому… графику…
Я всё-таки закашливаюсь и ровно в тот момент, когда в палату возвращается Полина с врачом вместе. Они и помогают избавиться от очередного комка.
— В лёгких скапливается жидкость, — врач хмур. — Надо ставить…
— Ставьте, — разрешаю ему, не позволив договорить. — Если нужно. Только погоди… немного. Иди. Подожди.
Это врача злит. Ну да, он же врач, а я с ним как с лакеем. Потом извинюсь. Времени немного.
— Ты, — смотрю на Полину. — Одна чтоб ходить не смела. Вот. Гена за тобой приглядит. Провожать. Встречать. Куда ехать надо — скажешь. Отвезёт. И назад. Ясно?
— В этом нет необходимости.
— Не тебе решать.
Будет она тут со мной спорить. Вон, и Геннадий со мной согласен, потому как кивает.