Екатерина Майорова – Граница бури (страница 18)

Рядом ждать автобус под навесом. Тает за щекой его конфета, Тают кружева снежинок рядом, От тепла же нет иммунитета, Так не рушьте мировой порядок.

Любовный треугольник

Дорогая Глафира, я снова тебе пишу. Пожалела бы ёлки – их вырубкой я грешу, Ведь бумага все стерпит, но надо её беречь. Снова надо бы в Церковь и свечку опять зажечь, Но скупаю ромашки, тюльпаны для наших встреч. Я не думал писать, но, Глафира, любовь не спит! Электродом взрывает мне сердце как динамит. Нас качает – то вира, то майна, черт побери. Мои чувства прочнее вольфрама, он там, внутри. И я больше не сдамся, к себе тебя унесу, Отвоюю, как Барсик— сосиску и колбасу. Наш Марат, он неплох, но ни разу не кавалер. Он приносит тебе то корзиночку, то эклер, Но какая нагрузка на печень и ЖКТ! Надо думать о ЗОЖ, значит, делать тебе соте. Его белые боты – прямая дорога в гроб. Его речи медово-опасны – для мух сироп. Он не любит животных и ездит в своем авто — Я же жду твой трамвай, изучил его от и до. Я умею готовить и буду твоим слугой — Завари мне душевные раны, я только твой. Ведь рюкзак с двумя лямками не понесешь втроем — Ну решайся, Глафир, может, завтра мы все умрем. Я тобой, как Луной, очарован и вечно пьян… С уваженьем – зачеркнуто – страстью, Твой Дориан.

Ответ Дориана Марату

Здравствуй, бедный Марат, не грибов ли ты пожевал? Может, вызвать врача? Не хочу начинать скандал, Ну какие же яблоки, комнаты и изюм? Однозначно, мой друг, у тебя повредился ум. И не смей о Глафире так грубо! Она – цветок! А не то познакомлю твой нос я с подошвой ног. Ты же сам ее кормишь – меренги да пироги… Ты специально, я понял! Раз так, значит, мы враги. Мне ни грамма не важен объем всех ее телес — Я влюбился в Глафиру за душу, а не за вес. ___ И постскриптум – надеюсь, Марат, ты писал в бреду. Только в баню я мыться с тобой больше не пойду!

Темнота

Страшно. Холодно. Горячо. Теплый ветер колышет шторы. Ты стоишь за моим плечом. Уточни уже, за которым. Чем желаешь забыть сильней, Тем навязчивей, ярче помнишь, Ты стоишь у моих дверей Рядом с каждой из сотен комнат, Что меняю в своих бегах. Города, поезда, маршрутки, Ты как стикер на зеркалах, Обновляемый через сутки. Я как будто сдаю зачет, Между безднами выбирая. Ты стоишь за моим плечом, Правым, левым ли, я не знаю. Что ты шепчешь мне в темноте, Из чего темнота выходит?