Екатерина Луганская – Змееносец Ликише (страница 1)

Екатерина Луганская

Змееносец Ликише

Содержание

– Содержание -

Chapter 1

Глава1

Глава 2

Глава 3

Глава 4-5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Chapter 21

Глава 21

Глава22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава1

1 глава

– Вчера ты был превосхо-о-оден! Я даже не думал, что ты окажешься таким способным учеником. Но всё-таки твои усердия излишни. Это тело может не выдержать, а я не хочу тебя потерять. Думаю, эти смертельно-опасные испытания нужно проводить реже. Я еще не отошел от последнего поединка.

–Ни в коем случае! Я хочу большего. Мне надо всё! Я стану тем, перед кем они так трепещут! Я не остановлюсь! Этот грязный, погрязший в гнусности мир нуждается в правителе, которого заслуживают. Я буду им!

–В последнее время ты сам не свой. Я же вижу этот пыл в твоем сердце. Он до сих пор терзает тебя. Знал, нельзя поднимать семейную тему на последнем испытании. Этот огонь уничтожит тебя. Ты сгоришь. Как только мы прибыли в город этих…этих падших. Увидели во что он превратился… Неблаговерные. Не веди себя опрометчиво, иначе говоря, торопишь события. Умей управлять собой! Мне и так часто приходится тебя усмирять и "его" в том числе. Скажу честно, вы оба ведёте себя так, забываясь, что ты смертный, а он нет. И меня это волнует.

–"Он" имеет на то право. Его предали, отвернулись, вычеркнули будто его и не было в помине, точно так же как меня, а про завет Даория. Покойный завещал нам триптих законов и не один не соблюдается! Город превратили в сплошной разврат. За развлечениями, которые они устраивают скрывается полная нищета, разруха. Фи, о чем говорить, ты же сам все видел. Все ради власти. Будь она проклята! Наивные глупцы, упрямые безумцы не видят ничего, кроме собственного отражения в короне! Самолюбцы, им главное держать в руках регалии…мои регалии! А не править достойно страной, которую построил мои предки, а не их. Самозванцы. Мелкие заговорщики думают свести меня в могилу интригами и склоками? Теперь их черед расплачиваться. И поделом. Сегодня будет очень жарко. Я чувствую как горю

внутри.

–Воздух в покоях застыл, будто сама реальность затаила дыхание. Голос Наставника прорвался сквозь тишину не криком, а сдавленным, металлическим шепотом, в котором звенела сталь и отчаяние. Тобою управляет месть! Ибо я – твой наставник! Неужели я мог ошибиться в выборе ученика?! Откажись от своих слов! Будь холоден и сух, как камень в пустыне! Чтобы никто и никогда не смог разглядеть в твоих глазах ту жажду мщения, что горит в них сейчас! Твоя слепая, безрассудная страсть обратит в пе́пел все мои старания! Сколько можно твердить одно и то же? Ты обязан быть сдержанным! Надо ждать. Только ждать! Ибо тот, кто умеет ждать, неспешно и безжалостно… в конечном итоге получает абсолютно всё.

–Сколько?! Уже десять лет прошло! А ты – время! Я готов как никогда!

– Ты еще не готов к таким испытаниям! – голос наставника прозвучал не как упрек, а как предостережение, – Ты слишком молод, чтобы обуздать его своим сознанием. Когда «он» обретает форму – ты спишь, а когда в ум входишь ты – «он» беснуется. Типичная клетка сознания. Он мечется в кромешной тьме твой души, ищет лазейку, чтобы вырваться и явить себя миру. Тому, кому подвластно всё, всегда недостает главного. А что для тебя главное? Ты еще не обрел этого. Потому не провоцируй «его» лишний раз. Не забывай, эта ментальная связь между вами может стоить тебе жизни, а «ему» – сосуда, в котором он обитает. этот мир испортился до самой своей основы. Теперь эпитеты, метафоры, вся эта поэтическая абракадабра – стали буквальными явлениями. Событиями. Лишнее слово, брошенное невпопад, может убить тебя, навлечь неисправимую беду. Если ты решил гореть, то… упокой твою душу. Даже я не в силах спасти тебя.

–– Но повелитель…

– Пока твой дед тешит свой одряхлевший дух сладкой иллюзией власти, забавляя чернь кровавыми игрищами на площадях, истинная угроза зреет не здесь. Она копится в тенях, которые отбрасывает его трон, в трещинах между мирами, что он своим высокомерием раздвинул… Твои же родители… – голос сорвался на ледяную усмешку, лишенную всякой теплоты. – Они отринули само солнце, прокляв рассвет. Они смотрят на тебя и видят лишь тень завоевателя, очертания тирана. Они ослеплены страхом и гордыней, чтобы разглядеть в тебе спасителя. Чтобы признать, что их спасение носит личину их величайшего кошмара.

Пауза повисла густым, тяжким полотном.

–– Спаситель…

– Старший брат твой, Лютос… Может его душа и чиста, как первый снег, но плоть неуклюжа и лишена дара. Он – щит из глины, подставленный под удар божественного молота. Он не устоит. Нет. Он не сдержит грядущего диссонанса Элиды. Его доброта обратится в пепел, и от нее не останется и воспоминания когда ты станешь у него на пути. И потому бремя падет на тебя. Только ты стоишь между этим жалким карточным домиком, который называется Мирида и той бездной, что зовется будущим.

Наставник выпрямился во весь рост, и его фигура вдруг показалась древней и незыблемой, как скала.

–– Времена другие.

– Другие? Нет, мой юный друг, грядут времена, когда о магии мы будем вспоминать, как о сказке на ночь… Но этого не случится. Ибо ты – последний страж. Маг. Колдун. Ты – возмездие для этого лживого рода и смерть для старого мира. В тебе одном – судьба всех.

Ученик сжал кулаки, и по камням под ногами поползла паутина синеватого пламени. – Но многие считают меня демоном! Всевышним злом! Ты видел эти лица? Смех, обрывающийся ледяным ужасом. Шепотки, шипящие из каждой щели, будто я чума. Они ненавидят и боятся меня одновременно! Наставник покачал головой. – Люди всегда предпочтут верить в удобную ложь о твоем падении, чем принять неудобную правду о твоем величии. Что им остается, кроме как прятать свой страх за маской презрения? Они жалки, ибо бедны – не золотом, но умом и духом. Им когда-то бросили обглоданную кость лжи, и они до сих пор грызут ее, боясь взглянуть на истину.

Повисло тяжелое, густое молчание, разряженное лишь треском магической энергии.

– Думаю, пора вырвать у них эту кость, – голос ученика прозвучал тихо. – Пора напомнить, кто я. Я заменю их презрение на абсолютный, всепоглощающий страх. И в этом страхе они найдут то уважение, которого я был лишен.

Это была беседа двух давних приятелей. Вместе они уже десять лет, но свою опасную дружбу оба держали в тайне. Один принадлежал к правящей династии Сарфинов, а второй был забытым всеми колдуном.

И – зря его забыли.

В своё время этот колдун, маг и такой же альхид, как и его собеседник, провозгласил себя чуть ли не подлинным королем здешних мест, но это право у него отобрали. Гордыня затмила ему глаза, за что он и поплатился. Его изуродованное лицо скрывала посмертная глиняная маска давно умершего дорогого человека. Маска была такая же жуткая, как чёрная душа её нынешнего владельца. В мире, где знаки и иероглифы всегда имеют большой смысл, выцарапанный на щеке маски знак Хаоса говорил о его былом величии – о том, что он умел наводить ужас на противников и собирать вокруг себя всё больше союзников.