Екатерина Началова – Опасное положение (страница 1)
Екатерина Началова
Опасное положение
Глава 1. Нехорошее зеркало
Когда я вижу своего мужа, то представляю не ворона, пусть он и принадлежит этому роду. Он – тень. Тень, которая проникает за любые двери, окна, заглядывает в мысли, в желания, видит всё. Звучит угрожающе? Пожалуй, да. Если тень не на твоей стороне, она накроет тебя, где бы ты не спрятался, куда бы не забился. А затем тень вывернет тебя наизнанку, потому что всеведущий Ворон умеет быть безжалостным. Он узнает, что ты делал сегодня утром, будет осведомлен о том, что ты хотел бы скрыть. Маленькие грязные делишки? Пошлые мысли? Стыдные тайны? Тень будет знать. Как? Если у тебя есть нос, ты чувствуешь запахи. Если у тебя есть глаза, ты видишь свет. Яр читает мысли.
Утром я пританцовываю, пока умываюсь, и тут же вижу на губах мужа улыбку. Он слышит мелодию в моей голове и имеет возможность насладиться моим же голосом, который мысленно подпевает песне. Заметив недовольную гримасу, всеведущий заботливо одаривает меня контрольным поцелуем в висок и старательно не замечает некоторое время, великодушно позволяя оправиться и накопить немного тайн… до вечера. Нет, Ворон уважает личное пространство и даже не читает меня намеренно, но невольно слышит и ничего не может с этим поделать.
Через триста таких утр я уже не уверена, есть ли во мне хоть что-то, о чем бы Яр не знал. Это слегка напрягает. Я ведь живой человек, предпочла бы скрыть некоторые… детали.
Очередное утро началось с того, что я вылезла из ванной, закуталась в халат, а затем пошаркала к зеркалу. Задумчиво постояв перед ним, я, наконец, фыркнула и, на манер эксгибициониста, подкарауливший случайного прохожего, решительно распахнула халат.
Высокое напольное зеркало смотрело на меня округлив стеклянные глаза. Я покрутилась то одним боком, то другим… С каждой секундой становилось всё страшнее: из отражения на меня смотрел бегемот.
До родов осталось всего две недели.
Ох…
Бегемоты очень даже забавные и симпатичные животные, но я не ожидала, что за пару месяцев превращусь в одного из них. Грудь увеличилась, но это полбеды – я ее не узнавала. Ареолы сосков явно потемнели и угрожающе расширились. Или всегда так было? Не может такого быть! Или может? Мне кажется, что они были ближе к розовому, чем к коричневому…
Поначалу я отслеживала изменения своего тела тщательно и любовно, гордясь красиво выпячивающимся животиком. Но ближе к последнему месяцу, изменения стали какими-то слишком глобальными, а животик превратился… в живот. Нет, в ЖИВОТ.
Впечатленная донельзя, я повернулась в профиль, критически осматривая новые очертания. Без усилий преодолев линию груди, живот уже стал самой выдающейся моей точкой, напоминая вершину горы, которую зачем-то положили на бок. Под неожиданно вылупившимся пупком красовалась вертикальная темная полоска. Кожу украшали растяжки оптимистичного ярко-бордового цвета. Организм сигнализировал, что кожа тянуться закончила и время приступить к разрывам.
Однозначно… Однозначно самец бегемота должен быть вдохновлен моим видом.
К сожалению, под рукой у меня только самец Ворона, и мне интересно, как у него дела, ощущает ли он стресс, панику, желание сбежать и всё такое… Я вспомнила стройную фигуру мужа и с тоской посмотрела на свою. Последние несколько недель я старательно прикрывалась халатом, одеялом, рубашкой, кроватью – всем, чем только могу. Обнажаться под мужским взглядом на девятом месяце – слишком смело для меня. С некоторых пор.
– Ужасно, – сообщила я вслух, печально оглядывая окружившие меня беременные телеса. – Надо что-то делать.
– Что ужасно? С чем надо что-то делать? – застегивая традиционный черный мундир, муж так стремительно зашел в комнату с этими вопросами, будто я прокричала их на весь дом. Слух у Воронов, конечно, впечатляющий… А мой логичный князь обожает уточнять. Если я говорю, что «надо что-то с этим делать», он не может просто согласиться или не согласиться, ему обязательно требуется дополнительная информация: с кем делать, когда делать, кому делать, что делать.
Я поспешно запахнула халат, повернулась и, как можно беззаботнее улыбнулась.
– С зеркалом… Оно мне не нравится!
Со мной-то уже ничего не сделаешь… А вот зеркало должно попасть под раздачу. Этот экземпляр явно неприветлив. В целях маскировки я старательно начала думать о том, что порой мечтаю о зеркале из примерочной моего любимого магазина… точнее бывшего любимого магазина. Не знаю, чем и как те зеркала обрабатывают, но там, в магазине, ты не можешь оторвать от себя счастливых глаз, пачками набираешь удачные вещи, и только дома осознаешь всю глубину человеческого коварства. А дело в чем? Разумеется, в зеркале!
Оглядев меня фирменным проницательным взглядом, Яр ласково улыбнулся. Он не часто улыбается, не привык показывать эмоции. Может от того его улыбка кажется такой искренней и прекрасной. Это как солнце, вдруг озаряющее небо в суровый день, как шоколадная капля, попавшаяся в кексе…
Мне такого эффекта не достичь, улыбаюсь я преступно часто.
– Какое нехорошее зеркало… Как мне его наказать? – с готовностью опытного киллера спросил муж. Застегнув мундир, он подошел вплотную, и мягко придвинул меня к себе за то место, где раньше была талия. – Разбить? Убрать? Поменять раму или хочешь другое?
– Подумаю… – проворчала я с уверенностью, которой не испытывала.
Яр наклонил голову и пальцем приподнял мой подбородок, вынуждая посмотреть на себя.
– Ты прекрасна, – утвердительно произнес он, и я поняла, что всеведущий все-таки уловил часть моих мыслей. – Сейчас я тороплюсь, но вечером мы обязательно поговорим о судьбе зеркала подробнее.
– Куда ты летишь? – спросила я, сознательно делая вид, что не заметила обещание на вечер.
– Нет времени рассказывать, позже, – лаконично ответил муж, ласково приложился к моим губам, затем к животу через халат. – Доброго дня, моя королева.
Позже… Это когда?
Я вздохнула, проследив как черный ворон вылетел из окна. Интересно, куда он так торопится… Даже год спустя Яр во многом остаётся для меня загадкой, ведь я мысли читать не умею. Порой он рассказывает, но я часто ловлю себя на подозрении, что мои знания о нем ничтожно малы, относительно его знаний обо мне.
«О чем ты думаешь? Что ты чувствуешь?» – молча, а иногда и вслух вопрошаю я, задавая своему мужчине вопрос, который в ту же секунду задают миллионы женщин своим мужчинам. Тогда Яр обращает на меня свои глаза цвета непроглядной ночи и говорит. Конечно, рассказывает не все. Как и миллионы мужчин своим женщинам…
Вздохнула еще раз.
– Алло! Будущая мать! – услышала я бодрый голос Джа, бабушки Наяра. Она точно меня караулила. – Спускайся завтракать! А затем учиться рожать!
«Алло…» – Джа переняла слово от меня, и оно ей настолько понравилось, что она активно использовала его в качестве вызова.
Хаос, помоги.
Глава 2. Техника эффективного дыхания
Джа меня курировала. С тех пор, как животик стал ЖИВОТОМ, она стала прилетать чаще, взяв на себя большинство домашних обязанностей: мытье пола, приготовление еды, розжиг очага, стирку, развешивание белья. Если честно, неутомимая бабушка прибрала к своим морщинистым рукам почти все дела, великодушно оставив мне возможность вытирать пыль. Порой я гадала, откуда в ней только силы. Джа сама не помнила, сколько ей лет. Как я понимаю, с возрастом уже все равно, какой тебе век: ещё первый или уже второй. Я предполагала цифру в промежутке восемьдесят – сто двадцать.
Сегодня у нас должна была состояться с приглашенными повитухами, которые должны будут принимать роды. К сожалению, я все еще была не готова и всей душой желала еще немного поготовиться.
– Может еще рано? – вопросила я, сложив руки на животе, в надежде, что мой срок покажется повитухам меньше имеющегося и они улетят ни с чем. Старая Джа вполне могла ошибиться в своих подсчетах на неделю… или две, три, четыре?! Да она не помнит даже, сколько ей лет, какой там подсчет недель?!
Взгляд двух прилетевших повитух на меня был… как бы сказать, красноречивым.
По их меркам мне не просто пора рожать, а прям давно пора бы уже родить. Хотя бы трех. А не первого, как сейчас.
Не знала, что термин «старородящая» используют и в этом мире. Да, мне исполнилось тридцать четыре в этом году. Да, это первая беременность, хотя брак – третий. Ну, не сложилось раньше… Да, во всем виноват Наяр, который не встретился мне лет на десять раньше. А кто? Может Таор, который поздно меня забрал или Кирел? Раньше надо было вытаскивать дочь Скорпиона из небытия! Тогда бы на нее не смотрели так… будто она в девках пересидела.
Я поежилась, глядя на двух сухоньких как тростинки женщин. Плотно завернутые в такие длинные серые шали, что казались ими перебинтованными, повитухи не молчали. Они активно говорили, трогали мой живот, и в целом, явно приучали меня к рукам и своему обществу.
– Еще чего, – ворчливо откликнулась на мои мысли Джа, показывая в профиль выдающийся крючковатый нос, который у нее так и не остановился в росте. – Десять лет назад Ярик на тебя и не посмотрел бы. А если б и посмотрел, только из жалости.