Екатерина Мединская – Я не Такой, или Очень злая любовь (страница 19)

— Ладно. Только успокойся. Не нервничай.

— Учти Ева, что я очень ревнивый. Нет, не очень. Безумно!

— Хорошо. Я не буду тебе изменять. Не волнуйся. Пойдем уже покушаем. Все остынет.

— Значит, ты тоже не хочешь расторгать наш брак?

Ева задумалась. Может накапать ему валерьянки или чего-то по действенней?

— Все будет, так как ты захочешь, — сказала она только для того, чтобы Марк хоть немного успокоился. Отказывать ему категорически нельзя, он расстроиться и мгновенно разозлиться. С ней именно так и было.

Прежде чем она успела что-либо осознать, Марк подошел к ней, крепко обнял, поцеловал в губы. Ева покорилась, улыбнулась, ибо понимала, что он делает это неосознанно. Вчера с ней творилось нечто невообразимое, и контролировать свои эмоции и мысли она не могла. Завтра Марк поправиться, и выбросит из головы весь тот бред, что сегодня скажет и сделает. Она очень надеялась, что и он постарается стереть из своей памяти ее постыдное поведение.

— Я люблю тебя Ева, всегда любил.

— Вот так неожиданность, — по-доброму рассмеялась она. Марк нежно целовал ее шею, и ее кожа покрылась мурашками. Иллюзия казалась чрезмерно правдоподобной.

— Ты даже не представляешь, насколько важна для меня. Я люблю тебя вопреки всему. И даже когда думал, что мы никогда больше не встретимся, я все равно продолжал тебя любить. Вопреки здравому смыслу, рассудку…

Ева истерично хохотнула. Ничего себе его накрыло.

— Ты не веришь мне, но я обязательно докажу, что я не такой, каким кажусь. Скажи, что любишь меня?

— Да-да, я люблю тебя, — быстро сказала Ева и опустила глаза.

Чего только не сделаешь, чтобы искупить свою вину.

— Я так счастлив! — рассмеялся Марк. — Даже в самых смелых мечтаниях о тебе, я не мог представить такого. Я не знаю, кого за это благодарить: Судьбу, Бога, тебя? На протяжении стольких лет, я засыпал и просыпался с мыслью о тебе. Теперь, ты только моя, — благоговейно прошептал он, обожающе разглядывая лицо Евы, словно обнаружил священную реликвию.

— Ох, сколько признаний для одного дня. Милый, у нас впереди еще вся жизнь, придержи парочку на завтра.

— Я хочу говорить с тобой вполне откровенно. Странно… — секундное прозрение мелькнула в его голове. — Мне всегда было нелегко признаться тебе в своих чувствах, а сейчас могу говорить все, что думаю.

Она предположила, что сегодня она проведет вечер в компании самого романтичного парня на планете — Марка Вяземского, которого в самое сердце поразила очень злая любовь.

Ева нервно барабанила пальцами по столешнице. Она сидела на лужайке перед домом, куда Марк вынес стол и стулья, чтобы устроить романтический ужин при свечах.

Ее уже ничего не удивляло, как и тот факт, что Марк готовил еду лучше, чем она. Они проживали два самых странных дня в своей жизни. Вчера были забавы «поймай меня, если сможешь», а сегодня они развлекались, изображая из себя бесконечно влюблённую парочку. Еще предстояло разобраться в том, что же было намешано чае и кофе, которые они распили на двоих. Кто сотворил с ними такую подлость?

Марка можно исключить из списка подозреваемых. Ему бедному вон, как досталось — без умолку твердит о вечной любви и прекрасном будущем, целый час торчит на кухне. Совсем плохо ему стало.

Еве, посочувствовала Марку. Так старается, чтобы ей угодить. Приготовил и разложил на белом блюде канапе в форме сердец, бережно коснулся ее лица и поцеловал в висок, а он ведь на самом деле терпеть ее не может. Завтра, когда ему полегчает, он будет чувствовать себя идиотом.

Ночь такая теплая. Полнолуние, романтика. Пахло лавандой, розами и ночными фиалками. Ева жадно вдохнула тонкий аромат цветов, вся закрасневшись от удовольствия. При всем ее видимом спокойствии, внутри у нее нарастало напряжение.

Да, она разрешила себе насладиться этим вечером и компанией неадекватного Марка, потому что таким, он нравился ей гораздо больше, чем обычно. Хотя все происходящее напоминало странный сон, она не хотела просыпаться.

Ужин состоял из запеченной курицы, битков с жареным луком и французской картошкой, салата из печеного перца, овощей заправленного кисло-сладким соусом, и других закусок. Еда поистине вкусная, сытная и калорийная — такую предпочитают здоровые мужчины с хорошим аппетитом. Все это выглядело потрясающе аппетитно и очень вкусно пахло.

Ева заметила, что Марк даже успел освежиться и переодеться. Он стоял перед ней в белоснежной рубашке с расстёгнутым воротом в темных брюках, чуть торжественный, словно приготовившийся очаровывать и покорять ее. Его нежная улыбка и влюбленный взгляд, заставляли ее трепетать.

Он положил ей на тарелку аппетитный кусок мяса. А затем наклонился и шепнул ей на ухо: «я помню, что твое любимое блюдо — запеченная курица с овощами».

Сердце Евы екнуло и предательски сжалось. В детстве, мама очень вкусно готовила это блюдо. После ее смерти Ева изменила своим гастрономическим привычкам.

— Да, спасибо, — сдержанно поблагодарила она.

— Алкоголь ведь нам нельзя, а морс можно, — Марк заговорщически улыбнулся. — Разольем его по бокалам и сделаем вид, что пьем вкусное красное вино.

— Отличная идея, — рассмеялась Ева, хотя и без алкоголя почему-то чувствовала себя, словно хмельной и невероятно счастливой. Всему виной интимная обстановка и осознание того, что она спала с ним, просто ничего не помнила об этом.

Ей вдруг стало очень интересно, как все было. Она позавидовала сама себе. Марк был таким красивым — вылитый мистер Вселенная, даже дух перехватывало от его близости.

Они приступили к еде. Мясо оказалось очень вкусным, хотя она уже давно забыла его вкус. Но ради Марка сделала вид, что ест его с удовольствием. Он так старался ее порадовать, разве она могла быть настолько неблагодарной, отказавшись от мяса.

— Ева, а помнишь, как мы с тобой сбежали из дому и в ночь на Ивана Купалу встретились у старого дуба?

— Да. Помню, — произнесла Ева с улыбкой на губах, — Чтобы наши желания сбылись, нужно было перелезть через двенадцать разных заборов. Мы перелезли через один и нас сразу же поймали. Помню, как ругались родители: крик стоял на всю улицу.

Марк рассмеялся.

— Наверняка в старину заборы были пониже, чем в нашем элитном районе.

Ева тоже рассмеялась, но Марк вдруг, стал серьезным и произнес:

— Когда нас отпустили, я вернулся и закончил ритуал. А знаешь, что я тогда загадал?

— Ты хотел, чтобы тебе купили собаку, — вспомнила Ева.

— Нет. Я хотел, чтобы ты так думала, — Марк на полном серьезе сообщил: — Моим самым заветным желанием было, чтобы ты всегда-всегда была рядом. Определенно, то был эгоизм, но я всегда хотел тебя как безумный. Ревновал тебя к любому и каждому, даже к твоей собаке, которую ты гладила и целовала.

Сердце Евы упало, все повернулось прочь и понеслось в то время, когда они были самыми верными друзьями. Она хотела назад к Марку, который ее ещё любил.

— Я тогда, то же самое хотела загадать, но не получилось, — печально призналась Ева, и опустила глаза. Она не могла быть с ним откровенной, потому что завтра дурман в его голове пройдет, и все сказанное будет казаться глупым и смешным.

— Получается, что моё желание сбылось, — довольно констатировал Марк и поднял бокал до краев наполненный морсом. — Завтра Ивана Купала, хочу дочку и сына.

Ева опустила руки под стол и сильно себя ущипнула, чтобы перестать грезить о чем-то несбыточном.

А затем, чтобы ничего ему не отвечать, она отрезала здоровенный кусов курицы, засунула его в рот и долго жевала.

— Знаешь, когда я уехал учиться в Лондон, то долго привыкал к этому собачьему холоду внутри. Без тебя мне там было очень одиноко. Я бродил по улицам и представлял, что ты идешь рядом. Этот город переполнен небоскребами, молами, бизнес-центрами, порой мне очень хотелось сдержать оттуда к тебе.

Ева только делала вид, что верит всему, что он ей рассказывал. На самом деле она говорила себе: «Он бредит, этого никогда не было».

— В Лондоне есть целых восемь парков. Каждый из них неповторим по-своему. Ричмонд — самый большой королевский парк, прогулка по нему больше похожа на прогулку по лесу, особенно, когда тебе встречаться одно из нескольких стад живущих там оленей. Когда, я устал безответно любить тебя, то пришел туда и под одним из 130 тысяч деревьев, — виновато ухмыльнулся Марк, — я закопал железную коробку, в ней лежало письмо тебе, как символ того, что я сдался — похоронил там свои чувства.

Ева смотрела на Марка и не могла понять, почему ей так сильно хочется, чтобы его признание оказалось правдой. Хотя невозможно было представить Марка рыдающего над своим любовным посланием в то время, когда она получала от него письма исключительно оскорбительного характера.

«Нет, его затуманенный мозг просто искажает правду», — сделала логичный вывод Ева.

— Я хочу, чтобы мы туда поехали вместе и откапали то письмо, так ты поймешь, что я любил тебя всегда, — серьезно заявил Марк.

— Но ты же сам сказал, что там слишком много деревьев. Вряд ли мы найдем его, — отмахнулась Ева.

— Мы легко его найдем: Пен Пондс, южная часть двух больших прудов, самое большое дерево, — радостно улыбнулся он.

— Ладно, поедим, — согласилась она, прекрасно понимая, что ничего такого они делать, конечно же, не будут.

— Тебе обязательно понравиться в Лондоне. Первым делом заглянем к моему лучшему другу Лео, он держит паб. Я много рассказывал ему о тебе. Удивительно, он ведь всегда советовал мне поговорить с тобой по душам, а я почему-то не мог этого сделать. А сейчас, мне так легко во всем тебе признаться.