Екатерина Мединская – Я не Такой, или Очень злая любовь (страница 31)

Сара уступила на сумме в семьдесят пять тысяч евро. Марк немного расслабился, когда Ева объявила:

— Не расстраивайтесь Сара, потому что у меня есть еще одна картина. И она не хуже первой.

Марк обреченно вздохнул и схватился рукой за голову, когда увидел вторую картину. Сбылись его худшие опасения.

— Знакомьтесь, это непорочное белоснежное создание Альтер эго Марка. Его зовут Иван. Оно такой же козел, как предыдущий экземпляр.

Ева посмотрела ему в глаза, и он прочел в них такую мучительную боль, что в тот же момент его сердце остановилось. Душу объял холод, потому что ему стало ясно, Ева смертельно обиженна на него.

Марка больше не волновала реакция гостей, возмущенное лицо его отца и разбитые в пух и прах перспективы, он встал и направился к Еве с одним единственным желанием, вымолить у нее прощение.

— Пожалуйста, прекрати на меня так смотреть, Ева, — умоляюще попросил Марк.

Она дрожала, но не столько от злости, сколько от обиды и разочарования. Марк был так красив. Всегда был таким! А она всегда чертовски сильно любила его. Это несправедливо! Почему он постоянно издевается над ней? Почему у нее не хватает силы дать ему достойный отпор. Ее рука конвульсивно сжималась и разжималась. Словно одержимая ненавистью, она бросилась к Марку и что было силы, залепила ему звонкую пощёчину. Следы от ее пальцев остались на его щеке, а он продолжал стоять смирно, покорно стерпев ее выходку.

Ева видела его взгляд до краев наполнений сожалением. Говоря себе, что это только взгляд и не больше, она пылала от негодования. Она не ждал от него заверений в том, что он не сделал ничего дурного или оправданий. Это было не свойственно Марку.

Оглядываясь назад, Ева не могла поверить, как просто он манипулировал ею. Всего один месяц она провела с ним под одной крышей, но этого времени хватило ему, чтобы доказать ей, что она глупая, доверчивая идиотка.

А ей, между прочим, шел двадцать восьмой год, и она имела опыт за плечами, который как ни странно сыграл с ней злую шутку. Марк слишком хорошо разбирался в психологии и в женщинах, раз смог так легко одурачить ее.

Но больше всего рвало душу осознание того факта, что она любит это проклятого идиота! Это не он обманул ее, это она сама позволила себе, оказаться обманутой.

— Наигрался? — спросила она, сдерживая слезы. — Доволен?!

Марк выглядел бледным, словно смертельное спокойствие охватило его.

Когда позади нее разорался низкий, взбешенный голос отца, она не сразу отреагировала:

— Ева приди в себя. Что ты вытворяешь?

Ева словно пробудилась. От мучительной боли ее глаза наполнились слезами, но она храбро встретила сверкающий взгляд отца, а потом посмотрела на гостей. Они были шокированы происходящим. Пожалуй, на сегодня она достаточно опозорилась.

— Спектакль окончен, — объявила она срывающимся голосом.

На негнущихся ногах Ева развернулась и пошла прочь из дома, волоча за собой длинный шлейф из галстуков Марка.

Когда девушка скрылась за дверью, Филип Котов подошел к Марку, который продолжал стоять, опустив голову, погруженный в себя.

— Уж ты прости, что все так вышло, — с сожалением вздохнул мужчина. В знак поддержки мужчина положил руку ему на плечо. — Мы с Александром совершили непоправимую ошибку, когда решили поженить вас. Ева не отдает отчет в том, что делает и говорит. Похоже, у нее снова начались проблемы с психикой. Не волнуйся, мы с Александром сможем ублажить, этих твоих, партнеров. Все будет хорошо. Иди парень, отдохни. А то на тебя смотреть больно.

Марк встрепенулся от мысли, что Еву сделают виноватой в сегодняшнем инциденте.

— Это я во всем виноват, — довольно громко сообщил он, так чтобы и его отец услышал признание. — Я настоящий кретин! Я обидел Еву!

Отцы, на лицах которых читалось недоумение, обменялись взглядами. Филип принялся настойчиво подталкивать Марка рукой к выходу.

— Тут не место для признаний. В любой случае тебе не превзойти выходку моей дочери. Чтобы ты не сказал, это уже не имеет никакого значения. Теперь и мне стало ясно, развод — лучшее решение для вас обоих.

— Я не могу этого допустить! Я люблю ее! — с горечью воскликнул Марк.

Котов остановился, зыкнул в окно, недоумевая, покачал головой.

— Тогда я не понимаю, почему все это, ты говоришь именно мне. Вон твоя, пока еще жена, даже со двора уйти не смогла. Настолько она бестолковая! Ее накидка, которую видимо, она намертво пришила к платью, зацепилась за куст розы. Иди, помоги ей, а то она не иначе как голышом, выберется из цветника.

Глава 30

Как и сказал Филип, его дочь действительно попала в затруднительное положение. Марк обнаружил Еву среди плотно посаженных кустов английских роз. Он понятия не имел, как и почему она туда залезла, но выбраться самостоятельно у нее не было ни единого шанса.

Взрослые колючие кусты со всех сторон держали своими шипами ее одежду. Она пыталась прорваться, но вырвав ткань у одного куста, тут же запутывалась в ветках другого.

— Ева, — окликнул ее Марк. — Стой смирно, иначе ты поранишься. Я помогу тебе осовбодиться.

— Ты — животное, — задохнулась она, устав от бесполезной борьбы с кустарником и злости на человека, помощь которого ей была не нужна. — Пошел вон!

Марк и не подумал выполнить ее приказ.

— Только попробуй рассмеяться! — злобно предупредила его Ева, продолжая гневно дергать ткань своего платья.

— Я и не думал… Мне сейчас вовсе не до смеху.

— Твои чертовы галстуки, подхватило ветром и швырнуло в цветник, — пожаловалась она, одергивая накидку, пришитую к платью, так словно Марк с помощью магии заставил свои истерзанные ножницами галстуки затянуть Еву в розы и удерживать жертву до его прихода.

— Убирайся! Самовлюбленный негодяй! Лучше умереть здесь, чем находиться рядом с тобой, — злобно выплюнула она.

— Ладно. Тогда выбирайся сама, а я тем временем попробую объяснить тебе, почему притворялся Иваном.

Ева яростно взглянула на него, нагнулась и в следующий миг ее туфель полетел Марку в голову. Он увернулся.

— Я ничего не хочу слышать! — громко заорала она.

— Ну конечно, — мягко произнес он. — Может, попробуем поговорить?

— Собираешься получить удовольствие, еще и обсуждая мой позор? Ты поиздевался надо мной и тебе этого недостаточно?

Ева была в таком гневе, что принялась рвать на себе одежду, чтобы выбраться из западни.

Марк нашел это зрелище весьма забавным и эротичным, но ему стало жаль ее нежную кожу исцарапанную шипами.

— Пожалуйста, позволь мне помочь тебе, — попросил он.

— Нет! — категорично заявила Ева.

По ее руке сочилась кровь, которой был запачкан весь рукав. Марк психанул, залез в цветник, испытывая при этом не самые приятные ощущения. Вопреки ее протестам, он вырвал ее из колючей ловушки и понес к деревянной беседке.

Ева прикусила губу, чувствуя себя глупой и несносной. Она никогда не умела долго злиться или обижаться — легко вспыхивала, но так же легко и успокаивалась.

Она посмотрела на Марка и ее душа предательски затрепетала от его близости. Ну почему, он такой совершенно несносный тип? Выпустив пар, она была готова выслушать Марка.

Что если он раскаялся и хочет попросить прощения? Этот вариант не понравился Еве. Что ей от его извинений? Тысячу первый раз заставил плакать, а потом впервые, произнес эти свои никчемные извинения.

— Куда ты меня несешь? Опусти меня на землю, — потребовала Ева.

— Я собираюсь обьяснить тебе, как мне стыдно, — ответил он.

Ева позволила ему отнести себя к деревянной беседке увитой жимолостью и усадить в плетеное кресло. Он присел рядом и коснулся ее лодыжки.

— Все ноги в глубоких царапинах, — с сожалением произнес он. — Нужно обработать раны.

Ева почувствовала, как его горячие пальцы ласково скользнули вверх по лодыжке. Она дернула ногой, желая избавиться от последствий его прикосновения.

Ее возмутила его забота.

— Эти раны заживут, чего не скажешь о моей гордости.

Марк опустил глаза. Ему было трудно признаться в своих чувствах сейчас, когда она слишком зла на него. Но у него не было выбора. Хотя он был уверен, что Ева обязательно простит его.

— Я не хотел обидеть тебя. Прости.

Ева нервно засопела, едва сдерживая в себе очередной поток брани. Марк вынужден был сразу приступить к самой волнительной части разговора, а слова совсем не шли с языка.

— Я понимаю, ты очень зла на меня. Но я зол на себя, даже больше чем ты. Я так низко опустился только потому, что отчаянно люблю тебя, Ева.

Ева изумленно уставилась на Марка. Он изучал ее с проницательной напряженностью. Нет. Он просто снова издевается над ней.

— Я не верю тебе, — отчеканила она, глядя ему в глаза. — Ты снова врешь, чокнутый придурок!

Он оскорбился.