Екатерина Михайлова – Процессуальные формы защиты субъективных гражданских прав, свобод и законных интересов в Российской Федерации (судебные и несудебные). Монография (страница 11)

Кроме того, если реализация права – это совокупность действий самого лица-правообладателя и его «контрагента», то защита права – это деятельность государства в лице его судебных и исполнительных органов или деятельность третейских судов и государственных исполнительных органов (осуществление права трактуется Европейским Судом по правам человека как удовлетворение материально-правового притязания, а не только как вынесение судебного решения или решения третейского суда по делу^[75]).

Государство гарантирует исполнение законных и обоснованных актов по защите права только в отношении государственных судов и третейских судов.

Важно то, что государственная и альтернативная защита права всегда приводит к осуществлению права – если не обратившегося за защитой лица, то его контрагента.

В силу всего вышеизложенного, защита гражданского права – это процессуальное правоотношение, возникающее вследствие и в связи с правоотношением по его реализации.

Необходимость в защите возникает лишь в случае безрезультатности действий, направленных на реальное осуществление гражданского права и основными признаками правовой защиты являются необходимость наличия волеизъявления лица (или обеих сторон правового конфликта), соответствующей процессуальной формы и гарантированность государством принудительного исполнения ее результатов.

Способы защиты гражданских прав детерминированы правовой природой ее объектов – субъективных гражданских прав и свобод, которая, в свою очередь, зависит от особенностей соотношения правового статуса субъектов, реализующих соответствующее гражданское право и свободу.

Защита гражданских прав может осуществляться двумя самостоятельными, альтернативными способами – государственным (публично-правовым) и частным (альтернативным).

§ 3. Соотношение правовых статусов спорящих субъектов как критерий определения способов и процессуальных форм защиты субъективных гражданских прав и свобод

Выше были рассмотрены понятие и сущность субъективного гражданского права и сделаны выводы о существовании двух его разновидностей – частного и публичного гражданского права.

Защите подлежит любое право, как частное, так и публичное. Но способы защиты этих прав неодинаковы вследствие их различных свойств.

Субъективное частное гражданское право обладает важнейшим свойством, предопределяющим многовариантность его защиты – диспозитивностью.

Диспозитивное начало в реализации частных гражданских прав распространяется не только на сферу их реализации, но и на сферу их защиты. Поскольку осуществление права зависит от воли самого лица, только это лицо вправе инициировать защиту своего частного гражданского права.

Исходя из буквального толкования законов, диспозитивная природа частного гражданского права подразумевает свободу не только в решении вопроса о необходимости его реализации и защиты как составляющей процесса реализации, но и в выборе способа защиты.

Принцип диспозитивности закреплен в ст. 1 ГК РФ. Диспозитивно гражданское частное право именно с позиций его реализации, так как с позиции его содержания, на наш взгляд, оно диспозитивно-императивно как минимум и императивно как максимум.

Однако Р.Ф. Каллистратова указывала, что «императивный или диспозитивный характер норм определяется не тем, что сторона вправе распорядиться или не распорядиться предусмотренным нормой правом. Диспозитивный характер нормы проявляется в возможности сторон по своему усмотрению урегулировать те или иные отношения»^[76].

Сложно согласиться с этим утверждением, поскольку возможность сторон по своему усмотрению урегулировать собственные отношения всегда ограничена необходимостью соблюдать действующее законодательство и не нарушать права других лиц. В то же время свобода в реализации частного гражданского права намного меньше ограничена законодателем. Таким образом, содержание субъективных гражданских прав, по моему мнению, следует характеризовать как императивно-диспозитивное.

Диспозитивность субъективного частного гражданского права определяет не только особенности его реализации, но и специфику его защиты, поскольку, как было показано выше, процесс защиты права – всегда следствие процесса его реализации.

Защита права, как уже указывалось, осуществляется прежде всего, с помощью государства в лице его специальных органов – судебной и исполнительной властей. Это прежде всего следует из положения ч. 1 ст. 45 Конституции РФ, в которой закреплено: государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

С другой стороны, специальное указание на «государственный» характер гарантируемой защиты подразумевает признание и других, «негосударственных» способов защиты. В ч. 2 ст. 45 Конституции РФ прямо и четко сказано: каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. В данном случае речь прежде всего идет об альтернативном способе защиты – обращении в третейский суд.

КС РФ в Постановлении № 10-П от 26 мая 2011 г. «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона “О третейских судах в Российской Федерации”, статьи 28 Федерального закона “О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним”, пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона “Об ипотеке (залоге недвижимости)” в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации»^[77] прямо соотнес положение ч. 2 ст. 45 Конституции РФ с правом на обращение в третейский суд, отметив: гарантируя государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, Конституция Российской Федерации одновременно закрепляет право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45 ч. 2). К числу таких – общепризнанных в современном правовом обществе – способов разрешения гражданско-правовых споров, проистекающих из свободы договора, которой наряду с автономией воли участников предпринимательской и иной экономической деятельности обусловливаются диспозитивные начала гражданско-правовых и гражданско-процессуальных отношений, относится обращение в третейский суд – международный коммерческий арбитраж или внутренний третейский суд (постоянно действующий третейский суд или третейский суд, образованный сторонами для решения конкретных споров аd hос)).

В ст. 11 ГК РФ, которая называется «Судебная защита гражданских прав», закреплено, что защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, не только собственно суд и арбитражный суд, но и третейский суд. Эта норма подверглась критике со стороны некоторых ученых, которые указывают на то, что «созданные на паритетных началах третейские суды органами судебной власти не являются и не входят в судебную систему Российской Федерации»^[78]; «являясь органом, осуществляющим судебную защиту нарушенных или оспоренных прав, третейский суд не осуществляет правосудие и не входит в судебную систему России»^[79].

По моему мнению, правосудие, как разновидность государственной деятельности, есть прерогатива исключительно государственных судов и с этим нельзя спорить.

Но в комментируемой статье используется не термин «правосудие», а понятие «защита гражданского права». Легальное понятие «защита гражданского права» законодатель официально применяет не только к деятельности государственных и третейских судов. Поэтому Т.Е. Абова правильно говорит о том, что «поскольку субъективное право защищается путем принятия мер государственного (общественного) принуждения, а также воздействия, оказываемого на правонарушителя самим управомоченным, постольку право на защиту включает в себя возможность государственного принуждения, но ею не исчерпывается»^[80]. Полагаю, что существующая ныне редакция ст. 11 ГК РФ обладает определенной ценностью в том смысле, что «уравнивая» государственные и третейские суды, она тем самым подчеркивает уникальный характер третейского разбирательства как единственной процессуальной формы, являющейся истинной альтернативой государственному судопроизводству.

В ст. 12 ГК РФ перечислены способы защиты гражданских прав. Однако, как уже было отмечено выше, фактически в ней перечислены действия, посредством совершения которых субъект, осуществляющий защиту права (государственный либо третейский суд), содействует принудительному осуществлению этого права.

Помимо этого, поскольку защиту прав осуществляют, в соответствии со ст. 11 ГК РФ, суд, арбитражный суд и третейский суд, можно заключить, что перечисленные в ст. 12 ГК РФ «способы» защиты относятся к сфере деятельности любого из этих субъектов. Но это не так.

Во-первых, самозащиту не применяет ни один из них и применить не может^[81]. Во-вторых, признать сделку недействительной, или нормативный правовой акт недействующим вправе лишь государственный суд (общей юрисдикции или арбитражный).

Следовательно, необходим критерий возможности применения тем или иным субъектом, осуществляющим защиту гражданских прав, того или иного «способа защиты». И это опять возвращает нас к необходимости обратиться к сущности и видам субъективных гражданских прав, так как именно их природа как объектов защиты определяет ее правила.