Екатерина Началова – Леди, охранник и кусочек ткани (страница 9)
«О… Да. Все из прекрасной твердой породы…»
Разбираться, почему грубый и неприступный охранник вдруг стал неподвижно-послушным, Ровена не стала. До этого момента она не увлекалась теми, кто ниже по статусу. Может они так и реагируют? Может он боится? Не знает, как вести себя?
Нет, Ровена не хотела задаваться сложными вопросами. Уж точно не сейчас…
«А если он занят?» – тут же вспыхнула мысль, сразу отозвавшись в груди едким страхом.
– Ты не женат? – Ровена испугалась на секунду.
– Н-нет, – как-то растерянно ответил Кэйлус.
Свободен…
«Значит мой».
Ровена снова расслабилась. Остальное – неважно… Сейчас хотелось ласкать губами острые вершины его губ, чувствовать горячее дыхание, видеть, как пристально он смотрит на нее и ощущать возбуждение, тереться, как кошке, прикасаться… Она легонько тронула гриву неровно остриженных волос.
– Леди, остановитесь, – Кэйлус, наконец, отмер, твердо отстраняя ее. Хмурясь, он отшагнул назад. – Не понимаю, что вы делаете, зачем… Я бы предпочел обойтись без поцелуев. Это лишнее. Раз мы нашли друг друга, приступим сразу к делу.
Широкие брови мужчины двигались – то угрожающе смыкались, то удивленно поднимались на лоб. Выглядел ее охранник крайне серьезным, только щеки на загорелой коже розовели сильнее обычного.
«Без поцелуев? Сразу к делу?»
В ответ Ровена кашлянула и даже издала смущенный смешок. Конечно, она виновата, забылась, пересекла некую границу приличий, но… Сразу к делу приступать Ровена не планировала. Собственно, она бы еще подумала – приступать или нет.
– Сразу к делу? У вас так принято? – оперевшись на дверь, она смешливо вздернула бровки. Губы, щеки горели. И руки – там, где он держал…
«Интересно, он чувствует то же, что и я? Сразу к делу… Не терпится? Заманчиво, конечно но… А что, прелюдии не будет? Низкородные обходятся без вступлений?»
– Я не знаю, как принято. Меня не посвящали в детали, – с какой-то скрытой досадой ответил Кэйлус. – Полагаю, вы более опытны. Говорите, что я должен делать. Сделаю.
Он смотрел на нее с непонятным выражением. Будто бы на наставницу.
«Что-о-о?!»
Ровену молнией озарила догадка, от которой она на несколько секунд замерла, то закрывая, то снова беззвучно открывая рот.
– Ты ч-ч-что… никогда? Никогда раньше… – она недоверчиво заикнулась. – Не делал этого… с женщиной?
К ужасу Ровены Кэйлус однозначно кивнул.
– У меня первый опыт такого взаимодействия, – подтвердил он. Даже не смутился.
Не зная, что сказать, Ровена моргнула, пытаясь осознать ответ и правильно ли она его поняла. Еще раз оглядела здорового и вроде бы полноценного мужчину перед собой. Он просто стоял, ожидая от нее действий. В происходящее Ровена поверить не могла.
«Неопытен?! Как это может бы… Он же старше меня! Так он из духовно сильных?»
Она вспомнила оживленные сплетни о развивающейся общине «Духовная сила», проповедующей целибат. Затяжная война вносила корректировки в нравы великородных, снижая планки приличия. «Духовно сильные» появились как противовес. Последователи нового течения придерживались полного целомудрия, уверяя, что так становятся сильнее, что возрождают нарушенный Порядок. В нецеломудренной среде, где вращалась Ровена, над силой строгого целомудрия откровенно смеялись. Говорили, что с такими обетами скоро все эти «сильные» исчезнут сами собой. Государственная пропаганда, которая сейчас нуждалась в новых драконорожденных больше, чем в кислороде, целибат осуждала, призывая молодежь к активному размножению.
«А Кэйлус низкородный, он точно хочет стать сильнее…»
– Подожди, так ты… Вышел из духовно сильных? – девушка замялась. – Давал обет?
Дернув бровью, Кэйлус помедлил и опять кивнул. От удивления Ровена аж приоткрыла рот: она не ожидала, что случайная догадка вдруг окажется верной.
«Ах, вот почему он такой деревянный!»
– А теперь готов… к активным действиям?
Она интересовалась уже осторожно.
– Верно. Под вашим руководством, баронесса, – немедленно ответил охранник.
«Ох… Мне что теперь, всё делать за двоих?!»
– Хм, – сказала Ровена, напряженно задумываясь над перспективой. – Не могу сказать, что к этому готова я…
– Сколько вам нужно времени? Что требуется, чтобы приступить? Мне нужны четкие инструкции, – по-военному прямо уточнил Кэйлус.
«Инструкции? Еще и четкие?»
Перестав улыбаться, Ровена снова кашлянула. Она покосилась на кровать за мужским плечом, машинально фантазируя о том, как следует руководить. Или учить? А следует ли? Уверенности категорически не было. Все это требовало тщательного осмысления. Кэйлус стоял столбом, совершенно не помогая. Соловьи, конечно, пели, но…
Она заколебалась, ощущая желание двигаться на попятный.
– Послушай, я…
В дверь осторожно постучали.
– Госпожа… – послышался шелестящий голос Мирна. – Ее милость просит вас.
– Ох… Иду! Спасибо, Мирн, – облегченно откликнулась Ровена, выныривая из сложных мыслей. Кэйлус продолжал смотреть на нее не моргая, и Ровена поспешно шагнула в сторону, позволяя ему выйти. – Поговорим позже. Я дам знать… Когда подумаю.
– Да, леди, – с каменным лицом кивнул охранник.
Под подозрительным взглядом застывшего у двери Мирна, Кэйлус вышел. Глянув на мебель, которая собралась в центре, будто всполошилась и решила поговорить, Ровена смущенно фыркнула и тут же попала под прицел настороженно-вопросительного взора своего старого лакея, который с подозрением оглядывал комнату. Задавать вопросы леди Мирн не имел права, но мог полностью обозначить их на собственном лице и фигуре.
– Ну не смотри так, Мирн, – смущенно произнесла баронесса, непринужденно ощупывая собственные горячие щеки. – Все в… порядке, так надо! Да… Бэр Кэйлус крайне услужлив… Помог сдвинуть мебель для генеральной уборки, вот… Позови Лиару, пусть протрет пол.
Не думать о Кэйлусе, Ровена не могла. Остаток дня кровь гудела, мысли и откровенные фантазии лились лавиной. Как Ровена не старалась, избавиться от них не получилось. Она поела, согласовала список полетов с мамой, выбрала платье для завтрашней прогулки с герцогом, совершила пешую прогулку… Все делала кое-как. Голову разрывало иное. С одной стороны думалось одно, с другой…
«Нет, это невозможно! Конечно, взяться за обучение Кэйлуса я не могу! Без вариантов! Обучение… Ха! Это уже из ряда вон! Не моя задача! Пусть этим занимаются специально обученные… Да это даже хуже, чем просто один раз развлечься! Я, конечно, могла бы… Да, можно обучить под себя, чтобы он… хм. Стоп! Стоп! Это разврат, извращение какое-то! Хотя, разврат, это интересно… Нет, ну не так же! Надо забыть его немедленно, отпустить! Пусть летит в свои духовно сильные края, ищет другую, обучается…»
Мысли натыкались одна на другую, не складывались, порхали около висков, отталкивались от кожи и категорически отказывались забываться. Представляя, как Кэйлус набирается с кем-то опыта, Ровена случайно сожгла подушку.
«…И, что, возвращается ко мне обученным „другой“? Или не возвращается? Нет, так я тоже не хочу. Он, как бы, мой… Как бы… Нет, он же на время… О чем я думаю?! В-с-с-с! За что мне все это?! Надо же, инструкции ему подавай! Кто так делает? Откуда он такой взялся?! Колодка дубовая! Чурбан! Дерево лесное!»
В противоречивых эмоциях Ровена варилась весь день, несколько раз вскипала и в итоге проварилась полностью. Вечер застал баронессу за столом. Вокруг были разбросаны полусожженые и смятые клочки бумаги, исчерканные черновики. Склонившись над личным дневником с желтоватыми листьями, Ровена шевелила губами и каллиграфическим почерком с затейливыми завитками усердно выводила:
…
Глава 9. О том, что и герои могут растеряться
Впервые в жизни Арсиний растерялся настолько, что не понимал, как действовать и как реагировать.
«Сразу говорить не захотела, начала проверять. Допустим… Но зачем агенту целовать другого агента? А агента, которого никогда не видел раньше? Она что, со слабым передом? Тогда понятно, как ее завербовали… Она знает, что Кэйлус из духовно сильных и решила соблазнить его из спортивного азарта. Да, такой расклад».
Он было утвердился в этом выводе, но ощущение, что концы с концами не сходятся, не оставляло.
«Или я ошибся? Все-таки одно слово она не сказала… С другой стороны, сказать именно мне именно эту фразу… Какая вероятность?! А если я ошибся, вопрос тот же: зачем ей меня целовать?! Потому что я привлекательный низкородный охранник?»
В выделенной ему комнате на первом этаже был пустой шкаф, зеркало с узкой рамой и крошечный стол. Первое, что сделал Арсиний оставшись один – критически оглядел себя в зеркале с ног до головы. Выглядел он непритязательно, как Кэйлус. Потрепанная дворовая куртка все еще уныло покоилась на плечах. Волосы непривычно торчали в разные стороны.
«Это что… Привлекательно для красотки? Она же не слепая! Да такая как она к такому как он… как я!… не должна даже обращаться… Какие поцелуи? Бездна! А если это обычное отношение к охране у знати? Используют для удовлетворения… Вот уж не знал! Подстава!»
Он повернулся боком, поморщился, чуть не сплюнул прямо на пол. Вспомнил холеного щеголя, который подхватил Ровену на улице. Снова ничего не понял. Сел, зарылся пальцами в волосы.
«Элементарная охрана, лорд», «просто приглядите за семьей дипломата и возьмете агента, как проявится», «война, у нас не хватает сотрудников, лорд» – зло передразнил он напутствие от главы отдела.