Екатерина Лесина – По волчьему следу (страница 68)
- Почему их вообще за пределы части выпускают?
- Так… условия, - развел руками Никонов. – Гражданские по сути специалисты и все такое… к тому же уровень секретности понизили. Ну и в целом…
Значит, ошибся Бекшеев. Нет никакой чужой игры. Одни лишь издержки координации, точнее её отсутствия.
- Сперва-то жили там, в части. Но возмущаться начали… скучно им. Душа простора просит, психика страдает и мы тоже. Эти спирт в лаборатории гнать повадились. Солдат спаивать. Контингент опять же. Или вовсе… и было принято решение. Клятвы-то на них висят, никуда не делись… и говорю же, в городе за ними приглядывает мой коллега. Приглядывал.
- И куда делся?
- Так… пропал в декабре… и полагаю, его вы и нашли. Вчера, - Новинский одним глотком допил кофе и скривился. – Поймите, мы ведь тоже люди… и тоже эта вот рутина. Добивает. Он был неплохим парнем. Но все мечтал себя показать… если у ученых – открытие, то у нас…
- Подвиг?
И свои скрижали, пусть не науки, но служения.
- Вроде того… шпиона там поймать. Заговор раскрыть. Или утечку данных предотвратить. Хоть что-то сделать… а тут тухнешь день за днем, месяц за месяцем. И начинаешь думать, что начальство-то твое, высокое, о тебе вовсе забыло. Что даже если ты сдохнешь завтра, оно лишь удивится, что был такой… в общем, однажды он сказал, что есть утечка. Только не информации. Что кто-то из его подопечных явно поглядывает на ту сторону.
- Он должен был доложить.
- Должен. И доложил. Мне, - вздохнул Новинский. – И я был должен… только…
Тоска.
Рутина.
День за днем. Солдаты, часть и работа, которая кажется не особо нужной. А душе хочется чего-нибудь этакого… славно-победоносного. Чтобы встряхнуться. И медаль получить. Или хотя бы перевод.
- Он умел убеждать, Славка предложил взять фигуранта под колпак. Присмотреть… оформить все, как оперативную разработку… можно ведь и не подавать. Мои полномочия позволяли принять решение.
И Новинский принял.
- Тем более, что речь шла не о продаже секретов…
- Стимулятора?
- Да. Оказалось, что все эти аппараты, которые там, в бункере, конечно, полезны, но можно и без них обойтись. Не на коленке, само собой, но… почти уже. Славка… он стал для них своим. Завсегдатай ресторации. Игрок. И выпить любил. Спорщик. Такой, душевный парень… вроде как купец, который дела ведет, но какие – не понятно… намекал на ту сторону. Здесь много, кто незаконной торговлей пробивается.
- И не мешаете?
- А зачем? – Новинский стянул с блюда горсть жареных орехов. – Во-первых, задача мне поставлена совсем другая. И если полезу тут порядки наводить, то никто не похвалит. Во-вторых, здесь и так порядок… уровень преступности пониже будет, чем во многих других городах.
Только заслуга тут не Новинского, а Егорки-Василька.
- В-третьих… нам нужна информация. И от тех, кто бывает по ту сторону… вот Славка с ними и завязан был. А потому и слили ему, когда один из наших решил обогатиться, найти покупателя на особый товар. Сперва образец, потом… партию, чтоб доказать, что способен изготавливать в более-менее приличных количествах. Там и самого себя передать… идиот.
- Почему?
- Потому… ему ж, умнику этому, как казалось? Он им производство налаживает, а его берегут, холют, лелеют и ублажают всячески. По три раза на дню. Дворец поставят. Степень дадут научную, признание и чего там еще душе надо…
А на самом деле будет в лучшем случае закрытый дом с надсмотрщиком, который станет беречь ценное приобретение. В худшем… если процесс запустят так, чтобы для поддержания его не требовалось стороннее участие…
Свидетелей никто не любит.
- Славка и решил сыграть по-крупному. Найти покупателей. Устроить встречу… а там и взять… или наладить контакт на дальнейшую разработку.
- И вы…
- Дал себя уговорить. Это… и вправду был шанс. Выбраться. Куда-нибудь… из болота этого… леса, леса… болото. Деревня сожженная. Меня уже тошнит от всего этого.
Новинский разжал кулаки.
- Извините… наши умники говорят, что даже под защитой, но поле пробивает. Меняется тонкая структура и что-то такое вот… последний вообще писал об эмоциональной нестабильности. У нас уровень суицидов среди солдат втрое против обычного был… поэтому и меняют личный состав каждые полгода. Мы же с Бахтиным вроде бы как опытные. И медосмотры проходим. И менталисты чистят… а вот… все одно. Иногда глянешь в окошко, и в голове мысль, что, может, петля – не самый худший выход. А то и интересно становится, что там, на той стороне-то… одного раза очнулся с пистолетом в руке. И зачем достал? Для чего? Надеюсь, все же закроют, а то ведь в другой раз могу и не очнуться. Так вот. Славка сам пошел на встречу. Хотел метки кинуть, проследить там, проконтролировать… проводника нанял. Василек гарантировал мирные переговоры.
- Почему деревню выбрали?
- Та сторона не хотела в городе рожами светить. Ну а мы – через границу лезть… вот и предложили. Мне это не нравилось. Думал, тоже пойти, но… это не по инструкции.
И хорошо, что не пошел. Небось, сейчас не отпускает мысль, что, если бы Новинский сунулся, там, в доме, нашли бы и его труп. Точно, не отпускает. По лицу видно.
- Ушли и сгинули. Как не бывало. Василек засуетился, стало быть, его человек пропал… мне пришлось докладывать.
Он поморщился.
Там, наверху, явно не похвалили за такую самодеятельность, если не сказать больше.
- Выговор, - пояснил Новинский. – В личное дело.
- А этого вашего…
- Варщика? Убрали по-тихому. Официально – перевели. Неофициально… не знаю.
Выговор – это, если подумать, весьма себе легко.
- Было бы кем меня заменить, - усмехнулся Новинский. – И я бы под трибунал пошел. Сейчас вот… до конца мне тут торчать. Одна надежда, что и вправду расформируют.
Или Бекшеев найдет убийцу.
И тогда… тогда все зависит от того, как именно все представить. И шанс реабилитироваться у Новинского высок. Не говоря уже о прочем.
Так что…
- Поэтому я с вами. Чем могу, помогу. Только могу я не так и много.
- Ученые, - Бекшеев прикрыл глаза. – Мог кто-то из них… не кто-то…
Дар иногда срабатывал своеобразно.
- Варщик?
- Он. Мог реализовывать свое зелье? Скажем, продолжить эксперименты, но уже не в части? Хотя бы чтобы убедиться, что зелье работает?
Новинский задумался и серьезно. И думал довольно долго, прежде чем ответить:
- Не знаю… возможно… подотчетный контингент возможности покинуть территорию части не имел. Здесь все строго. Каждая смерть заверяется… и не одним человеком. Освидетельствование. Вскрытие. Сопутствующие протоколы. Акты утилизации… главное, что комиссия…
Верно.
Если один человек может подделать и протокол, и акт, то с комиссией сложнее. Да и… зачем? Варили препарат вне стен лаборатории. Соответственно, и испытывать могли тоже вне этих стен.
- А вот тут… случаев, которые привлекли бы внимание, не было. Ни выбросов силы стихийных, ни магов вдруг… ни смертей необычных. Все в рамках. Ну, кроме этих пропавших…
- Контакты варщика? И в целом данные, - сказал Бекшеев. – Мне нужны данные. Фамилия. Биография краткая… с кем он здесь дело имел… не мне вас учить.
- Понимаю, - Новинский вытащил из портфеля кожаную папку, которую и протянул. – Вот. Только… большинство фигурантов, которые были причастны к созданию подпольной лаборатории… как бы…
- Зачищены?
- Именно. А из остальных… там ничего интересного. Торговцы и торговки. Проститутки… что? Все мы люди… сожительница у него тоже одно время была, но не сошлись характерами… и знать она ничего особо не знала. Проверяли.
- Здесь…
- Все, что есть… что удалось найти и в принципе, - подтвердил Новинский. – Буду рад, если что-то да поможет…
Он с раздражением закинул в рот орешки.
- Вы кофе пейте-то… в этой глуши только и остается, что пить. В лучшем случае кофе, хотя… может, если в лучшем, то и не кофе. Но мне только он и остается. Второй ошибки не простят.