Екатерина Началова – Захватить королеву (страница 4)

Тоска.

Лекция о дипломатических отношениях с Фадией в небольшом тёмном кабинете дипломата казалась бесконечной. Честно пытаясь держаться, я скучающе подперла рукой подбородок.

– …вот так делать нельзя, Ваша Милость, – прошелестел мой учитель географии и этикета из рода Змей. – Прошу вас сесть по этикету. Именно этикет показывает наше уважение к гостю. Несоблюдение этикета – оскорбит его.

Пожилой дипломат Занкирус с седой острой бородкой смотрел почтительно, но строго. Я недовольно вздохнула, но послушно вернула руку на колени и выпрямила спину. У дочери Хаоса традиционно сложные отношения с правилами. Дипломат кивнул и заговорил точно с того момента, на котором остановился.

– … также Фадийская империя граничит с нами не только по границе Илийских гор, на которые они предъявляют права, но и по реке… помните, как она называется?

Сенсей, пощади. Прошло уже часа три…

– Река Илийянь, – покорно вспомнила я.

«Катя, держись! Ты должна приложить все свои усилия, чтобы стать хорошей профессиональной королевой!»

– Верно, – удовлетворённо двинул бородкой Змей. Он был из рода ядовитых Змей, которые могли убить ядом, вырабатывающимся в верхних клыках. Я всё пыталась высмотреть их, но строгий Занкирус не поддавался ни на шутки, ни на гнев, держа челюсти крепко сомкнутыми, и не приближался ко мне ближе, чем на три шага.

– Мы хотим сохранить дружеские отношения, при этом отстоять свои интересы. Но истинный дипломат будет скрывать свои желания. Вы не должны говорить о том, чего хотите, а также не должны говорить о том, чего не хотите.

– О чём же тогда говорить? – устало воззрилась на него. День был длинным.

– Говорите о том, что будет дозволено королём, – скептически посмотрел на меня Змей. – Также старайтесь не говорить прямо «нет». Облекайте отказ в более мягкую, завуалированную форму. Дипломатия, Ваша Милость – это искусство… Искусство произносить фразу «Хорошо, хорошо» до тех пор, пока под руку не попадётся хороший кинжал.

– Хорошо, хорошо… – рассеянно согласилась я, автоматически глянув на скрещенные на стене мечи.

На этом месте строгий Змей улыбнулся, но клыки всё равно не показал.

– Очень хорошо, – оценил он. – Пожалуй, мы закончили. Позвольте напоследок посоветовать вам не волноваться. Зная ваше… происхождение и неопытность, а также, принимая во внимание то, что вы женщина, вам простят небольшие проколы, Ваша Милость.

«А не прикусить бы его самому себе язык…» – подумала я.

…но вслух дипломатично поблагодарила Змея за уделённое время и дарованную мудрость. И даже выразила надежду на дополнительные уроки.

Пожалуй, урок дипломатии можно назвать усвоенным.

«Действуем строго по инструкции, а лучше молчим, слушаем мужа и принимаем подарки правой рукой… Какого Хаоса? Это можно было уложить в десять минут!»

***

За мной были закреплены несколько комнат, похожих на огромную квартиру: спальня, приемная, рабочий кабинет. Рег предпочитал, чтобы у каждого из нас оставалась своя территория, и очень настаивал на четком расписании встреч. Надо сказать, последнее плохо вписывалось в мои представления о семье. Если положение о территории я худо-бедно принимала, понимая, что у короля свой, порой непредсказуемый график, то расписание предпочитала игнорировать. На сегодня бессердечный листок бумаги предлагал мне крепкий раздельный сон.

Я пыталась. Настроение было в некотором раздрае после всех лекций, новостей, предстоящей встречи с фадийцем. Аргирос еще… Пометавшись в одиночестве на кровати, вспомнив к тому же еще и Наяра, я замерзла, снова ощутила неясную грызущую тоску, смешанную с депрессией, и окончательно расстроилась. Немного пометавшись по кровати, я в очередной раз плюнула на правила, и прокралась в покои Рега. Я знала, стоит мне прижаться к нему, как все пройдет.

Он лежал обнаженным на своей кровати и мерно дышал. Мягкий свет от прихваченной мной свечи озарил поджарое мужское тело и ужасные шрамы, оставшиеся после игры. Шрамам предстояло затянуться за ночь. На цыпочках прокравшись к кровати, я ползком пролезла к мужу, действуя так тихо, что позавидовал бы любой Змей, и вздрогнула от неожиданности, услышав повелительный мужской голос:

– Опять нарушаешь.

«Черт!»

– Я думала, ты уже спишь…

– Правильно думала.

Не открывая глаз, Рег протянул ко мне руку. Я с облегчением заползла на его плечо и зарылась носом в кожу, прижимаясь как можно крепче. Невероятное блаженство, ощущение тепла и родства, в которое вмешивалось и возбуждение, и эйфория, и абсолютное, ни в чем не нуждающееся счастье. Все это с ног до головы пронизывало меня невидимыми нитями, заставляя вытягиваться стрункой, ни о чем больше не переживать и, как будто, даже парить… Такого как с Регненсесом я не ощущала ни с кем, никогда.

– Ты должна соблюдать правила, Катерина, – сквозь блаженные чувства голос Рега звучал сурово. – Они созданы не просто так.

– Я должна была побыть с тобой… Не могу без тебя…

Несколько осуждающе скривив нос, Регненсес замолчал. Он мерно дышал. Я тихо погладила кубики на твердом бархатном животе. Бронзовую кожу по диагонали пересекал длинный свежий шрам, дарованный Аргиросом.

– Тебе не больно?

– Нет, – по голосу Рег не особенно хотел разговаривать. Мне поговорить хотелось. Особенно о том, что беспокоило.

– Я думаю о завтра… Волнуюсь, – его рука мерно погладила меня по плечу, я вздохнула, прижимаясь теснее. – Давно хотела спросить… Что у вас случилось с братом?

Вопрос вертелся в голове уже несколько месяцев, а после сегодняшней игры и вовсе вышел на первый план. Должно же быть какое-то объяснение этому вечному состязанию.

Рег не открыл глаза. Я заметила только неуловимое недовольное движение, его губы чуть изогнулись буквально на миллиметр, но уже видела, что вопрос ему не нравится. Если бы я была не равной ему, как в прошлом, он бы уже рыкнул, осадил бы. А сейчас морщится, но мирно лежит и думает, что ответить.

Заулыбавшись от этих мыслей, я с удовольствием прикрыла глаза, ощущая, как успокаиваюсь. На ответе решила не настаивать. Прижавшись щекой к груди мужа, я закрыла глаза, слушая как мерно бьется его сердце.

Рассеянно поглаживая меня, Рег молчал несколько минут. Согревшись у теплого бока, я уже начала блаженно дремать, когда он заговорил.

– Когда-то мы были близки, – прозвучал задумчивый голос. – Ты, наверное, знаешь, что близнецы чувствуют друг друга?

– Да, – проговорила сонно. – Слышала.

– Это правда, – медленно ответил Рег. – Чувствуют боль, радость, страх – собственно всё… Связь сильна. Настолько сильна, что я не рассматривал Аргироса как брата – он был продолжением меня, а я – продолжением его. Мы были единым драконом с двумя головами, четырьмя крыльями, двадцатью когтями и двумя членами.

– Как интересно… – улыбнулась я, представляя драконов.

– Мы знаем друг друга лучше, чем кто-либо когда-либо узнает… Первые пятьдесят лет были неразлучны. Делили на двоих всё: утро, дни, ночи, еду, схватки, женщин…

Сон постепенно начал уходить. Я заморгала, откровенно представляя как братья делят женщину.

– …с возрастом мы слегка разделились, но всё ещё оставались рядом. Ты спросила, что случилось? Однажды я полюбил… – мужская рука перестала гладить меня и замерла.

Приподнялась, чтобы видеть его глаза. Рег отстраненно смотрел вперед, глаза под ресницами светились печалью: он вспоминал. Дракон был на триста лет старше меня, прожил гораздо больше жизней. Порой я ощущала разницу между нами довольно отчетливо. Сейчас был тот самый момент.

– Любовь была первой, сильной… Она захватила меня, и я уже не захотел делиться с братом. Но Арг не принял это, не понял… – вполголоса продолжил Рег. – Он всё ещё считал нас единым целым, когда прилетел к ней. Он выдал себя за меня и овладел ею… А она отдалась ему, не сумев различить нас.

Ах, ты ж ничего себе история…! Я окончательно проснулась, с круглыми глазами переваривая информацию.

– Тогда я не смог простить ни его, ни её. С этого события наши дороги разошлись и началось противостояние, – договорил Рег и замолчал.

Замерев, я тихонько вздохнула и потянулась губами к его груди, целуя то место, под которым колотится сердце.

– Ты скучаешь по нему? – мне стало больно за мужа. Потеря брата, любимой… Как же это, должно быть, было тяжело!

– Я привык к тому, что есть, – коротко ответил.

Значит «да»…

– А по ней? – мне нужно было знать.

Мужская рука погладила мою спину.

– Крошка… Теперь я не уверен, что помню ее лицо… – он помолчал. – А наша связь с братом не исчезла. Я прекрасно знаю, что он чувствует. И он знает, что ощущаю я. Даже, если встречаемся редко. Мы слишком похожи…

– Рег, – тревожно заглянула мужу в глаза, – а ты не боишься оставлять его здесь, со мной? А то мне сейчас стало слегка не по себе.

Мне стало совсем не по себе. «Аргирос, играющий роль Регненсеса с его женой…»

Муж чуть приоткрыл ресницы, ответив мне задумчивым взглядом.

– Это не просто… Но я не вижу другого варианта. Государство важнее моей ревности, к тому же… Сейчас всё иначе, чем в юности. Мы с Аргом изменились, повзрослели, обстоятельства иные, а ты – различаешь нас.

– Различаю… – кивнула.

Он помолчал.

– …постарайся не оставаться с ним наедине.

– Хорошо… – снова кивнула.

– Соблюдай правила…