Екатерина Михеева – Первые строки (страница 15)

И вот сидят на проводах, Как ноты к песенке о мире.

БАЯНИСТ

Он с кровати вставать не мог — Переломы обеих ног. Панцирь гипса бойца сковал, И товарищ наш тосковал. Как ни тягостна жизнь его, Он боялся лишь одного: Оказаться в среде такой, Где снотворный царит                                   покой. Защищая судьбу свою, За Москву он стоял в бою. Страшен бой. Но в сраженье                                            том Не покрылося сердце льдом. Как-то раз комиссар вошел И, поставив баян на стол, Улыбнулся: — Способных нет? Тульский, кажется, инструмент. В застоявшейся тишине Все услышали: — Дайте мне! …Пусть медициной не положено Тревожить раненых сердца — Баян задорно и восторженно Запел, припав к груди бойца. И, как заря в степи широкая, Гримасы боли с лиц гоня, Взметнулась песня,                              всех нас трогая Теплом забытого огня. …Метет по улице метелица, А за метелью — милый друг. Тропинка синей лентой стелется, Ведет в объятья жарких                                      рук. Вот мчится тройка в белом                                          мареве. В насквозь провьюженной                                         глуши Ямщик поет про очи карие, Про очи девицы-души. С крутого берега над Волгою За ясным солнышком вослед Катюша в сторону далекую Шлет пограничнику привет. И мы из госпиталя энского Все видели, как наяву И ситец неба деревенского И волн озерных синеву. И тут с аккордами гармоники Соединились голоса… Танкисты, летчики                              и конники Друг другу глянули в глаза. Один, лежащий с самой                                      осени, Встал, позабыв наказ врача. Другой, закутанный весь                                       в простыни Рванулся, сбив их сгоряча. А хор в ладу с настройкой                                         тульскою Все рос и рос к плечу плечом.